Алексей Ковальчук – Мир Валькирий: Адаптация (СИ) (страница 36)

**************

Утром после завтрака Ольга проводила Сергея на тренировку к Агате. Если той верить, у Сергея очень хороший потенциал. И если заниматься хотя бы три-четыре раза в неделю, то через год он вполне сможет противостоять воительнице уровня Дельта. Правда начального уровня Дельта. Просто за счет силы сможет пробить доспех духа кулаком, без всяких техник, доступных одаренным, и нокаутировать соперницу. Ольга вздохнула. Она не понимала, зачем ему мучиться на тренировках, получать синяки от Агаты. Ведь у него есть она. И со всякими гадинами, которые посмеют тронуть её мужчину, разговор будет очень коротким. Ольга снова вздохнула. С другой стороны, такая целеустремленность не может не импонировать. Хочется ему поднять немного самооценку, пусть поднимает, а если кто на горизонте серьезный встанет, то… Тут Оля хмыкнула. Как встанет, так и ляжет, правда, уже от неё. Надо будет выделить ему все же персональную охрану. Лично его охрану, которая будет сопровождать в тех случаях, когда она будет куда-нибудь отлучаться. Мысль с охраны переместилась на конкретную охранницу. Ольга нахмурилась, потом активировала наушник внутренней связи и приказала:

— Лера! Вызови ко мне Смолову Анну.

— Принято, — отозвалась в наушнике Лера.

Через несколько минут дверь распахнулась и в её рабочий кабинет влетела Анна. Судя по виду, бежала и очень быстро.

— Вызывали, Ваша Светлость? — сухо и по-деловому произнесла Анна. Вот только глазки в пол опустила.

— Вызывала, — ровно ответила Ольга и, встав с кресла, направилась к Анне.

Сегодня, оставшись дома и не планируя встреч, она оделась по-домашнему: в короткие шортики, полностью открывавшие на всеобщее обозрение длинные, стройные ножки, и обтягивающую футболку с большим вырезом, из которого пыталась сбежать её волшебная, если верить Сергею, грудь, а на ногах любимые и такие удобные мокасины. Обычно Сергей при виде такого её наряда начинал картинно облизываться и тянуть руки, изображая из себя зомби. 'В принципе, — улыбнулась она про себя, — он при любом её наряде смотрит с большим вожделением, что, конечно, очень сильно радует.'

Подойдя к Анне почти вплотную, протянула руку к её подбородку и, вздернув той голову чуть вверх, заставила посмотреть в глаза. Немного помолчала, читая её взгляд. И потом нежно, но одновременно твердо признесла:

— Обижена на меня и злишься на него. Так!

Анна попыталась увести взгляд в сторону, но рука Ольги, по-прежнему держащая девушку за подбородок, вернула положение глаза в глаза.

Оля увидела, что глаза Ани повлажнели, а сама она всхлипнула и дрогнувшим голосом произнесла:

— Прости, пожалуйста…

— За что простить? — добавила она нежности в голос.

Слезы уже не держались в глазах, а небольшими капельками начали стекать по лицу Анны, образуя две мокрые дорожки.

— Я… — всхлипывая и глотая слова, начала говорить Анна. — Я… Хотела… сделать… тебе больно… Я достойна смерти-и-и…

С последними словами Анна рухнула на колени и, обхватив руками её бедра, прижалась лбом к её животу и, рыдая уже во весь голос, практически прокричала:

— Я хотела убить его… Чтобы сделать больно тебе… — И заревела еще сильнее.

Ольга почувствовала, что футболку, похоже, придется менять, как и шорты. Положив правую руку на голову Анны и перебирая пальцами слегка вьющиеся волосы своей бывшей любовницы, задумалась.

В своём собственном любовном угаре, в котором пребывала вместе с Сергеем, она перестала контролировать многие вот такие мелочи, на самом деле мелочью не являющиеся. А это большой минус ей, как руководителю. Ольга вздохнула. Что же ей делать с Анной? Девушка явно в отчаянии, Сережа оказался прав.

Снова вздохнув, Ольга схватила Аню за плечи и, с силой потянув, практически оторвала девушку от себя и поставила на ноги пред собой. Та, бессильно опустив руки и свесив голову, продолжала плакать. Ольга, тыльной стороной ладони вытирая ей слёзы, сделала голос совсем нежным и ласковым и начала говорить:

— Не плачь, пожалуйста. Я не желаю твоей смерти и наказывать тебя тоже не собираюсь. Между нами слишком много приятных воспоминаний, и я понимаю твои чувства.

Аня, всё еще всхлипывая, дрожащим голосом спросила:

— Ты, правда, простишь меня?

— Уже простила, — кивнула головой Ольга. — Но! Мне придется удалить тебя из поместья. Твои чувства ко мне слишком сильны, и ревность может толкнуть на необдуманные поступки, которые я могу уже тебе не простить. Выбирай любое место. Хочешь — родовые земли, там тихо и спокойно. Или в Крым — на базу флота, теплое море, солнце. Что скажешь?

