Алексей Крючков – Между двух огней (страница 112)
И вот произошел удар… или не произошел? Рэй удивился. Он не почувствовал толчка и не услышал звука. Вместо этого флаер лишь сильнее загудел и слегка подпрыгнул, едва коснувшись земли, как будто приземлился на батут. Пролетев еще несколько метров, ситуация повторилась. Скорость флаера снизилась до минимума, и Рэй спокойно затормозил аппарат. Только после полного торможения на высоте около метра все приборы флаера тут же вырубились, на панели погасли все индикаторы, а двигатели заглохли, после чего аппарат с грохотом упал на землю.
Рэй взглянул на Агату. Удивление она, очевидно, испытывать умела, поскольку именно эта эмоция сейчас неподдельно отображалась на ее лице.
– Слава изобретателям аналогового оборудования! – воскликнул Рэй. – Черт возьми, антигравы же продолжали работать! Они сработали как подушки при приземлении! Ну ничего себе! Все, меняю на Страннике все оборудование на аналог. И насрать, что придется ради этого пожертвовать всем грузовым отсеком. Все-таки я правда хороший пилот, – улыбнулся он. – Но, должен признаться, что падать я, наверное, умею лучше, чем летать.
Он попробовал включить питание, нажимая на тумблеры, но, увы, флаер больше не подавал никаких признаков жизни.
– Хм, а вот взлететь нам теперь не удастся, – заключил он. – От такой нагрузки на антигравы все сгорело, по ходу.
Кабину открыть тоже не получилось, поэтому Алекс с Агатой сделали это вручную, приложив не мало сил. Рэй обратил внимание, что физические возможности девушки, безусловно, превосходят человеческие: один бы он точно не справился с тяжелой кабиной.
Рэй высунулся из флаера и огляделся. Это была относительно ровная площадка, поросшая густым кустарником. С одной стороны рос небольшой лесок, с другой простиралось плато, на которое они и сели. Им несказанно повезло, что они приземлились именно сюда, потому что с одной стороны был риск сесть на деревья, а с другой, как мгновение спустя понял кэп, повернув взгляд, угодить прямо в пропасть, которой заканчивалось плато в паре сотен метров от них.
– Нда, лучше места для посадки в округе правда не найти. Либо я наконец стал везунчиком, либо ты приносишь удачу. Хочешь найти Кортеса? Он наверняка шлепнулся где-то здесь, неподалеку.
Девушка лишь отрицательно покачала головой.
– Нет. Артур довольно четко дал понять, что мне в его жизни больше не место. И я не могу его винить за это. Мне достаточно знать, что он жив.
– Валькирия, как там твои дела? – связался Рэй по коммуникатору.
– Скучно. Сижу, любуюсь красотами. Препарирую трупы… Джина связалась, сказала, что летит за мной. Сам, значит, не хочешь ко мне лететь? Хотя, если у тебя во флаере по-прежнему сидит это… я к тебе не сяду. Да и не влезу. Но судя по тому, что ты еще в состоянии произносить слова, ты живой.
– Да, сам удивлен. Мне удалось подбить этот флаер, кстати.
– Ты про какой конкретно?
– Про оба…
– Я так и думала.
– Кортес тоже рухнул, но вроде катапультировался.
– Если б сдох, я бы не расстроилась. Но я смотрю, нехилую такую резню ты там устроил в воздухе. Жалко, я не видела.
– В общем, я буду пока здесь, ждать, пока кто-нибудь меня заберет. Скинул тебе мои координаты, остальным сейчас тоже перешлю.
– Не утруждай себя, я уже все сделала. Скомандовала, чтобы Майки летел, тебя забирал.
– Ты золото!
– Пошел на хрен, кэп!
На этом связь завершилась. Рэй плюхнулся обратно в кресло и глубоко вздохнул.
– Что ж, остается просто ждать, когда за нами придет кортеж.
– Можно спросить? – сказала Агата через пару минут молчания. Алекс лишь кивнул. – Почему ты предложил мне помощь? Ведь я убийца, маньячка, устроила настоящий переполох на твоем корабле, а теперь, как выяснилось, я еще и пластмассовая кукла.
– Ну, во-первых, ты не убийца, – ответил ей капитан. – Убийцей был твой, скажем так, прототип.
– Хочу напомнить, что не ручаюсь за то, что живы те два копа, которых я выкинула, вырубив их по голове. И кто я после этого?
– А кто я после того, как протаранил флаер с людьми Бальтазара? Да и мне приходилось пострелять.
Рэй невольно сглотнул, но постарался не терять вектор мыслей.
– А касаемо этих копов ты могла их зарезать, застрелить, свернуть им шеи. Однако просто вырубила. По словам Валькирии, Агата сделала бы иначе. А вот что ты чувствовала в этот момент?
– Ничего, – лишь покачала головой девушка. – Я словно переключилась в другой режим. Наверное, так теперь можно описать это в моем случае. Хотя нет. Пожалуй, что-то вроде жажды выжить все же присутствовало.
– Инстинкт самосохранения. Хм, знаешь, а может быть, ты совсем и не бездушный робот, каким теперь себя считаешь. Инстинкт самосохранения, например, отсутствует даже у некоторых людей, – сказал кэп, подумав прежде всего о себе. – А может быть, ты не что иное, как новая форма жизни? Давай посмотрим на это под таким углом.
