Алексей Кукушкин – Греческая революция и 300 спартанцев (страница 45)
Эксодос Месолонгиона, художник Вризакис, Теодорос
15 июня австрийский корвет обстрелял два греческих судна у острова Лесбос. Тем самым показал, на чьей стороне стоит двуединая монархия.
20 июля египетский флот начал обстрел побережья Мани. 22 июня новая османская эскадра вышла из Дарданелл и соединилась с египетским флотом в Наварине, который стал главной базой флота.
30 июня ещё более мощная османская эскадра вышла из Дарданелл с задачей покорить остров Самос. Видимо султан понял, как надо усмирить непокорный народ. Одновременно в Эгейское море вошла австрийская эскадра под командованием адмирала Павлучи, который не скрывал свои враждебные намерения по отношению к восставшей Греции.
В конце июня жители острова Спеце оставили свой остров и перебрались на Идру, для безопасности. Австрийский флот произвёл высадку на острове Миконос, сжёг одно судно и вынудил жителей острова выплатить компенсацию за ущерб, нанесённый австрийским судам. Богатые судовладельцы острова Идра были готовы бежать с острова, но бегство было пресечено собственным народом. 9 июля австрийская эскадра захватила на острове Тинос и два греческих вооружённых судна. Невзирая на эту обстановку и сконцентрировавшись на своей основной задаче греческая эскадра под командованием Сахтуриса отправилась к Самосу чтобы защитить остров от возможной османской высадки.
Тем временем, 12 июля, австрийцы обстреляли бриг «Фемистокл» капитана Фокаса и нанесли ему серьёзные повреждения.
15 июля эскадра Сахтуриса дала бой османскому флоту у острова Самос. Сражение закончился без победителей и был повторён 16 июля, но опять без победителей.
Австрийская эскадра, продолжая терроризировать острова Архипелага, 11 августа обстреляла остров Наксос, высадила десант и вынудила островитян выплатить компенсацию за «ущерб, причинённый пиратами австрийским судам». Получается, что молодая греческая страна сражалась не с одной империей, а сразу с двумя!
23 августа на помощь эскадре Сахтуриса подошла эскадра адмирала Миаулиса, с тринадцатью кораблями острова Идра и восемью кораблями острова Спеце. Силы греков как видно из численности флота — таяли. В ночь с 27 на 28 августа состоялся бой греческих эскадр с османским флотом у острова Лесбос. Бой закончился опять без победителей. Аналогичным образом закончился бой в ночь с 29 на 39 августа.
25 сентября у острова Лесбос состоялся бой немногих кораблей с острова Идра под командованием Миаулиса и кораблей острова Псара под командованием Апостолиса против шестидесяти четырех кораблей Тахир-паши. Бой вновь закончился без победителей.
В этот же день заключена Аккерманская конвенция — соглашение между Россией и Турцией, заключённое в Аккермане (ныне — Белгород-Днестровский). Со стороны России конвенцию подписали Михаил Семёнович Воронцов и А. И. Рибопьер, со стороны Османской империи — Мехмед Хади-эфенди и Ибрахим-эфенди.
5 марта 1826 Николай I подписал ультимативную ноту. Она была вручена османскому правительству 29 марта. Нота предлагала Блистательной Порте: выполнить условия Бухарестского мира относительно Сербии, вывести войска из Молдавского княжества и Валахии и выделить уполномоченных для заключения нового соглашения. 22 апреля турецкое правительство сообщило о принятии требований России и начале переговоров.
Аккерманская конференция 25 сентября 1826 года
Аккерманская конвенция в основном подтверждала условия Бухарестского мирного договора. Османская империя признавала границу по Дунаю и переход к Российской империи городов: Сухума, Редут-Кале и Анакрии. Турция обязалась в течение полутора лет выплатить по всем исковым требованиям русских подданных, предоставить русским подданным право беспрепятственной торговли на всей территории Турции, а русским торговым судам — право свободного плавания в турецких водах и по Дунаю. Гарантировалась автономия Дунайских княжеств и Сербии, господари Молдавии и Валахии должны были назначаться из местных бояр и не могли быть отстранены без согласия России.
Аккерманская конвенция явилась крупным успехом русской дипломатии. В то же время в Османской империи её заключение рассматривалось как временная уступка, вызванная военной слабостью Турции из-за уничтожения янычар летом 1826 года.
В сентябре 1826 года в Грецию прибыл и новый греческий пароход, вот его предыстория.
Капитан Фрэнк Гастингс. Портрет работы Карла Крацайзена
Британский морской офицер Фрэнк Гастингс прибыл добровольцем в Грецию в 1822 году, служил артиллеристом на борту корвета капитана Яковоса Томбазиса. Гастингс видел, что флоту греческих повстанцев, состоящему из лёгких вооружённых торговых судов, тяжело противостоять османскому флоту, состоящему из больших линейных кораблей, и в 1823 году показал лорду Байрону меморандум, который был представлен греческому правительству в 1824 году. Меморандум содержал революционные предложения в вопросах артиллерии и тактики. Суть предложений Гастингса заключалась в использовании появившихся недавно паровых кораблей, вместо парусных, и использовании артиллерийского огня и калёных ядер вместо проблематичных брандеров.
