Алексей Ковтунов – Путь Строителя 17 (страница 9)

Сильных мира сего он никогда не боялся… нет, вот тут стоит быть точным. Боялся, страх штука здоровая, без него до седин не доживают. Просто всякий раз перешагивал через него и шел дальше, пока дотягивались полномочия. Теперь их не будет, и всё пойдет по-другому, а врагов только прибавится, едва гильдия заявит о себе, к старым присоединятся новые, и Вильмары в этом списке далеко не последние. Но идея слишком шикарная, как выражается Рей, чтобы отказываться от нее из-за какого-то там страха.

Напоследок он занялся хозяйством, которого нет ни в одной описи. Мысленно выдвинул папку фактов, пролистал и вытряхнул до дна, всё ее содержимое уже катит по тракту. Следом выгреб слухи, за ними бред, годами он собирал эту картотеку в голове, а разобрал за один вечер.

Остались только промежуточные, две безымянные, про Мульба, которого знают все, и про деревню, где факты с бредом давно срослись намертво. Эти никому не передаются, эти его собственные, и Корш поймал себя на ухмылке. По всем расчетам в каретах уезжает смысл его жизни, на душе полагается лежать камню, а там легко как никогда.

Так он и стоял до самого вечера, глядя на пустую дорогу и прикидывая, что ждет впереди. Долгой жизни загадывать не стоит, звание дознавателя теперь его не бережет, а желающих поквитаться наберется на приличную очередь. Зато остаток обещает выйти ярким и чистым, и путь отныне станет приносить тепло, а не постоянные уколы, порядка в этой деревне больше, чем во всех столичных канцеляриях вместе взятых.

— Фух! Вот ты где! — долетело снизу, и Корш, перегнувшись через парапет, увидел под стеной недовольное лицо Рея. — Чего прячешься-то? Я тут, между прочим, с разговором пришел! И возможно даже деловым предложением!

Обоз ушел, и дальше поработали уже спокойно, без чужого гомона под боком даже думалось легче, и в кои-то веки никто не отвлекался поглазеть, кого там еще принесло или унесло.

К завтрашнему дню подготовились без суеты и по уму. Кирпич перетаскали поближе к плите, рунный сложили отдельной горкой, за этим Сурик проследил лично, у него не перепутаешь. Бочку-мешалку прогнали с чистой водой, лотки отскребли добела. Инструмент разобрали по навесам, и к закату площадка выглядела так, что с рассветом приходи и начинай.

На том мы сегодняшнюю стройку и свернули. Мужики гурьбой отправились делить заработанные человекодни, утренний спор про очередь на запись, если верить долетавшим обрывкам, плавно перерос в дележ, кому сколько причитается, и расходиться до полной победы там никто не собирался. Ну а я двинулся искать Корша.

По дороге накатила запоздалая мысль, что про Бертольда я сегодня попросту забыл, впрочем, меня ведет путь, и это я тоже прекрасно понимаю, жжение в руках и заднице возникает не на пустом месте, так что сама вселенная бросает меня затычкой в любое подходящее отверстие. Спорить с ней без толку, а вот подстраховаться лишним не будет, и решение у меня имеется, за ним я, собственно, и шел. Точнее, за потенциально новым работником.

Только на обычном месте Корша не нашлось. Под навесом прибрано и пусто, столик стоит голый, без единой бумажки, и даже костер рядом прогорел до холодной золы. Рабочий беспорядок говорит о том, что хозяин отлучился на минуту и вот-вот вернется, а вот такая чистота попахивает прощанием, и мне это совсем не понравилось.

В деревне его тоже не оказалось. Я покружил по улицам и поспрашивал встречных, дошел до площади, но народу нынче не до Корша, у народа новость. Армия уходит, и мы теперь снова беззащитны, обсуждают это на каждом углу, и общий настрой я уловил быстро.

— Сироты мы теперь, — вещал дед с удочкой, и скорби в голосе у него не наблюдалось ни на грош. — Кто нас, горемычных, оборонять будет?

— Да кто нас оборонял-то? — заржал второй и махнул рукой в сторону опустевшего поля. — Их же в деревню не пускали. Снаружи нас, стало быть, защищали, чтоб мы сами к ним ненароком не вышли.

— Нужники вот опустеют, это беда, — тетка с корзиной покачала головой. — Столько тружеников враз уходит, это ж кому план по канаве выполнять?

Народ покатился со смеху, обсуждение понеслось по новому кругу, а тревоги в этом хоре слышалось ровно столько же, сколько на утренней свадьбе. Деревня, которая держит в яме прикормленного гнилохода и по расписанию женит волосяна, беззащитной себя признавать отказывается наотрез, и я ее в этом целиком поддерживаю.

Отыскался пропавший там, куда я догадался заглянуть в последнюю очередь, на западном участке стены. Стоял у самого парапета, сложив руки за спиной, смотрел куда-то за поворот дороги и выглядел до того потерянным, что я поначалу усомнился, Корш ли это вообще. Наш Корш всегда либо занят, либо недоволен, чаще всё вместе, а этот просто стоял и о чем-то думал. И чего тут, спрашивается, думать? Всё же у нас складывается как нельзя лучше, если не брать в расчет Пустоту.

