Алексей Корнелюк – Бескрылый – Посланник бога (страница 5)

Ангел тоже сел на корточки рядом, потёр руки, словно хотел согреться, и, направив открытую ладонь на паутину, зажёг мягкий свет.

– Никогда не задумывался, почему паук плетёт такой узор?

Я всмотрелся в рисунок. Он был… он был удивительным. Не то чтобы я никогда паутину не видел, просто впервые придал значение её узору. Он не был идеальным, но всё же смотрелся целостным. Каждая паутинка сплеталась с другой, и все они тянулись к сердцевине…

– Внимательнее… – прошептал ангел.

Я подвинул лицо ближе, но не слишком – на случай, если паук вылезет и решит на меня прыгнуть.

Интересно… Сердцевина сплетена как закручивающаяся спираль, не идеальный круг, а именно спираль.

– Одинаковых паутин не бывает. Все они обладают своим индивидуальным рисунком. И разница…

Ангел сделал ещё один неопределённый жест рукой, и паутина начала расплетаться, будто кто-то поставил видео на перемотку назад.

– …и разница в том, откуда и куда тянется паутинка. Эти изменения на первый взгляд незаметны. Как и человеческие поступки: в моменте не понять, что изменилось, но будь уверен – узор твоей жизненной паутины стал другим.

Ангел встал, я поднялся следом.

Паутина осталась прежней, фокусы с визуализацией пропали. Из щели в оконной раме показался паучок. Не знаю, смотрел ли он на нас, но я смотрел на него точно. Знал ли он, какой урок нам преподал? И был ещё один вопрос, который меня интересовал. Его я решил задать вслух:

– А так ли важно самому пауку плести паутину, зная, что она уникальна?

Ангел взял паузу и заговорил только тогда, когда мы подошли к машине.

– Паук не задумывается над уникальностью рисунка. Он просто плетёт и плетёт свою паутину.

– И?

– Опоздав на собеседование, девушка незаметно для себя переплела свой жизненный узор. Теперь понятно?

Я сел за руль. В машине всегда чувствуешь себя безопаснее.

– Слушай, а ты записать это в свой блокнот не хочешь? И-и-и… мы с тобой во всей этой истории забыли одну маленькую деталь.

– Это ещё какую?

Ангел улыбнулся, приподняв одну бровь…

Глава 6

– Мы же тебя не описали…

– Меня что?

– Вот смотри. Читатель погрузится в историю, а как он тебя визуализирует? – спросил ангел.

– Да я-то откуда знаю, я таксист, а не писатель, – отложив блокнот на колени, я посмотрел в боковое окно.

– Ладно, ладно… Давай попробуем вместе. Ты это… в вашем земном мире пользуешься успехом у противоположного пола?

Я замялся. Как сказать… вроде да и вроде нет… если выпить – да, а если нет…

– Запиши, что герой у нас средненький. Не красавец, но и не урод.

– Сам ты средненький!

– Пиши. И вообще, как тебя зовут?

Я взялся корябать ручкой в блокноте.

– Мне представлялось, что ангелы всё и так знают.

– Так как?

– Ну, Гриша.

– Как попугая, что ли?

– Это попугая как меня. Я его в свою честь назвал.

Ангел присвистнул.

– А ты не промах, парень. Ладно… Опиши там свой нос, глаза, брови, лоб – всё, что нужно, чтобы читатель тебя представил.

– Да я-то как это сделаю? Ты издеваешься?

Ангел потянулся и открыл зеркальце.

– Вот смотри. Что видишь – то и пиши.

У меня голова шла кругом. Что вижу… что вижу… Я с этим лицом 31 год живу, но характеристику ему давать не научился.

– Нос как нос, лоб как лоб… Как это описывать?!

– Ладно, давай упустим эту деталь и обыграем так… – ангел зыркнул на меня. – Блокнот открывай и пиши.

Я повиновался.

– Он был обычным парнем с ничем не примечательной внешностью. Конец.

– Как-то скучно.

– Так это ты с этим лицом живёшь, не я.

Я поджал губы.

– Слушай, ангел, а ты сам-то что? Красавец? Выглядишь как взлохмаченный студент из богатой семьи, лицо такое аристократическое, словно со статуи сошло.

– Так не говорят.

– Что не говорят?

– «Словно со статуи сошло».

– А-а-а-а!

– Успокойся.

Я взял бутылку и стал пить. Вытерев рот рукой, взглянул на блокнот. Несколько капель упало на бумагу, и чернила на словах «Он был обычным парнем» расплылись.

Я поднял глаза и завизжал, ударившись головой о стенку двери.

– Что, сладкий, испугался красивой женщины?

Я несколько раз моргнул, протёр глаза. Моргнул ещё раз. Передо мной сидела нарисованная красотка из моего любимого детского фильма «Кто подставил кролика Роджера». Знойная рыжая красавица с большими буферами. Она вся светилась и выглядела реальной, насколько могут выглядеть реально нарисованные персонажи.

– Я могу принимать внешность кого угодно. Хоть дельфина, хоть покемона, – и тут его лицо стало меняться с немыслимой скоростью, будто внешность – это скины в игре: крутишь колёсиком мыши и примеряешь на себя любую. На миг мне даже показалось, что я увидел Джареда Лето из 30 Seconds to Mars. Наконец внешность вернулась к привычному мне взлохмаченному студенту.

– Так что не парься, описывать мою внешность – пустая трата времени.

– Знаешь, что будет, если в книге я упомяну, что ты на миг становился дельфином или покемоном?

– И что же?

– В комментариях под книгой появится: «Автор, что ты куришь?»

– А ты куришь что-то?