В 1824 году Гастингс поехал в Англию и заказал маленькое парусно-паровое судно «Картериа» («выдержка, настойчивость») — первое паровое судно греческого флота. «Картериа» стала первым паровым судном во всемирной военно-морской истории, принявшее участие в военных действиях.
Акварель с изображением «Картерии»
Водоизмещение парохода было всего 233 тонны и мощность паровой машины 80 лошадиных сил, и без помощи паруса, скорость «Картерии» в лучшем случае достигала шести узлов. Но его четыре орудия 68-фунтового, самого мощного, калибра были новейшего образца. По заказу Гастингса судно было оборудовано установкой, позволяющей накаливать ядра и использовать их как зажигательные ракеты. Строительство корабля шло под надзором Гастингса и, чтобы не задерживать строительство Гастингс потратил своих 7000 фунтов (2,45 тонны серебра), пока не пришли деньги из займа полученного греческим правительством. В конце 1825 года строительство было завершено, и Гастингс перегнал судно в Грецию. Пароход «Картериа» осталась единственным кораблём серии заказанных шести подобных судов, принявшим участие в войне. Судно «Картериа» прибыла в Нафплион 3 сентября 1826 года.
В то время как Фрэнк Гастингс предложил строительство парового военного флота, Миаулис Андреас-Вокос настойчиво просил усиления парусного флота. Было принято решение потратить на строительство флота второй лондонский заём.
24 августа 1824 года филэллинский комитет, Лондона, дождавшийся решения греческого правительства, начал переговоры о приобретении ряда боевых кораблей. Среди прочих связались и с председателем филэллинского комитета Нью-Йорка и управляющего судостроительным концерном Leroy, Bayard and Co. Для заключения контракта в Нью-Йорк был послан французский филэллин Lallemand, офицером кавалерии, и которому было назначено месячное вознаграждение в 120 золотых фунтов.
Было принято решение построить два 60-пушечных фрегата и 6 кораблей поменьше, в течение шести месяцев, на общую сумму 155 000 фунтов. Lallemand обналичил чек в 120 000 фунтов, но поддался на уговоры судостроителей строить корабли не по согласованной конечной цене, а по отчётной стоимости. Везде обман! 15 июня лондонский комитет, который управлял частью займа, ратифицировал заказ на строительство двух фрегатов, дав им имена «Элпис» (Надежда) и «Сотир» (Спаситель). Сразу же, концерн незаконно передал строительство подрядчикам, и информировал греческое правительство, что корабли не будут сданы ранее ноября 1825 года, перенеся затем и эту дату на март 1826 года. Позднее концерн потребовал для продолжения строительства ещё 50 000 фунтов (17,5 тонн серебра).
Греческое правительство, исчерпавшее фонды, послало в Нью-Йорк коммерсанта Контоставлоса. На встрече с представителями Bayard, Контоставлос получил требования, согласно которым Греция должна была выплатить для окончания строительства одного фрегата 396 090 долларов. Более того, американцы шантажировали Контоставлоса, ссылаясь на параграф закона, принятого 20 апреля 1818 года. Согласно закону если кто-либо заказывал в США судно, которое могло быть использовано против государства, с которым США находится в мире, то он (заказчик) подвергался штрафу, и ему угрожало тюремное заключение сроком до трех лет. Строители, как я указывал выше, потребовали дополнительно 50 000 фунтов, угрожая в противном случае конфискацией кораблей. Контоставлос обратился к юристам, но не нашёл поддержки, после чего, имея на руках рекомендательное письмо Адамантиоса Кораиса, вышел на конгрессмена Эверета[249]. Он проявил интерес к делу, и устроил встречу с президентом США Джоном Адамсом[250]. Так что американцы тоже помогли грекам обрести собственную государственность.
После вмешательства Президента Конгресс решил купить один из фрегатов, чтобы судостроители разрешили отбытие другого. Однако судостроители снова стали создавать проблемы. Контоставлос был вынужден, обратится в арбитражный суд. Последовавшее судебное решение было не в пользу греческого правительства, фактически оправдав действия судостроителей, однако сумма требований была снижена с 396 090 (9,5 тонны серебра) до 156 859 долларов (3,78 тонны серебра). Необъективность суда и его председателя была настолько очевидна, что местные газеты, в частности, «Нью-Йорк Таймс», протестуя против решения, иронично называли его «американским Соломоном». Один из двух фрегатов «Элпис», в дальнейшем «Эллада», ушёл в Грецию, второй был куплен американским правительством. Фрегат «Эллада» прибыл в Навплион 24 ноября 1826 года.