Алексей Калинин – Золушка в кедах (страница 9)

– Он же неблагополучный!

– Ещё какой благополучный!

Смотри – два айфона и цепура.»

Народное творчество

– Почему ты не отвечала на звонки? – нахмурился сидящий в кресле отец, когда я показалась на пороге квартиры.

Я озадаченно полезла в сумочку и ахнула – на табло было около восьмидесяти пропущенных вызовов. Причем не только от отца и подруг, но также и от заведующей отделением.

Похоже, что в полицейском отделении телефон поставили на беззвучный режим. Ух, гады какие, надо было пнуть дежурного, пока он красовался статуей посреди помещения.

Или это сказывается проклятье? Скорее всего это именно второй вариант.

– Па-а-а, я телефон нечаянно поставила на беззвучный. Прости, пожалуйста, если сильно волновался. Со мной всё в порядке, я у Тани была, – я попыталась сделать глаза кота в сапогах из мультфильма «Шрек».

– Я звонил Тане, она сказала, что не видела тебя со вчерашнего дня. И на экзамен ты не пришла. Позволь поинтересоваться – где ты была весь день?

Ой, как стыдно… Я вспомнила, когда в последний раз ощущала себя такой виноватой. В шесть лет я нечаянно разбила вазу и сказала, что это сделала кошка Муся. Отец тогда посмотрел на меня тем же укоризненным взглядом, которым смотрит сейчас. И точно также у эркера стояло синее кресло, и точно также лежал на полу турецкий красно-желтый ковер, а возле тумбочки телевизора вылизывалась кошка Муся.

Сестры с мачехой умчались на фитнес, поэтому дозу подколок и оскорблений я получу только вечером, а вот отцу отвечать нужно прямо сейчас. Хорошо ещё, что возле подъезда остался сидеть Игорек, и можно нормально всё объяснить…

Нормально?

Объяснить нормально, что меня прокляли и теперь я должна буду получить от Анатолия Костюмова поцелуй любви, чтобы проклятия потеряли силу? И где я буду вместо Кипра? В сумасшедшем доме, рядом с веселыми обитателями? Нет, это не очень хорошая мысль. Пожалуй, случай с волшебниками стоит опустить.

– Пап, я честно пошла на экзамен. Почти дошла, когда стала свидетельницей преступления. Молодой человек обокрал майора ГИБДД, а меня взяли для дачи показаний. Ты же знаешь, как долго в полиции мусолят. Папочка, я не хотела тебя волновать. Честно-честно.

Так себе оправдание, но в этот момент оно казалось мне единственно верным. Вроде бы и не соврала, а вроде и не всю правду сказала.

Папа покачал головой. Его седая грива начала особенно отчетливо белеть с того момента, как он вышел из ЗАГСа под ручку с Ларисой Михайловной. Похоже, что его новая жена из породы энергетических вампиров, которые высасывают жертву досуха и бросают сморщенную оболочку. Я и в самом деле помнила своего отца живым и веселым здоровяком в расцвете лет, а не таким постаревшим и обрюзгшим.

– Олеся, могла бы и позвонить… Значит, говоришь, майора ГИБДД обокрали? – как и каждый автовладелец, папа недолюбливал людей с жезлами и свистками. – А много украли?

– Сорок пять тысяч, – я ляпнула первое, что пришло в голову.

– Хм, немаленькая сумма. Но майор вряд ли огорчился. Он себе «волшебной палочкой» ещё наштампует. А как с экзаменом? Что будешь делать?

А что можно сделать в техникуме, где ребятам ставят зачет только за то, что они пришли на экзамен?

– Пап, завтра позвоню заведующей отделением и объясню ситуацию. Думаю, что она пойдет мне на встречу.

– Хорошо, милая. Ужинать будешь? Я могу картошки пожарить.

– Сиди, пап, я сейчас сама всё сделаю, – я улыбнулась и передала в руки отца пульт от телевизора.

Если бы можно было рассказать отцу, что он напрасно женился на мачехе, которая вовсе не умела готовить… Да что там готовить – она и убираться-то всегда заставляла меня. Если бы можно было выгнать вредную троицу из дома, то мы зажили бы с отцом весело и счастливо.

Но Сергей Васильевич почему-то придерживался того мнения, что дочери нужна мать, и терпел редкие заскоки своей благоверной. При нем Лариса Михайловна не так третировала падчерицу и нечасто показывала свою гнилую сущность.

Так думала я, пока чистила картошку, резала овощи для салата и заваривала чай. Скоро должны вернуться «фитнес-няшки» и нужно успеть к их приходу, чтобы не нарваться на лишние полчаса бурчания.

Я иногда поглядывала в окно, где возле подъезда сидел Игорь и ковырялся в телефоне. Он ждал сообщения для отправки домой.

По дороге от дома Грюзельдины машины такси ломались три раза. Причем автомобили с шашечками каждый раз вставали по одинаковой причине – они просто глохли. Водители выходили, копались под капотом, но в итоге разводили руками и отдавали часть денег за проезд. Третья машина встала всего в полукилометре от дома, поэтому я решила пройтись пешком. Хмурый Игорь составлял компанию.

