Алексей Кудряшов – Боевая пирамида (страница 46)

Естественно, пушку никто не ожидает увидеть на крейсере, даже на флагманском таких не было, а тот на порядок больше. Но возможности ИскИна, реактора и несущей конструкции позволили установить такую пушку, к тому же подняли скорострельность до двух выстрелов в минуту. Дредноут мог и больше, но отдача слишком высока для веса крейсера, так что туннельная пушка точно не для каждого корабля. Боевые лазеры могли вести огонь в любом направлении, и огневая мощь позволяла затопить огнем небольшой флот противника, только эти самые лазеры ещё были не готовы. Да, собственно, вообще ещё ничего было не готово. Только каркас и бронелисты, вернее то, что в будущем ими станет. Энергетические щиты, конечно, надолго защитят крейсер, но укусить пока можно было только из туннельной пушки, а это значит каждый раз поворачиваться к противнику.

Ещё были гиперпривод, двигатели, основной и маневровые, всё управление было на мыслесвязи и не требовало много приборов, зато в рубке были удобные полулежачие бронированные кресла-коконы для экипажа, ну как в рубке, в том месте в середине корабля, где сейчас болтались пятнадцать закреплённых к балкам кокона. Тридцать пять человек экипажа, работающие в три смены. Ещё был предусмотрен небольшой парк с настоящим бассейном и деревьями, секция гидропоники и комфортабельные каюты десанта. Без малого пять тысяч человек. А ещё нужно разместить технический персонал, инженеров, пилотов, медиков, фермеров, да поваров в конце концов. Но этого пока не было. Внутри корабля были только балки силового каркаса и более пятисот тысяч тонн концентрата в контейнерах, закреплённого в месте будущей полетной палубы. Невесомость в этом месте позволяла разместить столь значительный вес, а объем был не таким уж и большим.

Фабрику по производству концентрата модернизировали, и она давно вышла на промышленные масштабы, а недостаток материала ещё долго не будет беспокоить. Его столько на орбите Древней, что даже разговора о том, что он убывает не возникало. Ее пока там и оставили.

Два фрегата для разведывательных полетов, двадцать малых ботов на пятьдесят человек и десять больших на сто человек тоже были предусмотрены, а кроме этого, сто двадцать истребителей и перехватчиков, частью беспилотные, и шесть небольших абордажных шлюпок. Бродяга мог это показать с любой стороны, но только на видео. А пока по кораблю гуляло эхо и дроиды, которым нечем было заняться. Пять дроидов техников, инженерный комплекс без главного инженера, он вызвался держать поддон концентрата для текущей работы, хоть какое-то развлечение, и абордажники, как основная боевая единица на сегодняшний день. Двадцать дроидов-абордажников, четыре звёзды по подобию Ариффов, именно на них основной акцент пока не было ботов и шлюпок. В скафе особо не полетаешь, запас хода ограничен, а много с собой не возьмёшь, мешать будет. Лишь дроиды-абордажники могли выдержать перегрузку, когда ими выстреливали в сторону противника.

Реакторный отсек был отгорожен вместе с ИскИном и имел свой периметр безопасности, но с переборками на этом всё, только коммуникации имели законченный вид, но и они пока были не убраны в короба. Даже ёмкости для воды были распределены по верху конструкции и смотрелись чем-то неестественным. Временные туалеты и душевые ютились вдоль борта, вот в такие условия и попадали впервые вошедшие на корабль. Но впечатлены размахом были все. Идеально черный корабль снаружи, внутри имел разные оттенки серого, и по заверениям Плюха будет не таким унылым в будущем, но на это не обратили внимание. Корабль завораживал своими размерами.

Букашки людей, пытающихся разместиться на принесенных одеялах и огромные балки скелета этого гиганта. Внутри уже была атмосфера, поддерживалась температура и влажность, энергетический барьер летной палубы и очаги локальной искусственной гравитации уже работали, так что заселение прошло быстро. Дроиды подхватывали контейнер с грузом и человек в боевом скафандре цеплялся за сделанные поручни, после чего пересекал барьер. Корабль собирали в отсеке, ещё не подключенном к системе жизнеобеспечения линкора. Так было проще техникам и инженерным комплексам. Готовые детали приносили и склеивали в единое целое. Корпус был не разборный и для обслуживания такого корабля нужны специально разработанные комплексы и, конечно, не обойдется без младших в экипаже. За два часа до первого вылета погрузили продуктовые картриджи и воду, десант занял свои места на полу, а дежурный экипаж свои капсулы, поднявшись по ведущим в никуда лестницам и перепрыгивая до капсул по балкам. Пока по инструкции положено было применять страховочный трос, но никто им не пользовался и даже Бродяга не обращал на это внимание, но попросил закрепить чуть ниже кресел пилотов излучатель гравилуча. Один раз уже пригодилось, груз сорвался с поддона и улетел. Пришлось ловить. Невесомость – невесомостью, но летающий концентрат – совсем не запланированное приключение, а ведь под ним несколько сотен метров было. Бродяга сразу подхватил разлетающиеся кубы концентрата, но команда, закрепляющая груз, по шее всё равно получила.