Лезть к нему на стену я не стал, окликнул снизу и со спокойной душой зашагал к южным воротам, встречать.

Пока ждал, смотрел, как на участке заканчивается рабочий день. Одни ямы распаляют на ночь и укрывают, другие наоборот, глушат и оставляют остывать до утра, и дым над ними уже едва сочится. Работяги потихоньку стягиваются от ям к баракам, кто-то на ходу выясняет, кому готовить ужин, и для нормального человека картина эта тоскливая, а для меня сплошной праздник.

Уголь, впрочем, останется в ямах, тут ничего умнее пока не придумали, разве что стенки надо выложить кирпичом, а пол сделать как полагается. Температуры там смешные, сгодится почти любой материал, зато и дрова выкладывать станет удобнее, и готовый уголь доставать. Да и деготь собирать проще, когда у ямы нормальное дно, а не земля, которая тянет в себя всё подряд.

— Что за предложение?

Корш возник рядом без единого звука, я даже не заметил, когда он успел спуститься, до того погрузился в любование всеми этими процессами. От недавней потерянности, кстати, не осталось и следа, стоял он ровно, весь внимание.

— Я чего хотел сказать-то… — Я замялся, зачем-то почесал затылок, но с мыслями в итоге собрался. — Это… Корш, ты еще работу не нашел случайно?

— Рей, вот ты иногда так притворяешься, что даже я почти верю. — Он сдвинул брови, и на меня глянул прежний дознаватель, без единой поблажки.

— Так я не притворяюсь! — обиделся я вполне искренне.

А вдруг ему староста уже предложил остаться, вместо Гундара, например? Ну а что, опыт имеется, да еще какой. Хотя нет, судя по тону, работы у него пока не появилось, и это мне только на руку.

— В общем, смотри, есть для тебя должность, осталось с оплатой определиться. На какую рассчитываешь?

— В целом… Если по проекту в день или два… — Прикидывал он вслух и неторопливо, похоже, расценки на собственную работу выводил сейчас впервые в жизни. — Думаю, соглашусь на тридцать медяков за человекодень.

— В смысле тридцать? — Я аж поперхнулся. — Давай хотя бы пятьдесят!

А ведь хороший проект стоит куда больше, чем кажется со стороны. Но именно хороший, после которого дом не придется перестраивать заново. А у Корша они выходят не просто хорошими, а отличными, ни единого промаха пока, и это большая редкость. Ну ладно, с той же лесопилкой ошибки случались, только его вины там нет, скорее уж мои недоработки.

— Ну пятьдесят так пятьдесят, спорить не буду. — Корш дернул плечом с полным безразличием, деньги его интересуют, судя по всему, примерно как меня.

— Вот и договорились. — Я протянул ему руку, и он пожал ее не раздумывая. — Тогда назначаю тебя своим начальником.

Ладонь его так и замерла в моей. Секунды три у ворот было тихо, потом бровь Корша медленно поползла вверх.

— М?

— Говорю, пока с технадзором не разобрались, я буду платить тебе по пятьдесят медяков в человекодень, а ты станешь временно исполняющим обязанности моего начальника. — пожал я плечами, — Должность новая, называется Рееначальник. Можешь в заместители себе Хорга взять, если совсем уж не будешь справляться.

— Рееначальник… — Произнес он это по слогам, и в голове у бедного Корша, как мне кажется, творятся сейчас нездоровые вещи. Но глаз у него не дернулся, наоборот, выпучился, причем оба.

Ну а что такого? Я ведь действительно не тяну, задач у меня давно больше, чем голов. Путь гонит вперед, и мелочь сыплется сквозь пальцы, сегодня вон Вильмара проспал, хоть это и к лучшему. Лечится такое одним человеком с ледяной башкой, который помнит всё за меня, и лучше Корша на эту роль во всем Пороге не найти.

— Эмм… В целом… Хорошо, согласен. Тебе и правда не помешает. — В конце концов он взял себя в руки, и лицо его приобрело хоть сколь-нибудь осмысленный вид.

— Вот и славно! Ну что, начальник, чем займемся? Я, если что, сегодня горн начал, и закончить его надо как можно скорее. Еще пчелиную башню завтра принимать, насколько я видел, там уже кровлю доделывают…

— Погоди, — остановил он меня, и прозвучало это уже вполне начальственно. — Завтра утром показываешь мне всё. Всё, что начал и не закончил, и всё, что кому пообещал.

— Но ведь… — Подступивший к горлу ком я сглотнул невольно и на удивление громко, потому что этого списка я боюсь сильнее, чем всех Вильмаров разом. — Ну да, и правда, давно пора…

Глава 4

По своему же участку я пробирался на полусогнутых, гусиным шагом, как заправский лазутчик. Со стороны это смотрелось, подозреваю, донельзя глупо, хозяин крадется мимо собственного добра, но обстоятельства у меня уважительные.