Старушки же решили отметить примирение, и я видела, как Грюзельдина украдкой достала бутылочку с темно-вишневой жидкостью. В тот момент я ещё успела подумать, что не только несчастия приношу, но и доставила этим двум родственным душам радость примирения.

Ну да, если не ситуация с проклятиями, то неизвестно – сколько ещё времени старушки обижались бы друг на друга. Так порой даже родственным душам тяжело сделать шаг навстречу, а что говорить о двоюродных сестрах.

Игорь не бурчал. Он вообще старался помалкивать, никак не привыкнув к приобретенному свойству речи. На мои вопросы лишь неопределенно мычал, либо качал головой. Зато на него заглядывались идущие навстречу молодые девушки и даже несколько взрослых мамочек стрельнули глазками в золотоволосого парня с голубыми глазами. У меня почему-то сам собой приподнялся подбородок, когда заметила завистливые взгляды.

Ну и что, что мы первый день знакомы? Зато пройтись рядом с видным парнем всегда льстит девушке. Пусть я даже и не показывала вида. А теперь Игорь сидит внизу и ждет сообщения «на отбой». Закатное солнце мягко касается золотистых вихров, которым бы не помешало лечь под расческу. Я даже хотела предложить причесать его, но сдержалась.

Летние сумерки мягко скользили по веткам деревьев и вскоре мимо сидящего Игоря прошли три расфуфыренные пампушки. Жирными женщин назвать было нельзя, но вот полненькими – вполне. Фитнес мало помогал любительницам плюшек и печенюшек. Вот и сейчас, не успеют войти, как сразу липнут к холодильнику – «чтобы мышцы получили топливо для роста».

– Олеська, а что мы сегодня делали… Тебе даже и не снилось, ведь у тебя всего лишь примитивные сны о косичках и подбритых висках. А мы выиграли два билета на вечеринку в «Icon»!!! И завтра уйдем в отрыв. Уи-и-и!!! – выпалила Людмила и запрыгала от счастья.

Её темные волосы с розовыми перьями подпрыгивали в такт. Выпуклые глаза плотвы прожигали меня насквозь, старались выдавить слезу. Полненькая и широколицая, Люда никогда не пользовалась успехом у сверстников, но вместо того, чтобы приложить усилия в спортзале, она нашла ту, которая виновата в её несчастиях. Увы, в этом случае мне не повезло ещё до проклятия.

Светочка схватила со стола кружок колбасы и присоединилась к прыжкам. Я начала опасаться, что если названные сестры ещё немного попрыгают, то мы все вместе окажемся у соседей внизу на кухне. По всей видимости, Людмила и Светлана устали на тренировке, так как их радостных изъявлений хватило всего на пять подскоков.

– А ты будешь дома сидеть, а нас через «Рутуб» посмотришь. Всё-таки розыгрыши через соцсети иногда помогают, – высунула язык Светочка.

На кончике розового языка поблескивал кусочек колбаски. Я успела пожалеть, что не посыпала этот кружок жгучим перцем, тогда бы сестренка ощутила ту остроту и горечь, которую я сейчас испытывала. Мы с Игорем так и не придумали способ проникновения на эту вечеринку, а двум неумехам так повезло.

Так не бывает, чтобы мы туда хотели попасть, а повезло другим…

Светочка, как и сестра, имела выпученные глаза, и они всегда светились, когда видели еду в непосредственной близости. Светлые волосы с зелеными перьями как нельзя плохо смотрелись в сочетании с круглым лицом и ярко-красными губами, но она думала, что раз это модно, то и для неё годно. Я всегда молчала по поводу сестринского вида: нравится им ходить клоунессами – пусть ходят.

Но сейчас у этих двух толстушек имелись входные билеты, и, как назло, именно туда, куда нужно было попасть мне.

– Сестренки, милые, подарите, пожалуйста, мне один билетик? Там будет Анатолий Костюмов, а мне так нужно с ним увидеться… – невольно вырвалось у меня.

– Ага, нашла дурочек. Мы туда тоже не просто так идем. Вдруг нам повезет, и мы попадем к Анатолию моделями на мастер-класс? А как только окажемся в двух метрах от него, то тут в ход пойдут наши женские чары, – при этих словах Людмила провела рукой по пухленькому боку. – Уж мы сумеем его очаровать, не то что столичные фифы, которые ни фига не умеют, кроме как кататься на дорогих машинах и фоткаться на селфи.

– Сестры, я сделаю для вас всё, что попросите. Хотите – сдам свой билет на Кипр и отдам вам все деньги? Или подарю всю косметику? Или… Я не знаю, что ещё могу сделать.

– Зачем нам твои деньги? Входной билет на вечеринку с Анатолием ни за какие деньги не купишь – его можно только получить в дар или выиграть. Там будет весь цвет Москвы, куча контактов и нужных знакомств. Неужели ты думаешь, что всё это может заменить какая-то косметичка? – улыбнулась Светлана

– Ну, пожалуйста…