Алексей Ковальчук – Наследие (страница 63)

«Потом расскажу все подробности. Может быть. А то хвалить самого себя так и не научился», – вяло думал я, продолжая смотреть на сражающихся Валькирий. Мои руки продолжали свободно гулять по предплечьям жены, бесконтрольно поглаживая и щупая в разных местах. Наткнулся на длинный порез на материи комбинезона и, судя по ещё свежей крови на руке, получила она его перед самым концом схватки. Лекарский амулет уже сделал своё дело, так что даже шва не осталось, но волнение вспыхнуло с новой силой:

– Сколько раз пропустила?

– Не считала, – теперь уже Ольга пожала плечами и спокойно добавила: – Два на бедре.

По одному в живот и руку. Получается четыре.

– Угу, – мрачно буркнул я, – Чуть глубже и прощай рука или нога.

– Ну, а что тут поделаешь? – тряхнула головой моя жена.

Действительно. Что тут ещё сделаешь? Дальнейший диалог прервала Катя, которая дожала-таки свою соперницу и первым ударом отрубила Морозовой руку и тут же вторым взмахом меча, как это принято в здешних реалиях, смахнула сопернице голову. Ещё один крик победившей Валькирии вознёсся над крепостью и снова его поддержали десятки женских голосов. Вокруг нас стали скапливаться выжившие воительницы, а я наконец-то смог получить ответ на вопрос касаемо загадочного подкрепления. Мы с Ольгой и подошедшая к нам Катя, также присевшая на соседний камень, оказались в центре своеобразного круга. За нашими спинами, а также справа и слева встали вперемешку наши Альфы и наёмницы, а напротив тесной группкой кучковались семеро пришедших к нам на помощь одарённых, во главе которых оказалась Ирина Булатова. Та самая эфиопская княгиня, лихо улизнувшая из Москвы после неудачной попытки переворота. Неожиданно, однако! Хотя, если честно, то после жаркого африканского утра, у меня явный непорядок с эмоциями. Какие-то они вялые что ли.

– Хотелось бы отметить ваша светлость, что их помощь оказалась весьма к месту и довольно существенной. Также княгиня потеряла четырёх своих людей.

Это проговорила Рада, после того как Ольга не убирая свои клинки в ножны, поднялась со своего места и шагнула к нашему недавнему… врагу?! После слов хранительницы моя жена остановилась и на некоторое время воцарилась тишина.

– Что ж, сказать спасибо мне не сложно, – холодно проговорила Ольга, – Считай, сказала. Остаётся узнать ради чего решила помочь? Надеюсь, ты не думаешь, что я прощу тебе недавние события, и мы сразу станем лучшими подругами. Максимум, что я могу сейчас сделать, и то если честно очень не хочется – это позволить уйти тебе живой.

– В подруги не набиваюсь, – спокойно ответила Булатова, делая шаг навстречу, – Я осознаю, что виновна в исполнении полученного приказа, и именно мои наёмницы его выполнили. И хоть тебе плевать, но я сожалею, что так вышло.

Я прекрасно осознавал, что Ольга испытывает тоже, что и сейчас бурлило во мне. Я видел перед собой врага, я понимал, что это враг, я знал, что она виновна в гибели моего не рождённого ребёнка, но эта сука своим последним действием заставила меня сомневаться. Нет не в том, что она враг, а в том, что её нужно убить именно сегодня.

– Ты права, мне абсолютно плевать на твоё сожаление, – жёстко ответила моя княгиня, – но ты не ответила зачем? Вариант с раскаянием оставь для похода в церковь. Хотя могу предположить, что ты решила просто ударить в спину своим союзникам, дабы выторговать себе что-нибудь посущественнее.

– Они не мои союзники. Временные и бывшие – да. Но сегодня я сама по себе. Выторговать? Ну а почему бы нет, если у меня есть что предложить?

– Я тебя слушаю.

– Если ты вернёшься в Москву с моей головой, – начала говорить Булатова, – я могу рассчитывать, что твоё чувство мести будет удовлетворено?

– Безусловно.

– А если я попрошу замолвить слово перед Евой, чтобы императрица оставила мой род в покое, она послушается тебя?

Вот объясните мне, почему все великие злодеи умеют подать себя настолько красиво? Заставляя уважать себя и… сожалеть, что он не ваш друг или подруга.

– Я могу пообещать, что приложу максимум усилий, чтобы Ева меня послушала, но не могу гарантировать, что эфиопская королева вернёт обратно статус твоего рода. Королевы не любят отменять свои решения.

– Не любят, – кивнула головой Булатова, – но в данном случае есть большие шансы, если Ева поговорит с Мариам, то последняя вполне охотно сыграет роль милосердной правительницы.

– А может и не сыграет, – равнодушно проговорила Ольга.

– Если не сыграет, то у моих родичей всё равно останутся варианты. Убрать статус изгнанных желательно, но главное это месть Евы.

– Я могу только обещать поговорить. Но не гарантирую результат. Ты готова умереть ради призрачного шанса?

Задав свой вопрос, Ольга неторопливо подняла катану и приложила лезвие к шее Булатовой.

