Алексей Кудряшов – Становление (страница 120)

Ванька достал из рюкзака кусок хлеба и вяленое мясо. Дал ему.

— На, потихоньку только. Фляжку возьми, тут чай.

Парень трясущимися руками взял такое богатство и вцепился острыми зубами. Коренные зубы почти все выпали, года два назад, но он всё равно старался пережевать пищу. Иначе будет плохо. Он это точно знал. Именно тогда он дал себе зарок не есть одну рыбу. Деревенские сказали нужны витамины и пищу разную. Где брать витамины он не разобрался. А разную пищу пробовал. Ел всё, что ели другие. Видел ягоды, брал их, видел коренья какие, тоже пробовал.

— Вань, не понятно, как он плавает, ведь он земноводное и тело должно быть приспособлено к воде, а тут этого не видно. Даже позвоночник почти обычный. Гибкий, конечно, но не настолько. Глаза моргают в другую сторону, вернее, пленка дополнительная, ей моргает, уши не такие, на руках и ногах небольшие перепонки, но это не меняет дела.

— До воды дойдем, там и посмотрим.

— Ты прости Малёк, что не советуюсь, но тебе придется дать клятву верности Роду, иначе тебе не выжить.

Парень с тоской в глазах заглянул в лицо старшему. Старшим он посчитал именно Ивана, потому и обратился к нему. Ариффа он откровенно боялся, а подгорец внушал уважение своей основательностью, но договориться с ними было крайне сложно. Мокрец это знал по разговорам других знакомых ему людей, а потому была одна надежда на старшего. Им оказался чекан, что само по себе было уже странным. В такой компании старшим должен быть Арифф, как самый сильный. Хотя, может и подгорец, он тоже был впечатляющего размера. Просто гора мышц. — «Наверно много ест».

— Это не больно?

Подгорец улыбнулся.

— Мы все из одного старшего Рода, если ты согласен, то скажи, что клянёшься быть верным Роду. Это всё.

Пацан даже не дал закончить.

— Я клянусь быть верным и полезным Роду.

Пацан посмотрел на взрослых.

— Это всё?

— Вань, это действительно всё, интерфейс осел и не отторгается, как раз закончил его изучение. Приживётся, но нужно откармливать пацана.

Арифф переместил мечи из-за спины на пояс и повернулся к парню.

— Залезай на спину. Ноги мне на коренные плечи поставишь и держись крепко. Если заварушка какая, спрыгивай и к земле прижимайся.

Мокрёнок с опаской глянул на здоровенного Ариффа и покачал головой.

— Я сам пойду, немного отдохну и пойду.

— Некогда нам тут с тобой переговоры вести. Привыкай сразу, сказали — делай.

Парень встал и попытался залезть, но не смог и свалился. Подгорец подхватил его с земли за рубашку… и она осталась у него в руках, а парень остался голым.

Плюх стоял и с недоумением смотрел на тряпку, оставшуюся у него в руках. Затем плюнул и выкинул её в пыль дороги.

— Да что за напасть тебя преследует парень. Подожди исподнее достану.

Полез в рюкзак и достал здоровенную рубаху.

— Накидывай.

Рубаха оказалась до пола и сваливалась у парня с плеч.

— Ну хоть так. Придем под Гору, возьмём на тебя добротную одёжу.

Подхватил парня под подмышки и закинул на Ариффа.

— Держись за него крепко. На вот ещё, пожуй яблоко.

Мальчишка схватил что-то непонятное, треугольной формы, почти плоское, и укусил. Обрадовано скривился и его передёрнуло.

— Кислое, наверно полезное.

— Жуй, давай, тебе сейчас всё полезно.

Он не знал, что такое яблоко, но такое уже видел у деревенских мальчишек, правда, они называли этот плод по-другому. Давно, ещё в прошлой жизни, на берегу своей заводи.

Иван повёл плечами, поправил котомку со своим скарбом и махнул рукой. Путники продолжили свою дорогу.

Мокрёнок

— Мастер, наверно я умру. Бросьте меня потом в воду. Так, наверно, правильно будет.

Трог остановился, Плюх от неожиданности развернулся к парню, сидевшему на Ариффе и запнулся, еле устояв на ногах.

— Морф, что с ним?

— Он слаб, ещё и интерфейс силы тянет. Но ничего критичного.

— Умирать рано, ты обещал быть полезным Роду.

— У меня целый день слабость, уже даже держусь с трудом.

— Плюх, есть чем подвязать парня?

— Найду, пояс где-то был.

— Ты ешь почаще, специально сумку тебе дал с едой.

— Не могу уже есть, совсем неохота. Ещё и мысли дурные лезут в голову.

— Что за мысли?

— Не знаю, что-то красное и мигает в голове, как сердце бьётся. Наверно с сердцем что-то.

— Подумай об этом мигающем.

— Ох, у меня в голове ещё кто-то.

Арифф усмехнулся и повел плечами. Плюх не удержался и грохнулся на землю в приступе смеха. Утерся и сквозь смех попытался говорить.

— Это родовой дар, все через это проходили, я тогда чуть в штаны не наделал. Сейчас Мастер объяснит, что дальше делать.

Иван улыбался.

— Чего ржёте над пацаном, себя бы вспомнили.

Арифф ещё раз пожал плечами и чуть не скинул Малька, удержав его снизу коренными. Подкинул его на место и прижал локтями.

— Такое разве забудешь.

— Ты не обращай на них внимание. Тебе надо подружиться с твоим даром. Он много что тебе сейчас предлагать будет. Если не понятно, спрашивай. Его тоже спрашивать можно.

— У меня в голове мокрец оказался, но он сильнее меня и весь красный. И вопрос рядом. Привести организм к норме?

— Согласись с ним, это сейчас самое важное.

Мокрёнок заёрзал на плечах Ариффа пытаясь устроиться поудобнее. Он всё это время старался даже не дышать и мечтал, чтобы этот могучий Арифф просто забыл о нём, и так шёл по своим делам, не вспоминая о том, что на нём едет маленький, легкий мокрёнок. Только он ничего не мог поделать с куполом, который нещадно поливал спину Ариффу и с того уже ручьями стекала вода, пробивая дорогу через пыльные штаны к земле. — «Уж это-то он точно заметил».

— Мастер, он рыбу требует. Я ему говорю нет рыбы, а он требует.

Плюх захохотал и уже держался за живот.

— Вот ведь, даже с даром спорит уже. Молодец. А рыбу я тебе сейчас дам. Морская правда, но из пресного моря Ариффов. Полезный продукт, прихватил по случаю.

Подгорец залез в свой бездонный рюкзак и достал сушёную рыбёшку. Мокрёнок протянул руку, но скривился.

— Она же испорченная, уже высохла вся.

— Ешь Малёк, её специально сушили, чтобы не портилась в рюкзаке.