– Я не знаю, чего ты добиваешься, пытаясь помочь совершенно незнакомому, да еще и чуждому тебе созданию, которое еще и убить тебя пыталось в придачу. Но, наверное, такой жест можно было бы оценить.
Капитан повернул взгляд и посмотрел на горизонт, на край плато, словно шрамом разрезанное ущельем. Солнце гигантским красным диском постепенно приближалось к горизонту.
– Что скажешь? – спросил капитан, кивнув на начинающийся закат.
Девушка пожала плечами.
– Наверное, красиво. Хотя такие наблюдения мне несвойственны.
– Несвойственны тебе? Или Агате, по образу которой ты была сделана? Каждый человек состоит из врожденных и приобретенных черт. Ты тоже можешь учиться, адаптироваться к новым условиям, приобретать новые черты. Так в чем же разница между нами? Может, ее и нет?
– Ты странный, Рэй. Ты видел, что у меня внутри?
– У нас внутри вообще мало приятного. Разбери человека по запчастям, получишь килограммы вонючей разлагающейся органики. Так может, все-таки не биомасса делает нас людьми?
Девушка повернула взгляд и еще раз посмотрела на солнце.
– Пожалуй, ты прав, это красиво, – заключила она.
– Интересно, почему миллиарды тонн горящего газа кажутся нам красивыми?
– Наверное, потому что это дает нам жизнь… живым организмам, – осеклась Агата.
– Это я и хотел сказать. Солнце ведь тоже неживое. А вода – скопище молекул. А ведь без них была бы невозможна жизнь на Земле. Так что все в этом мире взаимосвязано.
– Ты сравниваешь меня с камнем?
– И не думал. Ну смотри же сама, ты умеешь думать и, похоже, даже чувствовать. Да, безусловно, тебе сейчас тяжело. Но может, стоит просто переосмыслить некоторые вещи, которые перед тобой открылись, и даже, наоборот, использовать это во благо себе? Ведь смотри, никто, абсолютно никто за все время даже предположить не мог, что ты не человек. Включая тебя саму.
– Кортес смог. Но этому я не удивляюсь. Наверное, поцелуй андроида все же в корне отличается от человеческого. Как бы идеально не был сконструирован этот синт… И еще Валькирия.
– Тут даже не спрашивай. Не смогу ответить на этот вопрос. У этой барышни какое-то свое чутье на этот счет.
– Спасибо, что пытаешься помочь мне, – сказала вдруг
девушка. – Не знаю, поможет ли это как-то, но сам факт этого я ценю. В одном ты точно прав, нужно еще многое переосмыслить. Только ты так и не ответил на мой вопрос. Зачем ты пытаешься мне помочь?
– Как я уже говорил, мы тоже своего рода отщепенцы. Возможно, поэтому я отнесся к тебе с пониманием. Как я уже сказал, я готов отвезти тебя, куда скажешь. Тебе только нужно решить, что делать дальше. Тут выбор за тобой. В любом случае, не оставлять же тебя здесь одну.
– Это плохая идея. Я проявила себя на твоем корабле не в самом радужном свете. Твой экипаж не будет рад моему появлению.
– Я думаю, они поймут. Пойду-ка я прогуляюсь. Хочется немного подвигаться после такого полета. Не хочешь со мной?
– Если ты не против, я посижу здесь. Мне нужно о многом подумать.
Рэй согласно кивнул, после чего выкарабкался из кабины флаера и спрыгнул вниз.
– Подожди, Рэй! – крикнула ему Агата, перегнувшись через борт кабины. – На вот, возьми, – она кинула ему в руки пистолет.
– Зачем это? – удивился Алекс, поймав оружие. – Я вроде охотиться не собирался.
– На всякий случай, – лишь пожала плечами девушка, вернувшись на сидение.
Рэй отправился к обрыву. Ему было интересно глянуть на вид, который открывался с плато. Правда, для этого пришлось пробираться через довольно густой колючий кустарник. Тогда он достал из кармана куртки свою черную бандану и повязал ее на голову. Так хотя бы волосы за ветки не цеплялись.
Пройдя пару сотен метров по труднопроходимым зарослям, он вышел на крутой обрыв. Его взору открылся прекрасный вид медленно скользящего к горизонту солнца. На обрыве дул сильный ветер, так что Рэй поплотнее укутался в свою куртку.
Пробравшись через очередной куст, Алекс вдруг остановился. Недалеко от него у обрыва сидел человек в черном. У него была большая рана на руке, которую он усердно пытался замотать куском ткани. Человек заметил Рэя, но поначалу никак не отреагировал на его появление, занимаясь своим делом. Лекс же уже подумывал повернуть назад, как вдруг услышал:
– Вовремя ты появился, Рэй! – крикнул Кортес. – Ты всегда оказываешься там, где нужна твоя помощь!
– В этот раз не дождешься! – крикнул ему капитан.
– Однако судьба снова свела нас. Интересно, это когда-нибудь кончится? И почему тебя угораздило прийти именно сюда? В другую сторону не мог повернуть?