Алексей Кирсанов – Сквозь Метель (страница 13)

Вадим остался один. Тишина накрыла своей пустотой. Вадим сел за стол, достал из ящика потрёпанный блокнот и карандаш. Он положил блокнот перед собой так, как кладут карту перед выходом, хотя карты у него не было. Начал набрасывать план. Маршрут от дома до станции «Купчино». Возможные препятствия, завалы, замёрзшие лужи, люди. Запасные пути, если главный окажется перекрыт. Потом схема метро.

Вадим рисовал по памяти, лихорадочно, будто боялся забыть. Линии выходили кривыми, карандаш скрипел по бумаге, оставляя серые штрихи. Вадим стирал пальцем, размазывая грифель, и снова рисовал. Станции, переходы, служебные ходы. Его пальцы дрожали не от страха, а от напряжения, от понимания, что каждая деталь может оказаться решающей. Он ловил себя на том, что в голове идут чужие, рабочие мысли. Куда свернуть, где укрыться, где можно наткнуться на людей, которые уже перестали быть людьми в прежнем смысле. И от этого Вадиму было холоднее, чем от воздуха в квартире.

Через час раздался тихий, но уверенный стук. Вадим поднял голову сразу, будто ждал именно такого стука. На пороге стоял Борис. Он принёс два армейских вещмешка, видавших виды, но ещё крепких. Борис держал их без показного усилия, но колени у него были напряжены, и Вадим это заметил.

– Готовы, – сказал Борис. – По твоему списку. И кое-что сверх.

– Что именно?

Борис открыл один из мешков. Сверху лежала аккуратно собранная аптечка, аккуратнее, чем у многих в мирное время. Под ней Вадим увидел знакомые очертания.

– Топорик. И ножовка по металлу. Складная, – Борис вынул инструменты, положил на стол. – Может пригодиться. И ещё, вот.

Борис достал плоскую металлическую флягу, потёртую, но целую. Металл блеснул в свете свечи.

– Спирт. Медицинский. Для дезинфекции. И для… ну, ты понимаешь. Чтобы согреться, если что.

– Понимаю, – кивнул Вадим. – Хорошо. Молодец.

Борис коротко усмехнулся, но в глазах не было веселья. Усмешка получилась почти усталой.

– Я не молодец, я на опыте, – сказал Борис. – И кое-что помню. В блокаду выживали те, у кого были руки и голова. И те, у кого был инструмент.

Борис присел на стул, вздохнул, потирая колени. Движение вышло осторожным, будто суставы напоминали о возрасте. Вадим не спросил, как себя чувствует Борис, и Борис был благодарен ему за это. Сейчас лишние разговоры только размывают цель.

– Маша волнуется. Но держится. У неё давление, лекарства почти кончились. Внизу, надеюсь, найдём что-нибудь в медпунктах.

– Найдём, – сказал Вадим, хотя не был уверен. Вадим сказал это так, как говорят «дойдём», потому что иначе можно остановиться прямо здесь. – Главное, добраться.

Следующими пришли Ирина с Алёшей. Их рюкзаки были набиты до отказа, и ремни впились в плечи. В руках Ирина тащила ещё и большую сумку, перевесившуюся через плечо. Сумка тянула вниз, заставляя её наклоняться. Ирина явно уже устала, хотя ещё не вышла из подъезда.

– Что это? – строго спросил Вадим, указывая на сумку.

– Это… необходимое, – залепетала Ирина, избегая его взгляда. – Одеяла, постельное бельё… вдруг пригодится.

Вадим даже не моргнул. Он просто сделал шаг ближе, чтобы Ирина понимала: спорить здесь не о чем.

– Нет, – перебил Вадим. – Одеяла, может быть, одно на всех. Постельное бельё – нет. Это килограммы мокрой ткани. Открывай рюкзак.

Неохотно, почти плача, Ирина расстегнула рюкзак. Вадим заглянул внутрь. Одежда, еда, фонарик. На самом дне, завёрнутое в свитер, лежали семейное фото и плюшевый мишка.

– Выбросить, – сказал Вадим ровно.

– Нет! – Ирина прижала рюкзак к груди, будто ребёнка. – Это память! Фотографии папы Алёши… его игрушка, он с ней спит…

Ирина дрожала. В ней поднялась злость, отчаяние, вся накопленная за эти дни усталость. Вадим не повысил голос. Он говорил так же ровно, потому что иначе Ирина услышит только тон, а ей нужны слова.

– Папа Алёши, если он умный, хочет, чтобы его сын выжил. А мишка ему в этом не поможет. Он займёт место еды или тёплой вещи. Решай, память или жизнь.

Ирина смотрела на Вадима со слезами ненависти. Губы дрожали, подбородок ходил мелкой дрожью. Алёша потрогал её за руку осторожно, будто боялся, что мама сейчас развалится.

– Мам, отдай. Папа бы понял.

Медленно, будто отрывая от сердца, Ирина достала альбом и игрушку, положила на стол. Мишка уселся рядом с фотографией. Стеклянные глаза смотрели в пустоту, и от этого Ирина вздрогнула, как от укола. Она отвернулась, быстро вытерла лицо рукавом.

– Теперь упакуй всё правильно, – продолжил Вадим, не смягчаясь. – Тяжёлое – вниз. То, что может понадобиться срочно – сверху. Проверь обувь у Алёши.

Алёша показал свои кроссовки, потрёпанные, но единственные. Он сделал это с таким видом, словно сдавал отчёт.

Вадим поморщился.

– Нет. Ищи сапоги. Или тёплые ботинки. Кроссовки промокнут за пять минут, ноги замёрзнут.

– У него только такие…

– Тогда наденет два носка. И сверху полиэтиленовые пакеты, если найдутся. Ищи.

Ирина занервничала, начала перетряхивать вещи, вынимая их на стол. Алёша помогал молча, складывал обратно аккуратнее, чем вынимали. Вадим смотрел на их руки и отмечал, кто из них учится быстро, а кто в панике теряет мелочи. Для завтрашнего выхода это было важнее любых разговоров.

Пока Ирина с сыном перебирали рюкзаки, пришла Катя. Её рюкзак был среднего размера, упакован аккуратно, со знанием дела. Катя выглядела собранной, как человек, который наконец перестал спорить с реальностью и занялся делом. В руках Катя держала странный предмет, небольшой жёсткий футляр, похожий на приборный ящик.

– Что это? – спросил Вадим.

– Портативная лаборатория, – объяснила Катя, открывая крышку. Внутри аккуратно лежали миниатюрный микроскоп, пробирки, реактивы в запаянных ампулах. – Может пригодиться для анализа воды, еды. Чтобы не отравиться.

Вадим оценил вес футляра по движению её руки и не стал спорить.

– Ладно, – сказал Вадим. – Только чтобы не тянула сильно.

– Я понимаю, – коротко ответила Катя и закрыла футляр. Это был тот редкий случай, когда Катя не пыталась доказывать. Она просто приняла рамки.

Через два часа все снова собрались в квартире. Теперь они смотрели друг на друга иначе. В комнате было тесно от рюкзаков, сумок, вещей, и вместе с этим было тесно от понимания, что они уже почти ушли. Выглядели они как странная туристическая группа, собравшаяся в поход в самый конец света, только лица были не походные, а зимние, истощённые.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.