Алексей Ковальчук – Террариум (страница 31)

С секундным замешательством от вида драпающей Альфы справился быстро и, запустив в спину этой горе – воительницы воздушное копьё, рванул следом. Очень хорошо, что дверь открывалась вовнутрь помещения, было бы иначе – и моя противница вылетела бы в коридор вместе с дверью. А так со стороны получилось даже красиво – пролетев метра три, Альфа впечаталась в дверное полотно. Но не успел я подлететь следом и с помощью кулаков высказать всё, что я думаю о таком недостойном поведении, как раздался выстрел. Голова моей соперницы дернулась, разбрызгивая на стены кровь из выходного отверстия, проделанного пулей, а тело, постояв секунду, рухнуло поперек выхода. Я перевёл взгляд на Агнию – а стреляла, как вы понимаете, она – и успел увидеть, как девушка устало опускает руку со сжатым в ней пистолетом.

– Во время поединка мне было проще следить за источником Альфы, и, когда от удара в дверь доспех духа слетел, я выстрелила, – пояснила девушка.

Ну, я-то, в принципе, и без её объяснений всю эту схему просчитал, а сейчас только покачал головой и мысленно обозвал себя долбодятлом. Почему не птицей Говоруном, которая, если верить Алисе из мультика «Тайна третьей планеты», отличается умом и сообразительностью? Всё просто! Птица Говорун отличается этими замечательными характеристиками, а я-то нет. Я же Агнию оставил сидеть в кресле, не подумав снабдить её пистолетом, и, чтобы сделать выстрел, ей пришлось встать с кресла и забрать оружие у ближайшего к ней тела. Моим оправданием может служить тот факт, что девушка выглядела очень плохо, и я подсознательно списал её в глубокий запас, совершенно позабыв, что она не простая женщина, а одарённая. А запас прочности и выносливости у таких особ будет на несколько порядков выше, чем у простого человека. Но все равно удивила. Попасть за шесть метров чётко в голову – это надо постараться. А если все же учитывать не самое оптимальное состояние, то ей пришлось мобилизовать все свои ресурсы хотя бы на пару секунд, чтобы сделать меткий выстрел из пистолета.

– Ты молодец! – уважительно сказал я, – Где так стрелять-то научилась?

– Я люблю пистолеты и часто отвожу душу, стреляя по различным целям, – слабо улыбнулась Агния.

– Как ты себя чувствуешь? Идти сможешь? – забросал я девушку вопросами, одновременно пристраивая себе за пояс два пистолета с нормальными патронами. Два запасных магазина отправились в карман пиджака, который я уже успел на себя надеть. Немного подумав, забрал ещё две обоймы со снотворным.

– В целом плохо, но на силе источника должна продержаться, – с сомнением в голосе ответила она.

Её сомнение я прекрасно понимал. Используя силу источника, можно не спать пару суток или ускоряться в боевом режиме. Но! У нас тут гадостный артефакт в любой момент может нарушить связь с источником, и что тогда будет? Скорее всего, Агния просто упадёт. Была бы в форме, уже засыпала бы вопросами – где княгиня, что происходит и так далее.

– А какой у нас план? – спросила девушка.

– А у нас нет плана, – хмыкнул я. – Голая импровизация.

Агния не ответила, лишь широко распахнула глаза, а когда я начал раздевать Бету, – которая по комплекции подходила для моего сценария остросюжетного фильма «Побег из Кремля», – захлопала ресницами и с явным удивлением в голосе спросила:

– Что ты делаешь?

– Ты тоже раздевайся.

– Зачем?

– Из этой двери должны выйти пленный мужчина в сопровождении охранницы, – пояснил я свою задумку.

Несмотря на паршивое состояние, девушка моментально просекла ситуацию и молча принялась снимать с себя одежду. А я, раздев Бету и положив вещи рядом с Агнией, подошел к княгине Булатовой. Передёрнув затвор одного пистолета, наставил оружие в голову явно не последнего человека в системе заговорщиков. Наставить-то наставил, но на курок нажать не получалось.

«Ну что же ты, братан? Это всего лишь ещё один труп за сегодня. Хочешь, подсчитаем, сколько ты сегодня убил женщин?» – подала голос моя тёмная сторона.

«Я убивал в запале, в состоянии боевой ярости, а хладнокровно выстрелить в ещё живого человека – нужно постараться», – вступил в дискуссию адепт света.

«Ну, так постарайся, это же враг», – аргументировал дьяволопоклонник.

«Знаю, но я не профессиональный убийца. И не могу просто взять и выстрелить, тем более в женщину», – привёл довод мой блюститель морали.

«Ты очень сильно пожалеешь, и возможно, что очень скоро».

«Зато моя совесть будет чиста».

«На войне нет места совести и другим моральным принципам. Все средства хороши, и главное – это победа. Остаться в белом не выйдет.»

Я попытался вызвать в себе ярость и злость, но эти «сволочи» куда-то попрятались. Мой внутренний диалог прервала Агния. Переодевшись в сибовскую униформу, она подошла ко мне, и, положив руку на плечо, сочувствующим тоном полуутвердительно спросила:

– Пытаешься решиться?

