Алексей Крайнов – Открытие Америки (страница 4)
Для меня подготовили высокий гитарный стул, выставили два микрофона, один, повыше, для голоса, другой, пониже, для гитары. Настроившись прямо при зрителях, я начал выступление.
Камерный зал, приятная объёмная акустика, непосредственный контакт глазами с немногочисленными, зато заинтересованными зрителями… Особая вдохновляющая атмосфера, про которую я почти забыл с эпохи наших ранних выступлений!
Я выдал семь песен, включая те, что не пел раньше на публике.
На удивление, люди аплодировали после каждой песни, искренне меня поддерживали, и это глубоко трогало. После выступления двое зрителей пожали мне руку, поблагодарили и пожелали удачи со следующими концертами.
Вдохновленный столь замечательным приёмом, я шёл с гитарой на плече по ночному городу и думал: «Если у меня не выйдет с этой Америкой, я просто вернусь в свой Екатеринбург, буду петь людям в маленьких залах, и этого мне будет достаточно для счастья!»
Глава 7
В мае, когда уральская природа открывала новый цикл, напряжение в подготовке к отъезду достигло предела. Я ждал паспорта с проставленной визой или, в альтернативном сценарии, с жестоким отказом.
Мне приснился сон: я бегу по городу, торопясь на самолёт, вылетающий в Нью-Йорк, оказываюсь в аэропорту и успеваю забежать в огромный лайнер, в последний момент перепрыгнув через пропасть между люком и отходящим трапом. Пробегаю мимо стюардесс в синих костюмах, на ходу раздаю приветствия, и вот – я в салоне. Взлёт!
На следующий день я получил от агентства паспорт с визой и поздравления.
Согласно одной из трактовок общей теории относительности Эйнштейна, после прояснения намерений и определения в планах ключевой даты пространство и время начинают схлопываться в сингулярность.
Чтобы успеть на правильную пересадку в Москве и присоединиться к группе таких же студентов, направляющихся в США работать и путешествовать, следовало вылетать из Еката в первых числах июня, в четверг, в середине дня. И конечно же, на этот четверг пришёлся день выдачи дипломов!
Перед отлётом я должен был закрыть все дела, раздать друзьям более-менее ценные вещи, попрощаться с родителями и младшим братом, упаковать зелёные наличные в незаметный кошелёк на груди и быть готовым к небесному перемещению, а дальше – ко всему!
Хорошо бы ещё связаться с Димоном в Москве, может быть, удастся пересечься с ним прямо в аэропорту в ожидании пересадки на Нью-Йорк!
Утром, в день сингулярности, со старым автостопным рюкзаком за спиной, но в этот раз без гитары, я заглянул в деканат, чтобы лично попрощаться с преподавателями, поддерживавшими меня последние пять лет. Это прощание оказалось тёплым, большинство из них были людьми в возрасте, и они искренне желали мне удачи в путешествии на другую сторону земного шара.
Вскоре вся наша смешанная группа переместилась в актовый зал главного корпуса, объединившись с выпускниками других факультетов. Меня, в джинсах, с хаером и рюкзаком, неожиданно усадили в первый ряд перед сценой, недалеко от ректора, среди одетых в парадные костюмы студентов с цветочками в петлицах. Рюкзак мне любезно позволили спрятать под сиденьем.
Ну что, вот так торжественно снаружи и неформально внутри меня завершались годы учёбы и всего того, что её сопровождало! Доподлинно неизвестно, чему я больше научился за университетские годы – энергетике, музыке, дружбе, готовности к приключениям или всему этому вместе, но я явно отличался от того наивного шестнадцатилетнего первокурсника, что восторженно шагал по проспекту, стараясь не опоздать к первой паре!
Мой красный диплом состоялся, и я ждал вручения. Неожиданно перед церемонией на сцену поднялся ректор, прокашлялся и помпезно объявил, что университет празднует выпуск юбилейного 150-тысячного студента, и каждый факультет будет представлен одним таким знаковым выпускником.
В этом заявлении пряталась забавная квантовая неопределённость: в натуральном числовом ряду набралось штук десять юбилейных выпускников – по числу факультетов! Но математика – точная наука исключительно в пределах определяемой человеком вселенной, так что этот трюк зал воспринял, не заметив подвоха, позитивно и с аплодисментами.
Таким образом, помимо диплома мне, представителю теплофака, вручили ещё и серебряную медаль с тиснёной надписью «150-тысячный выпускник УГТУ-УПИ», без упоминания квантовых двойников! Я получил полное право считать себя в этом ряду официально уникальным, единственным и неповторимым!
