Алексей Ковтунов – Идеальный мир для Демонолога 14 (страница 8)
— Пять, — начал я считать.
— Костя…
— Четыре.
— Ты не посмеешь…
— Три.
— Я серьезно!
— Два.
— Костя!!!
— Один…
Двери распахнулись, и в кабинет вошла Катя. Она окинула нас взглядом и нахмурилась.
— Костя, ты там долго? — спросила она. — Я уже сколько жду! Мы же договаривались!
— Да-да, уже иду, — обрадовался я и направился к выходу.
— Внученька! — заверещал император. — Погоди! Нам тут еще надо…
— Дедушка, — Катя посмотрела на него так, что старик сразу сдулся. — Отпусти уже его. Мы опаздываем. У нас бронь в ресторане, и вообще, я в тебя верю, ты со всем справишься сам.
— Могу Грибника позвать, пусть поможет. Чего ему в одиночку-то всё расхлебывать? — предложил я.
— Не-не-не, идите, конечно, всё хорошо! — замотал головой старик, — Как я мог забыть, что у вас такое важное мероприятие? Обо мне не переживайте, всё сделаю сам!
— Я же говорил, — подмигнул я старику и вышел вслед за Катей.
Император проводил нас взглядом и тяжело вздохнул, глядя на ящики с документами.
— Ну что, — обратился он к помощнику, — будем разбираться вдвоем?
Глава 5
Знал бы, что так обернется, никогда бы не просил бесов рассказывать о своих донорах энергии так подробно. Совсем никогда. Вообще бы рот не открывал на эту тему, просто изгнал бы их, и пусть летят на все четыре стороны.
А теперь сижу по уши в документах и всяких бумажках, и приходится разбираться, где кто сколько воровал и что с ними теперь делать. Причем проблема в том, что прямо страшных нарушений-то и нет. Вот ни одного. Прямого предательства страны тоже не обнаружено, разве что тот мужик, который продавал сгущенку врагам провинился больше всех. Но тут тоже натянуто, ведь продавал он сгущенку по совершенно неприличным ценам и тем самым разграблял чужую армию.
В общем, в основном они просто мелко пакостили стране. Один, например, всех родственников своих устроил на выгодные должности. Ну, племянник начальником охраны парка стал, двоюродный брат возглавил департамент благоустройства фонтанов… Которых в городе три штуки. Зато должность громкая, жалованье приличное.
Второй вообще ничего не воровал. То есть совсем. Просто его род занимается определенными бизнесами, и когда у кого-то возникали проблемы, он приходил, лицом светил. Мол, знаете как у нас в империи бывает? Есть там бизнес, а потом бах — и пожар. Сразу все дорогу уступали, вопросы отпадали, проверки переносились на неопределенный срок.
У третьего все на жену записано, сам он тоже ходил и выеживался. Типа я простой чиновник, а вот супруга моя — деловая женщина. И ничего такого, что лицензии ей выдавали в обход очереди, а конкуренты внезапно разорялись.
Император, кстати, этому лично морду набил. Пришел, посмотрел на документы, послушал оправдания и просто врезал. Старик, конечно, умеет сдерживаться. Один удар — и чиновник в отключке, но при этом даже выжил. Зато, когда очнулся, сразу все вспомнил, где что спрятано.
В общем, сижу, документы смотрю, голова уже болит. Цифры, суммы, сделки… Эх, а ведь тридцать минут уже работаю! Целых тридцать минут! Устал я эти бумажки смотреть, честное слово.
— Все, хватит, — отложил я очередную папку и откинулся на спинку кресла. — Демоны! Кто там у меня дежурит?
В воздухе материализовались два беса. Один толстенький, в очках, с блокнотом. Второй тощий, нервный, постоянно почесывается.
— Слушаем, хозяин! — хором ответили они.
— Вот эти бумаги, — махнул я рукой на стол, — пересматривайте вместо меня. Отмечайте все подозрительное, составляйте список. А мне лень.
— Но хозяин… — начал было толстый.
— Лень, говорю. Не слышите? — с каких пор они перестали понимать с первого раза?
— Слушаемся! — бесы переглянулись и принялись за работу.
А я сам откинулся в кресле поудобнее, смотрю в потолок и думаю о том, как хорошо было бы сейчас куда-нибудь смыться. На рыбалку, например. Или в таверну. Пива попить, посидеть спокойно…
И как раз в этот момент меня начало корежить.
Не постепенно, не медленно. Сразу и резко. Схватился за грудь, боль растеклась сразу по всему телу, словно кто-то загнал под кожу раскаленные иглы.
— Да ладно? — выдавил я сквозь зубы. — Это что за хрень?
Тело подрагивает, руки сводит судорогой. Пытаюсь встать с кресла, но не получается. Словно кто-то невидимыми веревками приковал меня к месту.
