Алексей Кольцов – Пламя возрождения [СИ] (страница 4)

Новая волна боли, постепенно нарастая, наполнила сломанные пальцы руки. Торговец попытался вырваться из захвата, но ему это не удалось.

— А, я скажу, скажу, прекрати! По молодости, да, этот недостойный был в банде Красного Волка. Куда мне ещё было идти после неурожая в деревне? Но это было не в империи, а далеко за Скалистыми горами. Я давно завязал с этим и начал новую жизнь в империи, не помышляя о прошлом.

«Только бы он не умер раньше времени», — подумал У Син, когда торговец вновь закричал от боли в его руках.

— Татуировка… Её в вашей банде ставили как клеймо скоту, чтобы вы не убежали в первой же битве. Но у тебя она нанесена магическими чернилами. Кто ты? Как ты оказался здесь?

— Прекрати! Да, я собирал для них сведения ещё тогда. Вместе со своим учителем я с детства под видом бродячего торговца входил в селения и усадьбы благородных, чтобы узнать, где и чем можно поживиться.

— Как ты выжил? Когда ты оставил банду?

— Мне повезло. Я всегда чувствовал, что дело плохо кончится, и успел перед нашим уничтожением. Мы тогда обосновались на горе Двух Святых, в старой крепости. Когда к Трём Братьям прибыли посланцы, всё пошло не так. Старшие Братья иногда нападали на семьи, живущие около горы, и участвовали в разборках одарённых. Так было и в тот раз. Нас наняли для нападения на усадьбу одной семьи. Семья У! Их звали У, как сейчас помню.

— Говори. Всё и подробно, или я помогу тебя вспомнить всё, что ты забыл.

Боль из раненной руки волной потекла выше. Торговец зачастил:

— Такое бывает, хотя и не часто. Но платили нам хорошо. Только от одного из нанимателей такой силой несло, что в пропасть от него сигануть хотелось. Не знаю, кто это был, но как минимум пик Серебряного ранга.

— Как он выглядел? — задал вопрос У Син, не ослабляя хватки.

— Не знаю! Сам я его не старался близко рассмотреть. Высокий, лицо скрыто шляпой, плащ до земли. Оружия не видел. Зато второй молодой, из благородных. Это сразу видно, хоть он тоже в маске был. И намного слабее, едва достиг Бронзового ранга. Не знаю, о чем они с Братьями говорили, но через неделю две полных руки наших были собраны для нападения. Два господина тоже прибыли. Когда мы осадили усадьбу, защитников там не было, как нам и обещали. Только два десятка слуг уровня заложения основ, да нас четверо на одного. Ворота как тараном приглашённый мастер своей силой вышиб, что за сила, я так и не понял, как воющий призрак что-то громыхнуло — и нет ворот, да контуженные по сторонам валяются. Двое только задержали нас слегка. Во внутреннем дворе, когда Госпожа с копьём вышла и три девки с ней. Одна ещё грозила карой своей секты, она из Небесной Воды оказалась, что делала в той усадьбе, непонятно. Когда она самого молодого из наших заказчиков узнала и с него в бою маску сбила да шрам на лице ему оставила, я понял, нас живых не оставят. Слишком много мы лишнего видели да слышали. Тем более он её живой брать хотел.

— Живой? — охрипшим голосом переспросил У Син.

— Ну да, он её тоже вроде знал. Там во дворе больше всего наших и полегло. Я сразу место для схрона приметил и в разгар боя туда заполз.

— Дальше! — хлестнул приказ, подкрепленный волной боли.

Торговец застонал.

— Ну а дальше троих убили, одну из секты оглушили. Когда молодой господин приказал её платье с украшениями на другую девку напялить, нашлось много желающих поглазеть. Наши все во внутреннем дворе собрались, да зря они на неё пялились. Приглашённый мастер в это время мечом, что подобрал, всех наших и зарубил. Я себе сразу яд чёрного скорпиона вколол, после него живого от мёртвого полчаса не отличишь, а когда в себя пришёл, усадьба горела да трупы валялись. Чуть не задохнулся в дыму. Заначка у меня была прикопана тогда…

Разъярённый вопль раздался со двора.

Глава 3. Лишние жертвы и новые встречи

Монах схватил лежачий рядом посох и выскочил во двор.

У стены сломанной куклой лежало тело молодого охотника. Рядом с ним в разорванном ханьфу стояла чуть сгорбленная женская фигура с чёрными распущенными волосами.

Руки заканчивались слегка удлинёнными и загнутыми внутрь когтями. Мгновенно развернувшись, мертвая женщина уставилась черными зрачками на монаха и длинным, почти стелящимся по двору прыжком бросилась на него.

Аура монаха вспыхнула алым пламенем, когда, разворачиваясь, он встретил граама в воздухе, отбрасывая тварь в приготовленную ловушку. Удар получился чуть смазанным, но монстр попал внутрь, и линии вспыхнули на земле, замедляя и лишая граама большей части силы. Граам дёрнулся, пытаясь освободиться от невидимых пут, но заклятье плотно держало его.