– Да, только не получается, – буркнул я.

– Убить в запале боя легко, но сделать это хладнокровно может только человек, совершенно не ценящий человеческую жизнь.

– А как у тебя – с этим пунктом? – скептически посмотрев на девушку, спросил я.

– Либо нужно иметь очень веский повод для такого поступка, – проигнорировав мой вопрос, продолжила она доклад на тему «Любовь и ненависть к ближнему своему».

А потом, вытащив свой пистолет, шагнула к негритянке. Несколько секунд промедления, и два выстрела в голову прервали жизнь чернокожей менталистки. Я только головой покачал в изумлении. Видно, хорошо она допекла Агнию, раз девушка решилась на такой шаг.

– Её звали Мазози. Имя переводится на русский как «слёзы», – голос девушки дрогнул.

Я шагнул к Агнии и, крепко сжав в объятиях, успокаивающе проговорил:

– Больше она никого не заставит плакать.

Агния не ответила, а молча уперлась головой в мою грудь. Подняв левую руку, глянул на часы. «Чёрт! Час ночи. Мы теряем время.»

– Нам нужно спешить, пока не поднялся кипиш и сюда кто-нибудь не пришёл, – сказал я. – Ты готова?

– Да, – коротко ответила девушка, ради которой я решился на очередное безумие в своей жизни.

Потом она посмотрела на Булатову Ирину и неуверенно проговорила:

– Это она меня сюда привезла и отдала приказ менталистке. Я должна её убить, но у меня не хватает духу. К ней я почему-то не чувствую такую ненависть.

– Ты не воительница, а артефактор, – ответил я. – Даже мне трудно, хотя и считаю себя воином.

– Ты излишне благородный воин, – улыбнулась Агния. – Таким на войне тяжелее всего.

Я не ответил, и посмотрев ещё раз на тело княгини, виновной в мучениях Агнии, со вздохом засунул пистолет за ремень брюк и решительно развернулся в сторону выхода.

– Я иду впереди, а ты за мной, отстав на шаг. Нам нужно дойти до арсенала.

– Хорошо, – не споря и не задавая лишних вопросов, ответила девушка.

Мы вышли в коридор и направились в сторону лестницы, через которую и попали на этот уровень дворца. Мой план по прорыву из Кремля родился на свет после поединка с Альфой. Видно, боевой режим подтолкнул подсознание, и ускоренная работа мозга выдала на выходе очередную безумную идею. Я, конечно, кладезь сумасшедших мыслей, но других вариантов просто не видел. Пока мы с Ольгой и Евой бегали по различным тайным ходам и техническим тоннелям, я не стеснялся мучить принцессу вопросами, куда какой ход ведёт. И штуки три из них имели направление в сторону арсенала – нашей первоначальной цели. Нас тогда спугнул шум приближающихся преследователей, и мы не успели обсудить до конца свой план дальнейшего бегства. А именно – взять в арсенале тяжёлые МПД и уже в них вырваться за пределы крепости. Идея была так себе и несла множество сложностей, но Ева успела и сообщить универсальный пароль для активации любого доспеха, и на словах накидать примерный маршрут прорыва уже из арсенала.

Мне казалось, что я достаточно хорошо запомнил все эти повороты и лестницы. Где располагается ближайший вход в технический тоннель, тоже примерно представлял. Моя память по-прежнему радовала и была близка к идеальной. Да и вспомнить нужно не так уж и много поворотов. Мы с девушками больше времени простояли в разных закутках, пытаясь придумать более жизнеспособные планы по нашему прорыву.

Мой расчёт строился на том, что количество отрядов во дворце – изначально отправленных на поиски принцессы – после прорыва нашей группы в казарму должно сократиться и намного. А значит, мы с Агнией должны практически без проблем добраться до нужного нам ответвления. Неизбежные встречи меня напрягали, но я был вправе надеяться, что девушку в лицо мало кто знает и наша пара – охранница плюс мужчина – вряд ли привлечёт пристальное внимание. В среде заговорщиков задействовано много людей, и я очень сильно сомневаюсь, что они знают друг друга досконально. Так что за Агнию можно не переживать – ну почти. Тут главное, не натолкнуться на тех, кто слишком хорошо знает меня. Попадётся навстречу, например, Кайсарова Азима и решит полюбопытствовать, куда это меня ведут, а то и сопроводить решит. А нам такое счастье точно не надо. Слава богу, идти нам не очень далеко. Если я не ошибаюсь, надо подняться на первый этаж, пройти по коридору метров пятьдесят, и, в теории, мы должны попасть в то крыло здания, где Ольга с Евой порвали на куски охрану. Другого пути, ведущего в потайной ход, я не знаю. И очень надеюсь, что за прошедшие два часа там и трупы убрали, и новую охрану не поставили, в виду того, что беглецы прорвались, и во дворце их уже нет. Если не брать в расчёт видеокамеры и охранниц, наверняка расставленных по всем этажам, то маршрут получается не самый сложный. Ну да ладно – говорят, наглость города берёт, а у нас задача попроще будет.