Алексей Ковтунов – Идеальный мир для Демонолога 15 (страница 11)
А если эти железяки окажутся бесполезными в других измерениях, где действуют иные физические законы, то их можно будет просто кидать вместо снарядов для катапульт. Почему нет? Тяжёлая бронированная коробка, летящая с высоты на головы противника, способна нанести немалый урон даже без всяких там двигателей и пушек.
Демоны вообще умеют находить применение любым трофеям, это одно из тех качеств, которое позволило им выжить и процветать на протяжении бесчисленных эпох.
Генерал снова посмотрел в сторону башни, от которой поднимался дым и доносились звуки продолжающегося боя. Люди внутри всё ещё сопротивлялись, и это его несколько раздражало, потому что по всем расчётам они уже давно должны были быть мертвы. Но ничего, скоро туда прибудут подкрепления, и с этими упрямцами будет покончено раз и навсегда.
А потом можно будет спокойно восстановить башню, завершить захват города и двигаться дальше, к следующим целям. План был хорош, ресурсы имелись в достаточном количестве, союзники выполняли свою часть работы, пусть и невыносимо медленно. Всё шло по плану, и ничто не могло этому помешать.
По крайней мере, так думал демонический генерал Шпингалон, стоя на командном пункте и глядя на дымящуюся башню, внутри которой творилось что-то странное и непонятное…
— На каком этаже сейчас люди? — обратился Шпингалон к одному из своих подчинённых, который стоял неподалёку с магическим кристаллом связи в когтистых лапах.
— На двенадцатом, мой генерал, — отрапортовал тот.
— Ну вот, на двенадцатом, — удовлетворённо кивнул Шпингалон, поворачиваясь к Кронштейну. — Сейчас их оттуда выбьют, и с этим недоразумением будет покончено.
Они стояли и ждали, наблюдая за тем, как в городе продолжается планомерный захват территорий, как демоны и солдаты Новой империи зачищают квартал за кварталом, как из подвалов выводят пленных и как поисковые группы рыщут в поисках ценностей и полезных артефактов. Звуки боя из башни продолжали доноситься, но становились всё глуше и отдалённее, что вселяло определённый оптимизм.
Прошло минут двадцать, и Шпингалон снова повернулся к связисту.
— Ну что там? На каком этаже сейчас?
— На одиннадцатом, мой генерал… — как-то неуверенно ответил тот, стараясь не смотреть командиру в глаза.
— В смысле на одиннадцатом? — Шпингалон нахмурился так, что воздух вокруг него заметно потемнел. — Вы должны были похоронить их на двенадцатом! И почему они вниз идут? Они же должны были подниматься наверх, к ловушкам, а не спускаться!
Связист судорожно сглотнул и переступил с ноги на ногу, явно пытаясь подобрать слова, которые бы не привели к немедленному отрыванию его головы от тела.
— Такая вот заминка вышла, мой генерал… — промямлил он. — Небольшая неприятность…
— Какая небольшая неприятность могла выйти на двенадцатом этаже? — прорычал Шпингалон, и от его голоса несколько стоящих рядом солдат Новой империи побледнели и отступили на пару шагов назад.
— Больше нет двенадцатого этажа, мой генерал… — связист втянул голову в плечи. — Разобрали…
— Разобрали? — переспросил Шпингалон таким тоном, будто не был уверен, что правильно расслышал. — Кто разобрал? Как разобрал?
— Люди разобрали, мой генерал. Как именно — не знаю, но этажа больше нет…
Шпингалон постоял несколько секунд в полной тишине, переваривая услышанное. Потом глубоко вдохнул, стараясь сохранять спокойствие, и задал следующий вопрос.
— Хорошо. А охрана двенадцатого этажа?
— Нет больше охраны, мой генерал…
— А силовые установки? Там же были генераторы защитного поля!
— Тоже нету, мой генерал…
Шпингалон закрыл глаза и несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь унять нарастающее раздражение. Когда он снова открыл их, в его взгляде читалось нечто похожее на мрачную решимость.
— Ладно, — процедил он сквозь зубы. — Это уже интересно…
Он повернулся и щёлкнул когтями, издав резкий звук, который разнёсся по всему командному пункту. Из тени за его спиной немедленно материализовалась высокая фигура в сверкающих чёрных доспехах, покрытых древними рунами и символами власти.
Гардариан, сын Шпингалона и наследник четвёртого легиона, выглядел именно так, как и должен выглядеть отпрыск демонического генерала. Массивный, но при этом грациозный, с идеальной осанкой и горящими алым огнём глазами, в которых читалась жажда битвы и славы. В его руках пылал огромный двуручный меч, широкий и украшенный шипами, которые торчали во все стороны, создавая впечатление какого-то безумного произведения демонического кузнечного искусства.
— Звал меня, отец? — голос Гардариана был глубоким и торжественным. — Надеюсь, ты дашь мне задание, достойное моего имени!
