Алексей Кондратенко – Супергерои. Нола (страница 14)
Летун встал, отряхнул свою мантию из необычной переливающейся материи с золотой почти металлической подкладой с обратной стороны, и пошел к фургону черепов.
Один из выстрелов плазмы проделал дыру в мостовом покрытии. Летун прыжком перемахнул через нее. Из-под капюшона сверкали красные сенсоры. Шесть оптических датчиков на металлической маске с пластинами брони выискивали цели. Они под наклоном сходились у переносицы и спускались к щекам. Ни носа, ни рта в маске предусмотрено не было.
Датчики отслеживали движение. Микропроцессор помогал обрабатывать поток визуальных данных и отрисовывал подсказки.
Первым попался Лич, он уцелел и довольно резво скакал на хромой ноге через остановившиеся машины, обходя обломки, очаги пламени и расталкивая пострадавших автовладельцев.
Мятежнику повезло меньше. Во время падения фургона его вынесло под колеса того самого грузовика, который взорвался. Мало того, что раздавило, так еще и подкоптило.
В виду скоропостижной кончины Мятежника, 44 Черепа отныне полностью переходили во власть Лича.
Значит, с Личем придется поаккуратнее. Он теперь очень ценен. По крайней мере, до тех пор, пока не расскажет всю интересующую Летуна информацию.
Летун прошел мимо тела Мятежника и ускорился, преследуя Лича.
– Вызовете полицию, это террорист! – кричал Лич, убегая от Летуна по встречке, где еще сохранялось вялое движение транспорта.
Впрочем, кричал не только он. У гражданских были свои заботы. Все куда-то бежали, помогали застрявшим водителям. На мосту сбились в свалку около дюжины автомобилей. Многие еще были в шоке.
Сенсоры Летуна подсказали, что в руках у Лича может быть горелка. Это опасно. Это сулило новыми взрывами и могло обернуться тотальной трагедией, если плазма обрушит мост.
Летун не мог этого допустить. Он запрыгнул на одну из машин, выхватил из кобуры модернизированный пистолет ОЦ-27 кастомной доработки и подстрелил Лича в ногу.
Тот сначала повалился, выронил горелку, но продолжил ползти среди горящих луж топлива на глазах у остановившихся водителей. Потом суетливо попытался подняться, заковылял, запрыгал на одной ноге. По направлению Лича, угадывался его план. Видимо, он так боялся Летуна, что надумал свалиться с моста, лишь бы смыться от него.
Поздно!
Летун перепрыгнул с одной крыши на другую и так по нескольким автомобилям настиг свою цель. Сбив Лича коленом в спину, Летун повалил его на землю.
– Падла, да че ты к нам привязался? – в ужасе вытаращился Лич, разглядев в темной тени капюшона металлическое лицо с шестью светящимися оптическими датчиками.
Летун схватил Лича, перевернул лицом к себе и прижал за горло к асфальту. Грубый электронный голос зарычал в татуированное, покрытое ссадинами лицо неонациста:
– Как вы вышли на продавцов? Мне нужны их контакты!
– Хер те! Я не стукач.
Летун хорошенько встряхнул его, приложил головой об асфальт и заговорил:
– Филип Морару, ты заложил своих подельников, поэтому тебе скостили срок. Ты еще какой стукач. И ты мне расскажешь, как найти торговцев.
– Да не знаю, я! Отъебись!
Лич попытался отбиться, задергал ногами, выхватил скрытый в ремне ножик и воткнул его в грудь Летуна. Там лезвие на что-то наткнулось, повернулось и прошло вскользь куда-то в бок. Летуну от удара ножом хоть бы хны. Ничего в нем даже не перемнилось. В ответ Летун, лишь вырвал ножик из себя и вонзил в плечо Лича.
– АААААА! СУКА!
Летун повернул лезвие.
– Перестань, ублюдок!
Пока они возились, взорвалась легковушка, на которой приехал Летун. Время работало против них. Оставаться на мосту было опасно. А еще надо было успеть эвакуировать людей, а то вызванные спецслужбы задерживались.
– Говори! – скрежеща, словно металл, зарычала маска, нависнув над Личем.
Филип Морару застонал, от боли из глаз его потекли слезы. Он с бешенством заскулил:
– Да бля! Не знаю я, как выйти на продавцов! Может, мы всех их порешили. А может нет. Но это не важно. Не важно, слышишь?! Потому что я не контактировал впрямую с продавцами.
Летун размахнулся и въехал кулаком тому по зубам:
– Дурить меня надумал?