– Или может, немного подумаешь?

Пока Булатова думала, я смотрел на оранжевый диск солнца и лениво философствовал. Жизнь не кино, а приключения Индиана Джонса лучше смотреть с экрана кинотеатра. Иногда для достижения результата нужно пролить много крови, в том числе и своей. Но все ли цели стоят того чтобы убить? Безусловно нет! Да и вообще лозунг «цель оправдывает средства» слишком кровожадный и бескомпромиссный. А на мой взгляд, Ольга, распалённая сражением и гибелью своих людей, хотела сейчас только одного – убить ещё одного врага, который сам пришёл и предложил обмен. Очень лёгкий обмен. Так и хочется его принять. «Надо бы уточнить, где младшая Кайсарова? – ворвалась ко мне сторонняя мысль. – Успела уйти или осталась в крепости? Если ушла, то нас ждёт большой головняк по возвращению в империю. Война – дело тонкое и грязное. Жаль, избежать почти невозможно.» Перевёл взгляд на Булатову и заметил тонкую струйку крови, что уже начала бежать по её шее. Ольга с трудом сдерживала своё желание, а Ирина пока молчала, видно последний раз просчитывая варианты.

Глава 10 Доминация

С моей тонкой душевной организацией явно произошла какая-то трансформация, так как стекающая по шее Булатовой кровь не вызывала у меня каких-либо эмоций. Подумаешь, какая ерунда! Всего лишь голову отрубят, заморозят и отвезут в Москву для наглядной демонстрации под светлые очи нашей императрицы. Ничего необычного, банальные африканские будни. «Заматерел волчара!» – тут же подобрала ко мне эпитет самокритичная часть натуры. «Скорее волчонок. Волчары – а точнее волчицы – стоят, беседуют.» – парировали в ответ скромник и скептик в моей душе. Мысли в голове скакали, словно воин во время боя, постоянно меняя диспозицию и акцентируя внимание на множестве вещей сразу. Однако новая идея, кратковременно возникнув в голове, не успела смыться в глубины сознания, как я ухватил стремительную мысль и сделал шаг вперёд.

Пройдя пару метров, остановился сбоку от замерших женщин, как раз со стороны катаны, которую держала моя княгиня. Стальное лезвие меча красиво переливалось, играя солнечными лучами, и невольно притягивало взор. Не удержавшись, перешёл на особое зрение артефактора и, наверное, уже в сотый раз восхитился работой японской мастерицы. Ощущение, будто смотришь на галактику через мощнейший телескоп и видишь миллиарды звёзд, рассыпанных перед тобой на расстоянии вытянутой руки. В структуре клинка я наблюдал множество созвездий, которые формировали магические узоры. Созвездия образовывали скопления, и те, в свою очередь, превращались в галактики, а вся картина целиком являла собой сложнейшую схему целой вселенной. Грандиозной… Бесконечной… И созданной человеком… Потрясающая и невероятная по сложности работа.

– Сергей?! – вернул меня на землю голос Ольги.

Хм… Однако, увлекся. Сам не заметил, как указательный палец правой руки уткнулся в клинок и начал путешествовать по длинному лезвию, пытаясь проследить всю цепочку узоров. Ольга окликнула меня в тот момент, когда я почти добрался до места соприкосновения меча и шеи Булатовой. Как говорится, картина маслом, и не спорю, что, со стороны, скорее всего идиотская. Убрал руку с лезвия катаны и посмотрел в глаза эфиопской княгини, желая понять, кто же всё-таки прячется за этими зеркалами души. Беспринципность? Необходимая жестокость? Или просто человек – готовый на всё ради цели, мечты, идеи? И кем тогда считать такого человека? Не знаю, а тёмные глаза Ирины молчали, оставаясь непроницаемыми, и не желали открывать мне сокровенные тайны своей хозяйки. Хотя, по сути, это знание мне ничего не давало и было абсолютно ненужным, ибо Ирина уже списана мною в утиль. Так или иначе, ей конец. Желая вернуть себе родину, которая однажды уже вышвырнула её род, Булатова преступила слишком много границ, и гибель тысяч граждан империи ей никто не простит и не забудет. Зато у неё была дочь, и вот уже с ней вполне можно отыграть одну интересную партию. Прерывая затянувшуюся паузу, я спросил:

– А где твоя дочь, княгиня?

– Зачем тебе?

С мечом у шеи головой особо не покрутишь, но тональность голоса и мимика ясно показали мне небольшую нервозность, которую испытала Булатова от моего вопроса. Наверное, подумала, что я хочу предложить другой размен – её дочь в обмен на шанс отменить изгнание и дальнейшее преследование рода Булатовых.

– Ты готова умереть ради призрачного шанса на дальнейшее существование своего рода, – спокойно изложил я суть вопроса. – А я готов предложить реальный и жизнеспособный вариант. Но моё предложение логичнее обсудить в присутствии будущей главы твоего рода. Хотя если она далеко, то мы можем немного подождать, пока будем добираться до Гондэра. И возможно, даже не передумаем, пока едем до столицы Эфиопии.