— Надо сражаться, — коротко бросил Шпингалон, кивая в сторону башни.
— О, это я люблю! — глаза Гардариана вспыхнули ещё ярче, а его меч запылал с удвоенной силой, озаряя окрестности кроваво-красным светом. — Мой меч напьётся крови человеческой! Как же это прекрасно! Давно я не чувствовал такого предвкушения!
Гардариан был последователем школы кровавого меча, одной из древнейших и самых безжалостных боевых традиций демонического мира. Каждый день его клинок должен был пить кровь, иначе он терял свою мощь и связь со своим владельцем. Последователи этой школы буквально спали со своим оружием, никогда не разлучаясь с мечами ни на секунду, потому что это был путь, связанный с клинком навечно, и разорвать эту связь означало потерять часть собственной души.
— Иди, — махнул лапой Шпингалон. — И постарайся не разочаровать меня.
— Я никогда тебя не разочаровываю, отец! — гордо заявил Гардариан и устремился к башне, оставляя за собой пылающий след в воздухе.
Шпингалон проводил сына взглядом и снова повернулся к панораме захватываемого города. Несмотря на проблемы с башней, в целом операция шла успешно. Поисковые группы докладывали о находках ценных материалов и оборудования, пленные послушно шли в отведённые для них загоны, сопротивление в большинстве районов было подавлено. Было на что посмотреть и чем гордиться.
Кронштейн тоже наблюдал за происходящим, время от времени отдавая приказы своим офицерам и помечая что-то на карте. Несмотря на все свои недостатки в виде медлительности и ограниченности мышления, человек был неплохим тактиком и умел координировать действия своих войск.
Прошло около часа. Звуки боя из башни то усиливались, то затихали, но полностью не прекращались. Шпингалон старался не думать о том, что это может означать, и сосредоточился на других аспектах операции.
И тут он увидел знакомую фигуру, которая медленно брела от башни в сторону командного пункта. Гардариан шёл как-то странно, понуро опустив плечи, и его доспехи больше не сверкали, а выглядели тусклыми и потрёпанными.
— Знаешь, отец, — начал он, подойдя ближе, и голос его звучал непривычно тихо и задумчиво, — я тут подумал…
— Что ты подумал? — насторожился Шпингалон.
— Вернусь-ка я обратно в наш доминион, — продолжил Гардариан, глядя куда-то в сторону отсутствующим взглядом. — И ты был прав, отец, мне нужно больше заниматься нашим доменом, управлением, хозяйством, всеми этими скучными вещами… Потому что я осознал одну важную вещь сегодня.
— Какую вещь? — Шпингалон почувствовал, как где-то в глубине его демонической души начинает зарождаться нехорошее предчувствие.
— Убийства не могут приносить удовольствие, — торжественно заявил Гардариан. — Да и вообще, это плохо. Надо добрее быть, понимаешь? К людям, к демонам, ко всем живым существам…
Шпингалон уставился на сына с таким выражением, будто тот только что сообщил, что решил стать вегетарианцем и заняться выращиванием цветочков.
— Кстати, — подал голос Кронштейн, который тоже с интересом наблюдал за этой сценой, — а где его меч?
— Его меч всегда при нём! — отрезал Шпингалон и перевёл взгляд на руки сына.
Они были пусты. Огромного пылающего меча с шипами нигде не было видно. Впервые за всю жизнь Гардариана его руки были свободны от клинка.
И в этот момент со стороны башни донёсся громкий крик, который разнёсся по всей округе.
— И железяку свою забери, дебила кусок!
Что-то вылетело из окна башни, кувыркаясь в воздухе и оставляя за собой дымный след. Огромный двуручный меч пролетел по широкой дуге и с глухим звоном воткнулся в землю прямо у ног Шпингалона, войдя в камень по самую рукоять.
Повисла тишина. Кронштейн медленно повернулся к демоническому генералу и посмотрел на него с выражением, в котором читался немой вопрос.
— А у тебя точно всё под контролем? — наконец произнёс он.
Шпингалон несколько секунд молча смотрел на торчащий из земли меч своего сына, потом перевёл взгляд на башню, из окон которой продолжали доноситься звуки боя и периодические крики, потом снова на меч.
— Я сейчас лично пойду и разберусь, — процедил он сквозь зубы.
Этаж был зачищен, и бойцы наконец получили минуту передышки. Кто-то перезаряжал оружие, кто-то перевязывал раненых, кто-то просто сидел на полу и пытался отдышаться после всего этого безумия, которое творилось последние несколько часов.
— Ай, нога болит! — раздался чей-то жалобный крик из угла зала. — Сил нет терпеть!
Я повернулся на звук и увидел одного из бойцов, который сидел у стены и держался за ногу с таким страдальческим выражением лица, будто ему как минимум оторвало конечность. Подошёл ближе и присел рядом.