Алексей Котаев – Человеческая оболочка (страница 17)

Айзек, в минуты редкого сна, оказывался дома. В замерзшей пещере, тускло освещенной одним лишь солнечным светом, пробившимся через окошко над тамбуром. Шкуры и кровати давно задубели, а каменные стены промерзли, забрав весь уют из этого места. Айзек стоял посреди брошенного дома, и в груди его появлялась такая нестерпимая тоска, что становилось больно.

Замерзшая печь больше не грела. Влага в лампах осела на прозрачном пластике инеем. Охотничья утварь вмерзла в шкафы. Кто теперь будет это использовать? Один лишь Юрий? Обидно становилось и за старика. Всю жизнь он растил Айзека, обучал его. Пусть и не сказать, что он был хорошим наставником, но он заботился о мальчике. Мысль, что ради незнакомых людей придется бросить своего учителя появилась внезапно, наведенная снами.

Айзек резко вскочил, не в силах больше терпеть издевательства своего собственного мозга. Светлый и ясный день близился к концу. На улице начинало темнеть. Сунув ноги в валяные из шерсти тапочки, Айзек вышел из комнаты, в необычайно светлый коридор. Шум и голоса с кухни сразу направили его вперед. Стоило юноше заглянуть в дверной проем, как его чуть ли не за шкирку затащили внутрь и посадили на табурет. Пять стариков. Один старше другого. Она громко спорили, пытаясь донести до не слышащих ушей друг друга одну и туже перефразированную мысль – «Мальцу надо помочь».

Юрий сидел во главе стола, и по нему видно было, что он невероятно рад, что не стал таким же старым маразматиком в силу возраста.

Совет стариков был собран из тех, кто когда-то бывал в Ред Вотер, и ездил маршрутом каравана. Пусть сейчас и не все из них это помнят. Мария позвала их на чашечку отвара, в надежде на хоть какие-то внятные рассказы. И лишь судя по их красным лицам, Айзек догадался, что в кружках уже не отвар, а дистиллят с этих самых трав, и толкового разговора не выйдет…

Юрий же был трезвый, ведь как он мог позволить себе такую слабость перед самым важным событием его последних лет. Он все еще не был уверен, что пацан справится. Ему казалось, что быть охотником не так уж и плохо. Мирная и спокойная жизнь тут намного перспективнее непонятного путешествия, подкрепленного одними лишь догадками.

– Ну вот и посмотрели мы на тебя… Зови меня «старик Том». Том – это имя, а старик – это потому, что я уже старый, – усмехнулся лысый мужик, сидя по правую руку от Юрия. – Мда… то вас двоих днем с огнем не сыщешь… ты вы три дня подряд тут сидите. Вылазки свои делаете… Местных диковинной техникой пугаете. Я тут, вроде, за главного. Слежу за всеми. Да и за вами в том числе. Все охотники на пересчет, но таких умелых вряд ли найдешь. При учете того, что у вас все пальцы на руках имеются!

Старик Том расхохотался, выставив вперед свою трехпалую левую руку.

– Лысый, ты накидался с полкружки! Ну как так-то? Хватит парня пугать! – упрекал его друг, сидящий рядом. Хотя длинная белая борода уже тоже была сырая от выпивки, и голос казался мягким и расслабленным, что было не в быту у грубого и сдержанного местного населения. – Эх пацан, удивил же ты нас! Такую тушу приволок! Грех не помочь! Ты вот только скажи, как ворчун Юрий-то на это согласился? До Р-Вотер путь не близкий. И порой опасный. Я, если что, Александр, и по грубому имени можно догадаться, что я тоже из Востока. Как Юрий и Мария. Эхх! Были времена…

– Да завязывайте вы уже! – подскочив на здоровой ноге, крикнул Юрий. – Давайте еще байки травить начнете, как и кто сюда приезжал… Вас тут собрали не для этого!

– Да успокойся ты, бремя рассказчика все равно падает на меня. Эти двое уже не в состоянии связать мысль. Да и тебе не помешало бы выпить, – заговорил, казалось бы, самый молодой из всех. Его волосы не съела седина, а значит старость не добралась до него так быстро, как до остальных представителей. Мужчина протянул Юрию стакан с резко пахнущей настойкой и вновь встал у кухонного гарнитура, наливая новую порцию в свою кружку. Теперь он обратился уже к Айзеку. – Ты так много имен-то вообще сможешь запомнить, пацан? Хотя это не столь важно… Но, на всякий случай, я Артем. Выпьешь? Хотя нет, молод еще!

Громко посмеявшись Артем хлопнул Айзека по плечу. – Смотри: из тех, кто помнит Р-Вотер это я и мой брат Алексей. Мы тут в самом здравом уме. Но остальных спускать со счетов не будем. Пока они были трезвые, рассказали все, что могло быть интересным. Ты готов выслушать, или сначала взбодришься? Оклемаешься…

– Готов, – в легком недоумении протирал сонные глаза Айзек.

