Алексей Кукушкин – Броненосец «Потемкин» (страница 8)

– Тактическим обоснованием для подводной атаки можно назвать эскадру, возвращающуюся в свой порт, при легком волнении, когда рубку лодки разглядеть не представляется возможным, – старший минный офицер высказал своё предположение, – скорость нашей эскадры снижена аварией или поломкой, маневры ограничены.

Подводная лодка Холланда 1-го класса, приобретенная во время Русско-Японской войны

– Вы еще дирижабли к войне приспособьте, – Генерал-адмирал неодобрительно посмотрел на молодого минного офицера, – максимум, на что способны подобные игрушки, это охрана своих баз, а мы нападать на японские порты не собираемся, чтобы нас не объявили в пиратстве и разбое, дальность маловата да и разведать что либо видимое с их небольших рубок они способны и всё.

– Дирижабли, оснащенные тороидальными пушками запрещены на Берлинском конгрессе после того, как они сравняли с землей всю Тартарию оставшуюся без подобного вида оружия после катаклизма, – напомнил Гиляровский присутствующим так что мы можем применять только аэростаты для осмотра местности и передвижения войск противника.

Так за разговорами и повседневными заботами броненосец "Князь Потемкин-Таврический"13 декабря прибыл на рейд Стамбула. Серые борта, мощные орудия, флаг Генерал-адмирала, все свидетельствовало о мощи как данного корабля, так и всей Российской империи, находящейся в самом своём перезрелом возрасте. Оттоманская империя предпочла не связываться, и выпустить на Средиземноморский простор сильнейший корабль русских, тем более, по Парижскому договору30, обратно он пройти не мог, но раз так решили под шпицем, то значит так тому и быть.

Евгений Николаевич наблюдал с мостика бухту Золотой Рог и храм Святой Софии, и думал: «Сколько здесь всех побывало: римлян, греков, турок, и даже вещий Олег приколачивал свой щит. Времена меняются, а право сильного остается».

Заправившись углем, пресной водой и провизией, взяв лоцмана, для прохода узких проливов, прошли их, а затем старший штурманский офицер проложил курс через многочисленные островки Эгейского моря и корабль прибыл, в морские ворота Афин – порт Пирей.

– Пора прощаться, мы многое подчеркнули от общения друг с другом, – Алексей Александрович подал руку Голикову, стоя на верхней палубе, – меня снова ждет Париж, а затем на своей яхте «Зина», заходящую прямо в Сену, я направлюсь в Петербург проинспектировать постройку броненосцев типа «Император Александр III» и перевооружение «Наварина» с «Сисоем Великим», да, впрочем, и других кораблей.

– Возможно, ошибочно было перегонять этих старичков с Дальнего востока, пусть бы там служили, глядишь бы не пришлось сломя голову на сырых кораблях нестись в Артур, чтобы противопоставить японцам численный перевес нашего флота, – Бурлакова давно интересовал данный вопрос.

– Необходимо было убрать с эскадры адмирала Чухнина31 и освободить место для императорского протеже на должность младшего флагмана, так что судьба так сказать.

– Но ведь мы ослабили эскадру, а прошло два года и те корабли ремонта так и не видали, – Бурлаков устами Голикова разговаривал с таким человеком от которого в это время многое зависело, – а в это время наш Дальневосточный сосед, не только ввел в строй все свои корабли по программе, но и построили шесть броненосных крейсеров на наши деньги!

– Уважаемый Евгений Николаевич, – произнес Генерал-адмирал, уже думая о предстоящем банкете, а также многочисленных встречах у Ольги Константиновны, которая была, как светской львицей, так и по знаку зодиака. Цифра жизни, у внучки самого Николая I, как помнил Генерал-адмирал 9, с ней всегда можно договориться, – такая постановка вопроса крайне легкомысленна и попахивает популизмом, так как деньги выплачены императрице Ци-си за Желтороссию. Данный регион по всем прогнозам должен стать именно нашей территорией, в нем находятся исключительные экономические интересы нашей державы, да и всего мира в целом, начиная от транспортной доступности Владивостока и оканчивая добычей красного золота32 и многого другого на Нерчинских месторождениях, доставшихся нам от Китайской Тартарии.

– Но шесть броненосных крейсеров страшная сила на море! – Голиков не знал как убедить высокопоставленного остолопа33, тот витал в своих каких-то материях и мыслях и спустить его с небес на землю не представлялось возможным.

– Кораблики сгниют, будут поглощены тайфуном или какой другой напастью, устареют в конце концов, – тон разговора Великого князя приобрел великодержавные нотки, – а Желтороссия в составе Российской империи настоящий брильянт и недостающее звено! Нам не нужна вся Чина, которая после поглощения Китайской Тартарии катаклизмом ошибочно зовётся только у необразованных русских Китаем, нам достаточно только Манчжурии, по причинам описанным выше, а разобраться с японскими броненосными крейсерам Ваша забота на «Потемкине». Вы это сделаете без труда.