Аня секунду помолчав и, уже полностью перестав плакать, решительно сказала:

— Отправь меня на Дальний Восток, на границу с Китаем. Там часто происходят столкновения, а мне очень нужно выпустить пар. Пожалуйста, — попросила она.

Ольга на секунду задумалась, потом разрешающе кивнула головой:

— Хорошо, Ань. Отправлю в Маньчжурию, там китайцы постоянно берега путают, — улыбнулась Ольга в конце.

В следующее мгновение Аня шагнула вперед, обняв Ольгу за талию, посмотрела в глаза полным отчаяния и надежды взглядом и прошептала

— Прошу тебя, подари мне последний раз, на память обо всем. — И потянулась к её губам.

Ольга замерла, не отстраняясь и не отвечая на поцелуй. В голове пронеслись мысли, что она обещала Сергею звать его третьим, если ей вдруг захочется девочку. Потом подумала, что Аня точно не захочет Сергея в их дуэт, да и он сам попросил её быть помягче с Аней. 'Куда уж мягче', - усмехнулась она про себя. А Сергею она потом объяснит, что по-другому было никак. С этой мыслью она решительно обняла Анну и начала отвечать на её жаркий и настойчивый поцелуй. 'Хорошо, что при кабинете есть отдельная небольшая спальная комната', - подумалось ей, когда Аня задрала её футболку вверх и начала покрывать поцелуями её получившую свободу грудь.

☆☆☆☆☆☆

Понедельник, среда и пятница — дни, когда я добровольно иду получать люлей. Это я про свои тренировки с Агатой, если кто не понял. Сегодня пятница, время получать очередные синяки. Хорошо все же с этими магами жизни: минута — и ты как новенький. Правда Агата явная садистка, по её просьбе лекарка снимает только явные посинения, пожелтения и ссадины на лице, а вот болезненные ощущения проходят только к вечеру. И это у меня еще ВИП статус, остальные девушки которых она так же тренирует щеголяют синяками пока те сами не сходят. У неё вообще весь педагогический процесс запоминания учебного материала поставлен через боль. Не правильно поставил блок, привет тебе пламенный по кумполу, далеко выставил ногу, получи и туда пожалуйста. Ну да ладно вот и спортзал выдох-вдох и вперёд на амбразуру.

☆☆☆☆☆

— Ну всё, хватит с тебя на сегодня, — сказала Агата. — До понедельника.

Я ещё секунду постоял в стойке, в которой сдерживал её удары. Потом выдохнул, вяло махнул Агате рукой и поплелся на выход. Мыться придется наверху, в душевой спортзала куча девчонок, как, в принципе, и всегда. 'Сколько она меня сегодня мурыжила?' Я глянул на часы пред дверью. 'Ого…' Три часа без малого, это вместе с разминкой и занятиями на тренажерах. Вообще могу собой гордиться, всего месяц назад — час-полтора, и я труп, а сейчас — почти три часа, и я еще передвигаю ноги. Местный добрый доктор Айболит, она же лекарка и по совместительству сильный маг жизни, Валентина Зубова, перехватила меня у лестнице на второй этаж. Молча остановила, сделала пару пасов руками и всё. Как я обожаю эти мгновения, отошел от неё через минуту, посвежевший, как будто только что проснулся. И силы вернулись, и настроение сразу наверх поползло. Если бы ещё не ноющая боль там, куда попали пропущенные мной удары, совсем было бы хорошо.

Добрался до спальни, сходил в душ, а после по внутренней связи спросил Ольгу, пойдет ли она на обед? Идти в крыло, где находился её кабинет, было откровенно лень. Потому и воспользовался внутренней телефонной линией. Та виноватым тоном призналась, что уже сходила. Ну да, Агата меня сегодня что-то сильно задержала. Но я все равно грозным тоном сообщил Ольге, что её предательство еще припомню. На что получил её горячие заверения, что она очень сильно раскаивается и больше так никогда не будет. Я про себя хмыкнул. Что-то уж больно явно она сожалела. То ли моя грозная шутка выглядела так серьезно, то ли она действительно считает себя виноватой. Еще раз хмыкнул, уже явно. Закончил разговор и рванул в сторону истинной королевы всего этого поместья — Марьи Ивановны. Да-да, я искренне считаю, что мы все тут живы и не умерли от голода только благодаря шеф-повару кухни. Лучшему, по моему нескромному мнению, шеф-повару на свете. Такое мое отношение Марья Ивановна чувствует, да и слышит тоже, когда я начинаю расточать комплименты в её адрес. Так что там, на кухне, мне всегда рады. Можно было, конечно, позвонить, и мне бы принесли обед прямо в нашу мини-столовую, но мне захотелось лично осмотреть и выбрать что-нибудь вкусненькое. Ну и общение с Марьей Ивановной доставляло мне удовольствие.

— Всем добрый день, — бодро поздоровался я, войдя в царство пара, жара и чего там еще. — Дайте, пожалуйста, попить, а то так кушать хочется, что и переночевать негде, — жалобно протянул я.

Эту шутку я еще не использовал и закономерно вызвал у десятка девушек, трудившихся на своих местах, веселые улыбки, а Марья Ивановна так и вовсе засмеялась в полный голос.