— Вы там что, охренели? — зарычал я в пустоту, но это, скорее, от негодования. Вряд ли виновник всего этого меня сейчас услышит. Ну ничего, совсем скоро не только услышит, но еще и почувствует. — Не-не-не, так нельзя! Полная хрень, говорю же!
Бесы отскочили от стола, документы посыпались на пол. Толстый в очках сразу спрятался за шкафом, тощий начал нервно грызть когти.
— Не может же такого быть… — бормочу я, пытаясь слегка сопротивляться, чтобы враг не заподозрил неладное.
А боль тем временем только усиливалась… И в следующий момент прямо перед рабочим столом возник светящийся круг. Огромный, яркий, с кучей символов, которые я моментально узнал и окончательно понял, что здесь происходит. Призыв. Насильственный призыв, причем довольно мощный, по меркам этого мира.
— Да вы в конец попутали, утырки! — крикнул я прямо в круг, зацепившись за подлокотники кресла. Ну ведь правда, они тут совсем неправы. Нельзя Костю вот так брать, и призывать, он ведь может призваться и тогда будет совсем плохо.
Не помогло, они оказались слишком настойчивыми, да и заклинание призыва хорошо подготовлено, сопротивляться будет себе дороже. Кто бы ни стоял за этим, они знали, что делали. И затратили на ритуал немереное количество энергии.
Последнее, что я успел увидеть — это испуганные морды бесов и разлетающиеся в разные стороны документы. Которые им, кстати, потом еще придется собирать и сортировать заново.
Верховный Магистр Иллариус стоял в центре огромного зала и наблюдал за завершением ритуала. Семьсот лет. Семьсот проклятых лет его орден готовился к этому моменту.
Зал представлял собой идеальный круг диаметром в сотню метров. Стены украшали древние символы, каждый из которых был выбит в камне и залит расплавленным серебром. Пол покрывала гигантская пентаграмма, настолько сложная, что даже опытный демонолог потратил бы годы, чтобы разобраться в ее структуре.
По периметру стояли двенадцать архимагов в черных мантиях, расшитых золотыми нитями. Каждый из них был мастером своего дела, каждый посвятил жизнь служению ордену. И каждый знал — сегодня они либо вернутся в многомерную вселенную и покоят ее, либо погибнут, пытаясь это сделать. Правда о гибели никто особо не думал, ведь после стольких лет подготовки шансов на провал попросту не может быть.
— Начинаем финальную фазу, — произнес Иллариус, и его голос эхом разнесся по залу.
Архимаги подняли руки, и из их ладоней хлынули потоки энергии. Красные, черные, фиолетовые — все цвета демонического спектра слились воедино и устремились к центру пентаграммы.
Иллариус достал из-за пазухи небольшое кольцо. Простое на вид, потертое от времени, но излучающее такую мощь, что даже закаленные маги невольно отступили на шаг.
Это кольцо орден нашел тысячу лет назад, в руинах древнего города, поглощенного бездной. Тогда еще никто не понимал его истинной природы. Потребовались столетия исследований, десятки погибших ученых и сотни проваленных экспериментов, прежде чем удалось переделать артефакт под нужды ордена.
Теперь это был совершенный инструмент подчинения. Любое существо, на которое наденут это кольцо, станет рабом. Без вариантов, без исключений.
— Накачать контуры максимальной мощью, — скомандовал Иллариус.
Двое помощников открыли массивные врата в дальнем конце зала. Оттуда потянулись светящиеся нити — чистая энергия, собиравшаяся семьсот лет. Энергия жертв, энергия ритуалов, энергия самого мира, который орден медленно и планомерно выжимал, словно губку.
Нити влились в пентаграмму, и та вспыхнула ослепительным светом.
— Призываю тебя! — возвысил голос Верховный Магистр. — Поработитель миров! Ужас всех стихий! Тот, чье имя стирает разум и вселяет безумие! Явись по нашему зову!
Пентаграмма взорвалась пламенем. Огромным, ревущим, черно-красным. Оно взметнулось к потолку, опалило стены, заставило архимагов активировать защитные барьеры.
Зал наполнился воем. Нечеловеческим, животным, от которого кровь стыла в жилах. Пол затрясся, в стенах пошли трещины.
— Держать контуры! — рявкнул Иллариус, вкладывая в голос всю свою волю. — Не дать ему вырваться!
Архимаги усилили потоки энергии. Барьеры вокруг пентаграммы уплотнились, стали почти материальными.
Пламя бушевало еще минуту, потом начало стихать. Медленно, неохотно, словно кто-то гасил его насильно.
Дым и пыль застлали центр зала. Иллариус напрягся, всматриваясь в клубящуюся мглу. Где-то там, в этом хаосе, должен был находиться он. Древний демон, сила которого способна разрушать миры. Существо, о котором даже в самых темных гримуарах говорилось шепотом.
Дым медленно рассеивался.