– Но на помощь им здесь, в это время, идут еще два новых броненосных крейсера купленных в Италии, – Бурлаков понял, что мыслями Алексей Александрович уже покинул корабль, поставив галочку, что сделал доброе дело, а все инструкции запечатал в тоненький конверт, который Голиков держал в руках, – почему наше правительство их не купило, так как и у нас было бы на два корабля больше, так и у потенциального противника меньше.

– Во-первых Японская империя пока нам не противник, а все недоразумения решаться за столом переговоров, как это принято у цивилизованных стран, побрякают оружием и пойдут папуасов гонять по островам Тихого океана, а во-вторых, зачем покупать морально устаревший тип вооружения. Крейсер «Кристобаль Колон» из этой же серии, не продержался под огнем американских броненосцев и часа, загорелся и затонул, зачем же нам подобные утюги, если на деньги, что за них просят мы построим полноценный броненосец самой новейшей конструкции?

Крейсер «Кристобаль Колон» после сражения при Сантьяго де Куба. 3 июля 1898 года

– Но фактор времени! – Не унимался Голиков, здесь и сейчас, события могут протекать именно в этом году!

Но Алексей Александрович не пожелал продолжать разговор, и поспешил к толпе, которая встречала его цветами и оркестром на греческой земле. Корабль под Андреевским флагом, дымя трубами разминулся с наседавшим леудо34, и направил свой курс, на удивление по спокойному лазурному Средиземному морю, в сторону столицы африканского государства.

13 декабря 1903 года, броненосец пришел в Александрию, принимали купленный здесь уголь, воду, следили за новостями и в основном о недружественными жестами Японии, причем пресса каждой страны освещала ситуацию под своим углом. Английская требовала, чтобы русские заканчивали «накачку» Дальневосточных вод своими кораблями, а ограничились имеющимися. Французская пресса хвалила спущенный «Цесаревич», всячески сравнивая его с британскими кораблями и призывая Россию построить еще подобных кораблей, только с увеличенной среднекалиберной артиллерией, как по калибру так и количеству. Германская пресса всячески хвалила крейсера соседней и дружественной страны, их высокие мореходные и рейдерские качества, особенно обращая внимание на «Богатырь» и «Аскольд» построенные на верфях рейха.

Обратила на себя внимание и английская эскадра, стоявшая на рейде живописного африканского порта. Украшением её стал новейший, введенный в строй всего полтора года назад броненосец «Irresistible» (Непреодолимый), вступивший в строй всего полтора года назад и именно с него строители японских броненосцев брали пример. Огромное в 14921 тонну водоизмещение произведение технического искусства, скорострельные 12-дюймовые орудия Mark IX. Орудия выпускали 386-килограммовый снаряд, с начальной скоростью в 758 м/с и кинетической энергией в 110 мегаджоулей энергии, что было несколько выше, чем у орудий Обуховского завода. Орудия, как ничто лучше, говорят о развитости нации в техническом отношении и её национальном духе, в данный момент времени. Так британские орудия получались всесокрушающие, как предыдущего поколения калибром в 16 ¼ – дюйма и 13 ½ – дюйма, так и современные. Французы предпочитали высокую начальную скорость и технологическую сторону процесса заряжания и стрельбы, и одноорудийные башни с узкой податочной трубой, что значительно компенсировало вес подбашенного отделения, и говорило о стремительности и колкости ударов словно шпагой. Германская артиллерия главного калибра в 11-дюймов, но регулярной словно метроном стабильностью выстрела и отличной точностью, говорила о царящем там орднунге35. Японская же, с их запасом снарядов и зарядов прямо в башнях, лучше чего бы то ни было другого, рассказывала о готовности, как нанести удар первыми не считаясь ни с чем, так и недостаточных физических возможностях матросов островной державы, не употребляющих в пищу мяса, и устраивающих по этому поводу даже бунты, а также готовности пожертвовать собой ради страны и спокойно жить с этим.

– Что же за мощь сосредоточили здесь англичане, – рассказывал Голиков стоящему рядом Гиляровскому, пересчитывая стоявшие корабли.

– Не менее десятка только броненосцев. Есть и новейшие, как например «Непреодолимый», но присутствуют и ветераны типа «Ройал Соверен» и «Маджестик», на которых Адмиралтейство тренировалось и выбирало необходимый тип своего основного боевого корабля, – Гиляровский в бинокль внимательно осматривал и крейсера англичан, принимающие грузы, и миноносцы в стороне покачивающиеся на волнах тихой гавани и громады транспортов стоящих под погрузкой, а также жерла орудий береговых батарей у которых не было расчетов, а стояли только часовые.