Алексей Калинин – Боярский сын. Отрок (страница 14)
Шумилова медленно поднялась. В её взгляде смешались раздражение, уязвленная гордость и… капелька уважения. Я только что отказался играть в её игру, перевернул доску и рассыпал шахматы. Ещё и внутрь шахматной доски высморкался.
— Мы еще не закончили этот разговор, Елисей Святославович, — процедила она, возвращая себе привычную надменность.
— Как скажете. Только в следующий раз захватите с собой блокнот. Будете конспектировать мои гениальные цитаты, — я салютовал ей бокалом с соком.
Она развернулась и, гордо подняв голову, зашагала обратно к столику Долгополого. Глеб, увидев её возвращение, попытался изобразить непринужденность, но его правый глаз предательски дергался.
Я хмыкнул и вернулся к стейку. Светские беседы — отличная приправа к жареному мясу.
Едва я успел расправиться с порцией и попросить счет, как в кармане завибрировал телефон. На экране высветился номер Гордея. Командир моих элитников редко звонил просто так, чтобы поболтать о погоде.
— Слушаю, Гордей, — я прижал трубку к уху.
— Елисей Святославович, не отвлекаю? — голос безопасника звучал глухо, на фоне слышался шум ветра и какие-то резкие хлопки.
— Смотря от чего. Если от десерта — то да. Что случилось?
— Мы сейчас в Балашихе. Принимаем те самые склады, которые ваш батюшка так удачно… экспроприировал у Мезенцева.
— И как там? Много пыли?
— Пыли тут хватает. А еще тут хватает трупов, Елисей Святославович, — тон Гордея стал ледяным. — И я сейчас не про старые запасы.
Я мгновенно подобрался. Золотой шарик в груди крутнулся, отзываясь на всплеск адреналина.
— Объясни.
— Мезенцев, судя по всему, пустил на склады не только отряд Ночных Хищников, который вы перебили в больнице. Под третьим ангаром мы нашли скрытый цокольный этаж. Лаборатория.
— Что они там делали? Наркотики? Артефакты?
— Хуже, — Гордей сплюнул. — Тут были опыты по выращиванию Курганных Мертвяков. Нашли трупы тварей. Только эти не старые. Они слеплены из свежих тел. Судя по остаткам одежды — бездомные, может, похищенные люди.
Я похолодел. Выращивать химер Опасных земель в черте города? Это была уже не просто контрабанда или подпольный бизнес. Это тянуло на государственную измену высшей пробы.
— Кто-то из наших пострадал? — быстро спросил я, бросая на стол пару крупных купюр и поднимаясь с места.
— Нет, мы были готовы ко всякому. Парочку тварей, которые ещё шевелились, уже сожгли из огнеметов, — отрапортовал Гордей. — Но проблема в другом. Здесь был кто-то еще, кроме монстров. Мы нашли свежие следы. Кто-то зачищал лабораторию за пару часов до нашего приезда. Документы сожжены, жесткие диски разбиты. И этот кто-то оставил нам подарочек на прощание.
— Какой еще подарочек?
— Граффити на стене. Нарисовано кровью. Оскаленная волчья пасть.
Я замер на полпути к выходу из ресторана. Швейцар испуганно отшатнулся, видимо, почувствовав, как температура воздуха вокруг меня резко подскочила градусов на десять.
— Ничего там не трогайте. Оцепите периметр, никого не впускать и не выпускать, — скомандовал я. — Ждите. Я выезжаю.
— Принято, Елисей Святославович. Оружие нужно?
Я усмехнулся, коснувшись камзола там, где в ножнах покоился Божественный Танто.
— Оружие у меня с собой, Гордей. Готовьте огнетушители. Кажется, этой ночью в Балашихе будет очень жарко.
Я вылетел из ресторана, прыгнул в «Ладу» и с ревом сорвался с места. В зеркале заднего вида промелькнули изумленные лица прохожих. Игры в благородных адептов закончились.
Возникновение чудовищ Опасных земель недалеко от столицы империи вряд ли обрадует императора и остальных обитателей этого мира. А граффити в виде оскаленной волчьей пасти мне знакомо ещё по прошлому миру!
Глава 7
Навигатор в «Ладе» показывал, что до складов в Балашихе ехать минут сорок с учетом вечерних пробок. Это если со всеми светофорами, переходами и прочей канителью. Но когда под капотом ревет форсированный движок, то правила дорожного движения начинают носить исключительно рекомендательный характер.
Я выжал педаль газа в пол. Рубиновая машина, рыкнув, превратилась в размытое алое пятно, лавирующее в потоке. Полицейские патрули, завидев герб Ярославских и агрессивную езду, благоразумно отворачивались, делая вид, что очень увлечены разглядыванием облаков.
Кому охота связываться со злым аристократом, летящим по своим родовым делам?
В Балашиху я ворвался подобно метеориту. Комплекс складов, еще вчера принадлежавший простодушному «барсуку» Мезинцеву, был оцеплен. По периметру стояли черные броневики службы безопасности Ярославских.