Корабль плавно оторвался от стапелей и его вытолкнули в открытый космос. Вернее, в космос ещё открытее, чем он был до этого. Дырявый корпус стационарного линкора давал хоть какое-то ощущение, что находишься в помещении. Всё это время не прекращалось строительство крейсера, но теперь он был действующим кораблем. Наверно так никто не строит, но сказать об этом было некому. Бродяга знал каждый свой шов и был уверен, что от серьезной драки он сможет убежать без потерь, собственно швов то и не было, конструкция была цельной и бесшовной. Когда он будет готов, он примет бой, а сейчас перед Союзом Родов стояли другие задачи. Экспансия в чистом виде. Корпус есть, весла ест, в путь.

– Мастер Шатун, у нас проблема. По каналам связи пришло сообщение, что крейсер Бродяга в зоне прямой видимости, но я его не вижу, не могу провести до стыковки. Нужно смотреть недавно установленные датчики. Техников в моем подчинении недостаточно. Старые модели разваливаются на ходу, проводка подверглась серьезным испытаниям и не выдерживает. Младшие пока не успевают. Сейчас все техники на ремонте жилых отсеков, с Бродягой прибывает мой командир – мастер Вирг.

– И что ты предлагаешь? Мне самому сходить? Трог пошли кого-нибудь с переносными радарами.

Группа десанта неслась по переходам ловко перепрыгивая препятствия. Их поймали перед выходом на внешнюю обшивку станции Вояжер-0 и всучили радар дальнего обнаружения. – «Придется отвлекаться от основного задания. Ещё и датчики, недавно установленные нужно прозвонить на месте. Они почему-то не работали».

Подбежав к одной из летных палуб, они оторвали магнитные подошвы и оказались в невесомости, сюда гравитация не распространялась. Тут ещё долго приводить в порядок систему жизнеобеспечения. Неожиданно командир поднял руку, и все остановились.

– Шатун, с датчиками нормально всё, радар тоже не улавливает сигнал, а Бродяга уже паркуется. Здоровый кораблик получился, красивый, трак его побери.

– Не понял. Визуально видишь, а приборы не видят?

– Так точно.

Иван просто почувствовал, как Морф лихорадочно перебирал всевозможные варианты.

– Вань, Бродяга тоже ничего не может объяснить. Видимо эффект от материала использования. Давай туда, хочу сам посмотреть.

Иван стоял возле причалившего крейсера и любовался им. Никаких обтекаемых форм конечно же не было, но и на обыкновенный кирпич этот корабль похож не был. Чёрный корпус поглощал свет от фонарей десантников, зависших рядом чтобы посмотреть на этого красавца, длинный трап, ведущий от станции к кораблю, резко отличался своим несовершенством по сравнению с корпусом нового корабля. Трап местами был покрыт налетом, толи ржавчины, толи грязи, откуда она тут взялась и смотрелся непрезентабельно. Наконец открылся небольшой шлюз и через барьер выскочил Вирг, внук мастера Трога и недавний подросток. Махнул рукой и за ним организовано стали выплывать и занимать оборону бойцы, прибывшие с ним. Увидев Шатуна, он подлетел и, сняв защиту от местного светила, улыбнулся.

– Мастер, разреши принять командование станцией Вояжер-0.

Ванька обнял Ариффа и хлопнул по спине. Поймал чуть не улетевшего друга и вновь примагнитил его к трапу.

– Забирай эту развалюху. Младших тебе оставили, сам всё узнаешь у ИскИна.

– Уже вышел с ним на связь, отчитывается. Какой-то он странный, волнуется, что ли. Я так понимаю вы дальше?

– Да, на Вояжер-1 слетаем, посмотреть надо что там.

Вирг ещё раз обнял Шатуна и махнул своим людям продвигаться внутрь станции.

– Вань, получился очень странный эффект. На корабли необходимо ставить метку, иначе их не засечь нашими службами контроля. Но Страж потирает руки и подпрыгивает от радости. Даже визуально корабль плохо видно.

– Сбрось все наши показания Бродяге, пусть имеет представление, как он смотрится со стороны.

Иван зашёл в шлюз и тут же посторонился, следом забежал его дроид телохранитель и, ловко спрыгнув на балку ниже уровнем, полез куда-то ещё ниже. Достигнув самых нижних балок, он побежал в сторону рубки. Там продолжались работы и наращивался пол минус пятого этажа, открыл свой герметичный рюкзак и из него разбежались взрослые двухсантиметровые труженики. Мгновенно влились в общую работу и растворились среди армии таких же. Ещё не все привыкли к такому и не занятый в тренировке десант пялился, как печатается пол. Инженерный дроид держал на вытянутых руках поддон концентрата и труженики сплошным потоком бежали от этого поддона к наращиваемому краю пола, наносили каплю смолы и бежали обратно. Все конструкции внутри корабля были литыми и напечатанными за один проход. Никаких технических люков под провода или трубы не было, всё печаталось сразу и подлежало точно такому же ремонту. Если необходимо, кусок выедался и печаталась замена. Все заглушки и выключатели были предусмотрены заранее и монтировались техниками. Как только заканчивалась логика помещения, там сразу загорался свет управляемый ИскИном. Эксплуатировать такой корабль без младших было невозможно. Не все этажи имели три метра высоты, палуба имела размеры позволяющие разместиться фрегатам, а не то, что ботам или совсем небольшим истребителям. И эта палуба уже угадывалась среди несущих конструкций.