Склонившись над молодым охотником, У Син понимал, что ему уже не помочь. Рваная рана на горле не оставляла тому шансов остаться в живых.

Яростный вой граама со стороны ловушки и всплеск сил, рвущих заклятье монаха, ударили по двору. Поднимаясь и разворачиваясь, У Син понимал, что не успевает. Проклятый торговец! Лан решил покончить с собой, приведя граама в ярость и на время усилив нежить.

Посох с размаху ударил в плечо твари, но это не остановило её. Разворачиваясь от удара, она когтистой лапой ударила в бок монаха. У Син покачнулся, но устоял на ногах.

Удар ноги в колено подломил ногу твари. Та попыталась достать ещё раз, оставив монаху рану на плече и слишком сильно открывшись. После смерти того, кто послужил причиной проклятья, граам обезумел и не думал о защите, и кулак, объятый огнём, обрушился чудовищу его голову — раз, другой, третий, вымещая накопившуюся ярость на себя и торговца, который смог ускользнуть от него, так и не ответив до конца на мучившие его вопросы.

Покачиваясь, У Син встал и вытащил посох из все ещё пытающийся подняться твари. Наконечник огненного копья возник на конце посоха, и монах несколькими мимолетными движениями отделил голову и конечности твари.

Вымотавшись, мужчина порылся в небольшой поясной сумке и отправил в рот одно за другим три зелья. Содержимое ещё одной бутылочки он осторожно вылил на раны и пошёл, ковыляя, к дому. Рёбра, похоже, были сломаны.

На мгновение задержавшись перед входом в дом, он сконцентрировался на перстне, и чистый, звонкий голос гонга наполнил ночной посёлок, возвещая об исчезновении смертельной угрозы.

В доме У Син первым делом положил бумажный талисман на ещё не успевшее остыть тело Лана. В его руке была зажата иголка, на конце которой, скорее всего, был яд, судя по пене на губах торговца.

Но сейчас монаху было важно просто отдохнуть и не проснуться рядом с ожившим покойником. Взглянув на остывающую еду, к которой он так и не успел притронуться, У Син выбрал место у очага и провалился в сон.

***

— Достопочтимый господин, прошу вас, просыпайтесь.

Женский голос настойчиво звал, выдёргивая из омута сна и отрывочных видений. У Син прислушался к ощущениям и окружающему миру. Болел бок, стянутый плотной тканью. Восприятие монаха погрузилось в раны, медленно выискивая следы посторонней энергии. Рана была чистая, или зелье, которое он принял после боя, подействовало. Хорошо.

Талисман привычно лежал на груди. Обычно думали, что он даёт защиту от тёмных энергий и предотвращает их проникновение в тело, но его свойства были сильно преувеличенны. Он помогал далеко не всегда.

Открыв глаза, У Син увидел склонившеюся над его ложем знакомую женщину-лекаря. Чуть в стороне ждала указаний ее ученица. Было раннее утро. Запах еды заставил недовольно заворчать живот, так и не наполненный с вечера.

— Эта женщина взяла на себя ответственность перенести вас в другой дом и перевязать раны, а также приготовить вам завтрак. Пожалуйста, разрешите моей помощнице помочь вам с платьем и умыванием. А чай, — голос у нее на полтона понизился, — как вы и обещали, эта женщина нальёт вам сама.

— Не стоит, я смогу одеться и умыться сам. Матушка, у меня один вопрос. Сколько жителей селения вчера погибло?

— Только молодой Лохан, но он ослушался, и господин не может винить себя за его смерть. Да старый Шен, его тварь отшвырнула в сторону, когда ворвалась за стену.

У Син жестом отослал женщин прочь, и они исчезли за дверью.

***

Всё пошло не так. Он потерял контроль. Смерти молодого охотника можно было избежать. Одеваясь в свой уже вычищенный и заштопанный халат, монах перебирал в голове события вчерашнего вечера.

Произошло то, чего У Син меньше всего ожидал. Здесь, в Империи Стального Ветра, он встретился со своим прошлым, которое, как он думал, похоронил навсегда.

Тогда, больше пятнадцати лет назад, в землях, лежащих на северо-востоке от Империи, его семья в самый неблагоприятный для нее момент подверглась нападению банды Красного Волка.

Давняя вражда с одной из семей привела к затяжному конфликту из-за внезапно обнаруженной рудной жилы на границе их владений. Пока основные силы были заняты разработкой рудника и организацией каравана, произошло нападение на родовую усадьбу.

Тогда У Син с разрешения отца помчался в усадьбу, но застал там только трупы защитников и горящие стены. Погибшие стояли у него перед глазами. Мать и сестра во внутренним дворе. Множество бандитов банды Красного Волка, лежащие вокруг, и обгоревший труп его невесты, которую он опознал только по браслету, который сам надел ей на руку в день их помолвки.