Парни Гордея работали четко: никаких мигалок, никаких зевак, только суровые вооруженные люди в тактической экипировке, контролирующие каждый метр.
Я резко затормозил у шлагбаума одного из складов, подняв тучу пыли. Не успел двигатель заглохнуть, как дверцу услужливо распахнул один из бойцов.
— Елисей Святославович, рад приветствовать! Командир ждет у третьего ангара.
Я кивнул, на ходу застегивая камзол. Ночной воздух здесь, на окраине, был прохладным, но к запаху сырости и бензина примешивался еще один аромат. Запах глобального звездеца. Мало того, что проникли твари Опасных земель, так ещё и монстров своих начали штамповать! А это очень дурно пахнет. Воняет гнилью, я бы сказал.
Гордей стоял у распахнутых ворот неприметного ангара из гофрированного железа. Лицо безопасника в свете вечернего заката казалось высеченным из камня. У его ног валялась куча дымящегося пепла, в которой угадывались фрагменты костей.
— С приездом, — мрачно поприветствовал он меня. — Извините, что оторвал от ужина.
— Да уж, есть от чего отрывать. Тот стейк был великолепен. Не зря «Мясного Инквизитора» рекомендуют среди лучших ресторанов. А вот десерт, я смотрю, вы мне оставили специфический, — я брезгливо пнул носком ботинка дымящуюся кучку. — Курганный Мертвяк?
— Он самый. Вылез из-под подвала, когда мои ребята начали вскрывать замки. Слава Богу, сработали четко. Закинули ему под ребра пару термобарических гранат, выжгли «Якорь». Осыпался, как миленький. Но внизу…
Гордей тяжело вздохнул и кивнул на темнеющий зев спуска, откуда несло настоящим склепом.
— Пойдем, посмотрим, какую свинью нам подложил Константин Егорович, — я шагнул в полумрак.
Холодок прокатился по позвоночнику. Прямо как в прошлой жизни, перед вступлением в бой. Мерзкое ощущение, но выброс адреналина подстёгивал нехило.
Скрытая лаборатория под полом подвала оказалась размером с приличное футбольное поле. Тускло мерцали аварийные лампы под потолком. Вдоль стен тянулись ряды хирургических столов из нержавеющей стали, оснащенных кровостоками.
Повсюду валялись осколки битых колб, обрывки проводов и опрокинутые штативы. Кто-то явно очень спешил, убирая за собой следы.
Но самое жуткое находилось в центре помещения. Огромные, в два человеческих роста, стеклянные чаны, заполненные мутной, густой жидкостью. Внутри плавали фрагменты тел. Руки, ноги, куски торсов — все это было хаотично сшито суровыми нитками и скреплено строительными скобами. Еще три подобных чана были разбиты. Разлитая жидкость поблескивала в свете аварийных ламп.
— Выращивали тут монстров, — процедил Гордей, идя следом. — Наверное, собирали из того, что находили на свалках, в моргах или на улицах. Накачивали энергией. Мезинцев, скорее всего, сдавал это место в аренду, даже не вникая, чем тут занимаются. Платили вовремя и ладно. Вообще никакого интереса к своим угодьям.
— Да уж, арендаторы оказались с сюрпризом, — я подошел к одному из компьютерных столов.
На нем лежал оплавленный жесткий диск и горстка серого пепла — все, что осталось от журналов учета. Умно. Обычная полиция здесь бы ничего не нашла.
— Ты говорил про волчью морду, — вздохнул я.
— В дальнем конце, на стене. Осторожно, там пол скользкий, — предупредил безопасник.
Я открыл глаза и направился в указанную сторону. Уже подходя, почувствовал, как на затылке начинают шевелиться волосы. Ядрена медь! Прямо как будто в прошлое вернулся!
На голой бетонной стене красовалась оскаленная волчья морда. Знакомая до боли. Старинный знак присутствия оборотней. Они так обозначали свои территории — метили, так сказать.
И рисовался подобный знак обычно кровью.
Вот только… Что-то странное было в этом рисунке. Как будто глаза волка смотрели в разные стороны. Обычно взгляд на таких рисунках следовал за тобой, куда бы ты ни встал, а сейчас… Как будто волк окосел от того, что тут творилось.
Я подошел ближе, и в этот момент косящий глаз повернулся и уставился на меня!
Ядрена медь! Это же…
— Ложись! Всем на пол!
Мой крик совпал с оглушительным звоном бьющегося стекла.
Ловушка! Мать его! Ловушка!
Моё приближение спровоцировало активацию магического фона и…
Один из крайних чанов взорвался. Зеленоватая жидкость волной хлынула на бетонный пол, а из осколков с утробным ревом выскочила тварь Опасных земель. Не узнать её было трудно.
Иглохвост-мутант, здоровенный, как трактор. Панцирь из темного металла поблескивал смолой. Шипастый хвост бешено хлестал по сторонам, разбивая хирургические столы. А из пасти капала едкая слюна, прожигающая бетон.