– Хватит! Это правда! Нам назначил встречу посредник. Связной. Понял? Так что всё, отвали. Я не знаю, как законнектиться с продавцом.
Летун пихнул Лич на асфальт и ненадолго задумался.
– Кто посредник, Филип? – спросил он.
Лич харкнул ему в маску смесью крови и соплей.
– Обломись паскуда! Я не сдам своего связного. Ты не сделаешь со мной то, на что способен он в гневе.
Непроницаемая металлическая маска выдвинулась из тени капюшона.
Электронный голос яростно грянул:
– Вот тут ты сильно ошибаешься.
Летун взял Лича за ногу и потащил его за собой. Сначала Лич растерялся, не понимал, что задумал Летун. Надеялся, что наденет наручники и затолкает в какой-нибудь уазик, да увезет на допрос, как если бы тот был ментом. Но на горе Лича, Летун не был связан с представителями закона. И никакие рамки права его не сковывали.
Вскоре Лич понял, куда его тащит этот псих и зкричал, умоляя этого не делать.
Летун заволок Лича прямиком в горящую лужу топлива. И подождал когда огонь схватиться на Личе. Наполовину объятый пламенем Лич орал, сдирая горло в кровь и катался по земле, пытаясь потушить себя.
– Шура Барский. Шура Барский!!! – вопил Лич. – ШУРА БАРСКИЙ!
Это имя знакомо Летуну. Шура Барский… скользкий тип, связанный со многими криминальными делишками. Наркотики, проституция, торговля оружием. Осторожный тип, закону никак к нему не подкопаться, но Барский активно совал нос во все грязные дела города последние лет пять. Версия убедительная!
Летун уже надумал потушить Лича, когда датчики зашкалили, фиксируя движение на краю поля зрения.
ПОВСЮДУ!
Неожиданно сильный порыв ветра налетел на мост. Красноватый вихрь пронесся где-то над крышами автомобилей. Неподалеку от Летуна разбилось стекло задней дверцы Мерседеса. Кто-то очень быстрый достал оттуда огнетушитель и взмыл в воздух.
Лича обдало клубами белой пены огнетушителя. Пламя тут же потухло, и Лич, наконец замолк.
Подняв голову, Летун увидел её. Летающая женщина в ярко-красном костюме, обтекающем ее тело, словно застывшая смола.
– Не мучай его, – строго повелела Нола.
Впервые Летун видел её вживую. Она никогда особо ему не нравилась. И начало диалога симпатии к ней не прибавляло. Прилетела, не разобралась в ситуации, и тут же сунулась не в свое дело, с видом святой благодетели.
– Этот человек преступник! – возразил Летун.
– А ты преступник? Ты действуешь как они. Смотри, что ты устроил на мосту, – осуждающе покачала головой Нола.
– Так ты поболтать прилетела? Или начнешь уже геройствовать на камеру, – с иронией бросил ей Летун, показав, что очевидцы достали свои телефоны и принялись снимать Нолу, парящую в воздухе.
Разочарованная цинизмом Летуна, она лишь устало вздохнула и улетела спасать остальных людей. Она тушила огонь. Скидывала в реку горящие обломки. Расчищала путь проезжающим машинам. Переносила людей с моста.
А Летун, когда повернулся к Личу, услышал лишь далекий плеск в реке. Сукин сын, всё же смысля, пока они препирались с Нолой.
– Твою мать, – прорычала металлическая маска из-под капюшона.
Уж из реки вылавливать Филипа Морару Летун не будет. Его костюм не очень-то дружил с водой.
Что ж, по крайней мере, он выжал максимум из сложившейся ситуации. У него было имя связного. Шура Барский. К нему Летун обязательно наведается.
А пока Летун возвратился на место, где Лич выбросил плазменную винтовку и прихватил с собой, чтобы получше изучить её устройство.
Ночной ветер донес звуки сирен. Скорая и полиция мчались с одного берега. Пажарные с другого. Впрочем, Нола тут уже многим помогла.
Она собиралась улетать, когда Летун нагнал ее по земле.
– Стой, – окликнул Нолу Летун своим резким металлическим голосом и оттого следующие слова прозвучали как вызов, который неразумный смертный бросает в лицо судьбе: – К тебе тоже есть вопросы.
Нола зависла на месте и плавно развернулась в воздухе. Она едва опустила взгляд на Летуна с выраженинем скепсиса и скрытой усмешкой. У него к ней вопросы? Не много ли он на себя берет?