– Будет долго и емко, так что терпи, пацан. Начнем с того, что говор местного населения не сможет сказать: «Исаак», они назовут тебя «Айзек», так что не пугайся. Это заведено с давних времен, еще до этого проклятого похолодания. Вообще, речь, поначалу, будет казаться странной из-за их родного наречия. Но ты привыкнешь. Еще из интересных фактов: Ред Вотер, с древнего языка переводиться как «Красная Вода». Раздолбанный лед на побережье города всегда красный, так как там процветает промысел по добыче морских зверей. В основном, огромных. Гигантские корабли долбят лед, уходя еще дальше на север, а потом волокут мертвые туши к городу, где кранами их скидывают на верфь. Кровь течет в воду, окрашивая береговую линию в красный. Ну вот отсюда и название.

– Это поселение большое?

– Это место уже и не назвать поселением! С каждым днем оно разрастается, и мощности по производству новых людей они собирают со всей округи. Иногда выкупая у более мелких городов, иногда просто находя в древних развалинах, а иногда просто воруя и отвоевывая, что редкость. Город большой, и ты точно потеряешься, но там есть высокая башня. Охренеть какой длинный шпиль, пронзающий небо! Я описывал его Юрию, и он сказал, что ты такое уже видел. Так вот вся движуха происходит около него. Там есть свое управление и люди, что следят за порядком.

– Угу… – кивнул парень, записывая на подкорке информацию.

– Я уже и не знаю, как выглядят их «порядчики», но, думаю, ты их узнаешь. Вот они тебе и нужны. Как только найдешь такого – обращайся к нему. Это из основного. По мелочи – там вкусное мясо морских животных, и, если твой старик расщедрится в дорогу, авось попробуешь, – складно говорил Артем, изредка попивая крепкую настойку. Старики сидели молча и лишь кивали в знак согласия. Долгий поучительный разговор продолжался очень долго. Старцы по очереди рассказывали свои небольшие истории, про то, как они бывали в удивительном городе, а Айзек, в свою очередь, сидел и думал, как правильно сформулировать свой вопрос.

– Почему, если там есть шпиль, то нет теплой земли, как в Пан Оптикуме? – поверг всех в шок юноша. Тишина внезапно навалилась на всех, и они уставились на мальчишку с задумчивым видом.

– Ну то древни Боги, а то обычные люди! – чуть ли не хором сказали все, кроме Юрия. Он вообще старался не встревать в разговор. – Ты бы лучше подумал, как добираться туда будешь. Караванщики ведь денег попросят, а доставить человека стоит дороже, чем вещицу.

– Кстати… да, – вновь заговорил Артем, явно догоняя своих товарищей по состоянию опьянения. – Здесь есть один нюанс: караванщики любят сильных и крепких ребят, и я думаю, мы сможем замолвить словечко за тебя. Ты вроде парень не промах, Юрия уж точно переплюнул.

– Да что ж ты грустный-то сидишь? Давай веселее! Это же так завораживает – первое дальнее путешествие! Столько всего нового и необычного! На! Пей! – Том протянул свой стакан Айзеку, и тот аккуратно глотнул. Всеми силами, пытаясь сдержать напиток во рту, парень проглотил его и окосел. Лицо сморщилось, как старый батат. Невозможность вздохнуть ртом нагнала на него панику. Старики смеялись, а Айзек, поначалу, и не понял даже, почему они пьют эту гадость. Лишь после нескольких подходов до него наконец дошло.

Мигом опьяневший Айзек с огромным удовольствием слушал своих старших товарищей, впитывая слово за словом. Запоминал истории о том чудном месте, которое ему предстоит посетить. Время от времени поглядывая на такого же пьяного наставника, юноше становилось спокойно. Вот если бы всегда было так тепло и хорошо… Может и не пришлось бы никуда ехать, спасать кого-то? Заметно покраснев парень было потянулся за еще одной порцией, но тяжелая рука Артема, заведующего колбой с напитком, остановила его.

– Много не пей, – сказал тот, отодвинув кружку от парня.

Вся усталость прошедших дней улетучилась в мгновение ока. Айзек, некогда скромный и сдержанный в угоду воспитания, начал болтать со всеми стариками, рассказывая им о том, что видел. О том, как завалил того огромного монстра. И о том, что он нашел у Пан Оптикума, места, в которое даже местные не хотят соваться. Старики же в ответ рассказывали ему, как десятки поколений назад люди пытались силой забрать эти теплые места, но высоченные стены не оставляли и шанса, даруя непоколебимую защиту жителям этого благословенного кольца.

Разговоры длились долго. Старики уже начали засыпать, и, глядя на их беспомощность, Айзек заплакал. Сейчас, в порыве эмоций и чувств, ему стало обидно, что нет тут никаких будущих поколений. Все эти люди стареют и умирают в одиночестве. Никто им даже не поможет в старости. Новые люди, что могли бы тут появиться, были призрачным шансом на спасение и процветание этих мест. И лишь представляя, как опустеет и замерзнет деревня, а ветряки остановятся навсегда, оттого что некому их обслуживать, Айзеку становилось страшно. За всех тех, кто сейчас тут. За Марию, за Юрия, за этих странных, болтливых стариков.