Ну, и в качестве завершения я не мог обойтись без чего-то близкого моему сердцу! В ожидании выпускного я написал «Гимн теплофака», который мне дали исполнить на подготовленной гитаре – перед полным залом выпускающихся студентов любимого универа!
Исполнив гимн, я вытащил из-под сиденья рюкзак, засунул в него диплом, проверил загранпаспорт с заветной визой, нагрудную сумку с долларами и незаметно выбрался из зала в фойе главного корпуса. Там ещё раз, уже заочно, попрощался со всеми в зале, с родным универом и бегом спустился к памятнику Кирова на проспекте Мира, где поймал частника.
– В аэропорт!
Если в автостоп я отправлялся на рельсовой катапульте Екатеринбург – Череповец, то теперь транспорт и расстояния были посолиднее: меня ждал международный авиалайнер, рассчитанный на десять тысяч километров беспосадочного перелёта.
Мчась в Кольцово, я смотрел на город. За окном пролетали знакомые улицы, зелёные парки. Рассматривая людей на тротуарах, я мысленно прощался с ними, вроде бы и понарошку, но на всякий случай – навсегда.
Часть вторая. День независимости
Я слышал, что вы намереваетесь поселить нас в резервации возле гор. Я не хочу селиться на одном месте. Я люблю бродить по прериям. Там я чувствую себя свободным и счастливым.
Глава 8
В зал ожидания Шереметьева-2 в Москве, где я ждал пересадки на рейс в Нью-Йорк, подъехали Димон и Лера. Мы не виделись почти два года с наших прогулок по Москве – по Патриаршим прудам с «нехорошей квартирой», Коломенскому парку, Красной площади.
Обнявшись при приветствии, мы присели на креслах недалеко от табло с вылетающими рейсами, среди других людей, возможно, ожидающих новой жизни, их цветных чемоданов и сумок.
– Как ты вообще на такое решился? Надолго сваливаешь? – Димон, как всегда, не стеснялся, говорил прямо. Он совсем не изменился, может, только кудрявые чёрные волосы удлинились.
– Да точно не знаю, но, думаю, надолго. Зарекаться не буду, о доме на берегу океана пока не мечтаю, но настрой серьёзный. Нашёл работу на первое время. Как освоюсь, гитару куплю, может, поиграю с кем-нибудь. Диплом, не поверите, прямо сегодня получил – с ним еду, надеюсь, пригодится! Вы-то как тут вообще?
– У меня всё в порядке, – откликнулась Лера, – заканчиваю учёбу в следующем году, тоже думаю о вариантах, может, в Израиль поеду. – Она была в обычных юбке и майке, хиппарского в её виде было мало, но улыбка Моны Лизы светилась так же загадочно, как раньше. – Этим летом к родственникам на месяц лечу, посмотрю, как там дела.
– Я нормально тоже, – поддержал её Дмитрий, – диплом через неделю получаю. Нашёл работу, договор подписал, начинаю в сентябре. Успею отдохнуть до этого. В Питер, кстати, еду на неделе, передам приветы городу, если хочешь! И вообще, будешь снова в Москве, дай знать обязательно!
Мы ещё немного пообщались, и друзья сердечно проводили меня до паспортного контроля. Дмитрий и Лера видели мой серьёзный настрой на отъезд, мы прощались со слезами, и я ощутил, что с большой вероятностью мы видимся в последний раз.
Перелёт из Москвы в Нью-Йорк занял долгие девять часов. Мне повезло провести их в компании милой соседки по имени Татьяна, такой же студентки, летящей в Америку за сезонной работой и приключениями.
– Ты первый раз в Америку? – инициировала знакомство Таня, как только мы пристегнули ремни. Ей посчастливилось сидеть у иллюминатора, и всякий раз, когда я поворачивался к небу, мой взгляд пересекался с глазами соседки.
– Да, первый. Да и вообще за рубеж первый раз лечу. А ты?
– Я уже второй! В прошлом году летала – понравилось. Во Флориде работала в ресторанном комплексе на побережье. Жарковато, конечно, и работа была не очень, зато жениха почти нашла, даже в Новый Орлеан съездили вместе. В последний момент сорвался вариант! – Она расстроенно цокнула языком.
Вот это да! – отметил я про себя. Каждый ищет в этой Америке что-то своё. Кто-то деньги, кто-то впечатления, а кто-то и за мужьями едет!
– И какие планы в этом году? – уточнил я у попутчицы.
– Ну, на это лето меня под Чикаго определили, в парк развлечений.
– О, интересно, а как парк называется?
– Six Flags, там самые экстремальные аттракционы во всех США, целая сеть. Мы там кормить и развлекать посетителей будем, с утра до вечера, ещё и со сверхурочными!