Алексей Калугин – Заглянувшие в Бездну (страница 26)

– Так с чего мы начнем? – Вера пригубила чашку с чаем. – С графа Дракулы?

– Дракула не был альтером, – не оборачиваясь, ответил Соломон Юрьевич. – Он был человеком своего времени.

– Обычно все истории про вампиров начинаются с Дракулы.

Соломон Юрьевич через плечо недоумевающе посмотрел на Веру.

– Я не собираюсь рассказывать вам историю про вампиров.

– Но вы же сами сказали, что альтеры – это те же вампиры.

– Все зависит от того, что вы понимаете под этим словом.

– Вампир?

– Да.

– Нежить, высасывающая кровь у живых людей.

– Разве это похоже на альтеров?

– Мне трудно судить – у меня не было знакомых альтеров.

– Я, Димон, ваш брат наконец…

Вера скептически улыбнулась и помахала в воздухе кончиками пальцев.

– Я не уверена.

Соломон Юрьевич повернулся к Вере лицом.

– В чем вы не уверены?

– В том, что все вы на самом деле альтеры. Где гарантия?

– Мне нет смысла обманывать вас.

– Не знаю.

– За вашим братом пришли ловчие.

– Это могла быть ошибка. Да, я почти уверена, что это была ошибка!

– Вы видели, на что способен Димон.

– Ловкие трюки. Может быть, он раньше в цирке выступал. Прыгал под куполом с трапеции на трапецию.

Соломон Юрьевич улыбнулся и погрозил Вере пальцем.

– Вы меня провоцируете!

– Верно, – не стала отрицать Вера.

– Зачем?

– Не знаю. Может быть, потому, что вы делаете то же самое?

Заложив руки за спину, Соломон Юрьевич прошелся по комнате.

– Я предполагал, что наш разговор окажется непростым. Вы не первая, кому мне приходится доказывать очевидное.

– Я была бы полной дурой, если бы поверила в то, что мой брат вампир.

– Я тоже вампир, – Соломон Юрьевич положил ладони себе на грудь. – И что с того?

– Вампиры сгорают на солнечном свете.

– Чушь! – недовольно скривился Соломон Юрьевич. – Расхожий киношный штамп! Так же как крест, святая вода и чеснок. Я люблю чеснок! Хотя у некоторых альтеров на него аллергия. Но это уже строго индивидуально.

– Ну тогда покажите клыки.

– У меня их нет.

– Превратитесь в летучую мышь.

– Ну нельзя же всерьез воспринимать подобные бредни, Вера! – возмущенно всплеснул руками Соломон Юрьевич. – Вы же разумная девушка!

– Тогда как вы докажите, что вы вампир?

– Вот поэтому мы и предпочитаем называть себя альтерами, – Соломон Юрьевич протянул вперед руку с выставленным указательным пальцем. – Слово «вампир» сразу сбивает с толку, задает неверный императив. Чувствуете? Достаточно произнести слово «вампир», и перед вашим внутренним взором уже встает образ бледного существа с горящими глазами и оскаленными клыками, с которых капает кровь. Клаус Кински или Макс Шрек – вам кто больше нравится? Точно так же довольно услышать слово «лимон», чтобы рот наполнился слюной. Слово «альтер» не вызывает никаких предопределенных эмоций. Ну, кроме тех, что были вколочены в вашу голову средствами массовой информации. «Альтеры – это угроза для человечества! Альтеры – носители неизлечимой, смертельно опасной болезни!..» И тому подобная чушь. Подумайте сами, Вера, что бы должна была делать Всемирная организация здравоохранения, если бы на самом деле существовала угроза эпидемии?

– В первую очередь необходимо изолировать всех больных и зараженных. А так же тех, кто имел с ними контакты.

– Верно! – щелкнул пальцами Соломон Юрьевич. – Однако ловчие должны были забрать только вашего брата. До вас же им никакого дела не было. Так ведь? В поликлинике вас предупредили, что приедут только за Андреем?

– Да, – вынуждена была признаться Вера.

– Точно так же никого не интересовали те, кто имели постоянный контакт с Андреем. Например, его одноклассники. Более того, никто не позаботился выяснить источник заражения. От кого мог заразиться Андрей? Вас об этом, наверное, даже не спрашивали.

– Нет, – едва заметно качнула головой Вера.

– Пейте чай, – пальцем указал на чашку с чаем Соломон Юрьевич. – А то остынет – невкусный будет.

Вера послушно отпила из чашки.

– Если бы речь шла об инфекционной болезни, население необходимо было бы предупредить о мерах безопасности. То бишь каким образом передается инфекция и что нужно делать, чтобы свести риск заражения к минимуму. Однако об этом тоже нигде ни слова. Кроме банальностей вроде «мойте руки перед едой». То есть становится очевидным, что речь идет не об инфекционном заболевании. И никакого риска глобальной пандемии нет. А значит, власти всех стран во всем мире – что делают?..

Соломон Юрьевич протянул вперед руку с открытой ладонью, предлагая Вере самой сделать вполне очевидный вывод.

Но Вера угрюмо молчала, плотно сжав губы, словно боялась, что нужное слово само может выскользнуть у нее изо рта.

– Врут! – закончил сам Соломон Юрьевич. – Причем в других странах врут более изобретательно, чем у нас. Так, например, японцы предлагают своим гражданам не выходить на улицу без бактерицидной маски. А специальные бригады демонстративно протирают салфетками поручни в метро.

– А что, если это наследственная болезнь? – робко предположила Вера.

– В таком случае альтеры не представляют собой никакой опасности. А ваш вопрос, милочка, свидетельствует о том, что вы ничего о альтерах не знаете.

Вера хотела было возразить. Но желание пропало в тот же миг, как появилось. Слова Соломона Юрьевича не то чтобы вызывали у нее доверие, но заставляли задуматься. Основательно задуматься обо всем том, что прежде казалось непреложной истиной. Казалось только потому, что думать об этом не хотелось.

До тех пор пока беда не коснулась ее саму, Веру мало интересовала проблема альтеров. Она слышала о ней, поскольку не слышать было невозможно. Она была примерно из той же категории, что и угроза инопланетного вторжения. То есть ужасно, конечно, если вдруг зеленые пучеглазые чудища захватят Землю и обратят всех людей в рабство. Но серьезно относиться к подобному сценарию было не просто наивно, а откровенно глупо. То же и с альтерами. В возможность заразиться верится с трудом. До тех пор пока тебе не скажут, что твой брат – альтер.

Соломон Юрьевич прошел к кухонному столу, взял чайник и долил в Верину чашку чаю.

– Пейте, – сказал он. – А я тем временем расскажу вам про альтеров.

Он вышел на центр комнаты, бросил взгляд по сторонам и задал совершенно неожиданный вопрос:

– Почему у вас дома нет цветов?

– Не люблю, – ответила Вера, не вдаваясь в детали.

Но Соломона такой ответ не устроил.

– Почему? – снова спросил он.

– Цветы в горшках похожи на пленников.

Соломон Юрьевич удовлетворенно кивнул.