Алексей Калинин – Боярский сын. Дружинник. Часть 1 (страница 35)
Щит от удара разлетелся вдребезги, рассыпаясь тысячами искр. Вновь помогла Кольчуга, погасив остатки удара, но я всё равно отлетел на пару метров. Прочертил ногами по вздыбившемуся щепками паркету и с трудом удержал равновесие.
— Ты кого щемишь, херотень безухая? — рявкнул братишка, отводя внимание на себя.
Яромир ещё раз бросил огненный шаром и выстрели из пистолета, на этот раз целясь в голову. Хладовей покачнулся от огненного удара, а вот выстрел… Я сначала подумал, что Яромир промахнулся, потому что пуля ушла куда-то в сторону, но потом понял его задумку.
Он выстрелил в панорамное стекло за спиной монстра! И это стекло пошло трещинами! Тонкие паутинки разбежались по поверхности, и холодный ветер снаружи начал просачиваться в кабинет.
Ещё один огненный шар! Хладовей отступил на шаг. Так вот в чём была идея братишки!
Яромир задумал выбросить Хладовея наружу!
А падение с тридцатого этажа какую хочешь тварь угандошит. Даже если тварюга бронированная, то гравитация всё равно расхреначит в лепёшку. Я тоже метнул Огненный Клинок, а следом добавил огненную сферу, целясь в грудь монстра. Переместился на шаг влево и уклонился от очередной порции игл.
Яромир, видя, что план работает, добавил Огненное Дыхание — мощный шквал пламени, который отбросил монстра на пару шагов назад. Как оказалось, не только Хладовей мог метать иглы — наши снаряды действовали не хуже, и каждый удар заставлял его отступать всё ближе и ближе к треснувшему стеклу.
Ещё раз, и ещё! На, сука! На!
Мы били одновременно, не давая ему опомниться, заставляли пятиться. Он огрызался иглами, метал сосульки, но… Пятился!
У нас началось подобие смертельной игры в снежки — мы метали огненные заряды и тут же прыгали в разные стороны, чтобы он не мог прицелиться. Хладовей отшатывался всё дальше и дальше, его спина уже почти касалась стекла, а он всё пытался зацепить нас ответными сосульками.
Да хрен ты нас зацепишь, чувырла ледяная!
В один миг я крикнул: «Давай!» — и мы одновременно запустили два мощных шара в грудь монстра. Огненные снаряды врезались в него с такой силой, что он пошатнулся, накренился назад, и стекло за его спиной не выдержало — рассыпалось с оглушительным звоном.
Хладовей упал следом за осколками, взмахнув лапищами и пытаясь уцепиться за воздух. Воздух не стал ему помогать в деле поддержки и туша рухнула вниз. Через пару секунд раздался звон, хруст металла и следом гортанное рычание.
Мы замерли, глядя в чёрный проём. Неужели не получилось?
Я тут же метнулся к краю пропасти. Ветер попытался отбросить назад, но кто же на него обратит внимание, когда тут такое?
И тут же отпрянул назад, когда вверх взлетели ледяные иглы!
— Вот же урод! — вырвалось у меня.
Секунды хватило чтобы увидеть, что этот преобразившийся монстр превратил свои руки в лезвия и пронзил ими стену здания. Всего на несколько метров ниже, но он удержался!
Следом раздался удар, скрежет металла и всё тот же гортанный рык. Он что — забирался по стене обратно?
Я подхватил большой осколок стекла, выставил его как зеркало над краем пропасти, и он в тот же миг разбился на мелкие кусочки. Выстрел ледяных игл был точен. Однако, я успел увидеть, что Хладовей и в самом деле начал подниматься по стене.
Обернулся и взглянул на брата, застывшего рядом:
— Как только окажусь на уровне окна — дай мне руку!
— Че-чего? — охренел он от услышанного.
Впрочем, у него будет пара секунд на осознание и принятие. Я же Рывком ушёл за грань окна. В долю секунды очутился рядом с монстром и его задранной башкой. Приземлился точно на его плечи, отчего острые лезвия рук просели на добрых десять сантиметров вниз.
Время как будто замедлилось. Зато затрепетавшие иглы на спине медленно, но неуклонно потянулись в мою сторону. Ещё секунда и…
В глазах мелькнула вспышка и я увидел серебряную сеть на теле монстра. Она походила на кровеносную систему, но это была вовсе не она. Скорее, это была сеть меридианов, сквозь которую проносилась живица. И она соединялась в большой пульсирующий комок в центре головы Хладовея!
Это было всего лишь миг, но мне хватило, чтобы ударить в морду клинком. Хладовей убрал лицо вниз, а я… Я не донёс клинок до прозрачной головы, а вывернул его лезвием вверх, а сам усиленным кулаком шарахнул что было мочи по пульсирующему комку!
В тот же миг этот странный комок потух, а почти уже вонзившиеся в меня иглы опали. У меня получилось вырубить живицу этому монстру!
Но радоваться рано, так как без живицы он вряд ли долго провисит на лезвиях. Поэтому необходимо действовать быстро!
От неожиданности Хладовей поднял вверх лысую башку, и я не стал терять времени.
В этот же момент я направил Огненный Клинок в левую глазницу. Клинок вошёл точно в щель, пробил ледяную оболочку и взорвался внутри черепа. Хладовей издал пронзительный, похожий на вой сирены крик, его тело дёрнулось в конвульсиях, и он начал отклоняться назад.
Лезвия понемногу выходили из стены. Улетать вниз вместе с ним не хотелось, поэтому я что есть силы оттолкнулся и прыгнул вверх!
От моего толчка лезвия Хладовея вырвались из стены окончательно, и он полетел туда, где мигали разноцветные огоньки полицейских машин. Я же взмыл вверх и почти коснулся протянутой руки Яромира.
Почти…
Пальцы соскользнули с перчатки брата, и я устремился вниз.
Всего несколько секунд полёта, в течении которых брат удалялся ввысь. Всего несколько секунд, а сколько за это время было передумано… И уже тогда, когда я вознамерился уже попрощаться с жизнью, по груди хлестнул огненный всполох. Меня резко дёрнуло вверх!
Я невольно задрал голову. Брат держал огненную цепь, которая опоясала моё тело и хлестнула крюком в звено. Цепь горела. Жар от неё шёл невероятный, но главное, что она держала!
— Забирайся! Я долго не удержу! — прокричал Яромир.
Руки сами собой схватились за раскалённые звенья. Ноги упёрлись в стену центра, заворчали сервоприводы, и я быстро-быстро начал забираться наверх.
Когда моя ладонь вцепилась в край разбитого окна, Яромир перехватил за предплечье и одним рывком втащил внутрь. Мы оба рухнули на паркет, щедро усыпанный битым стеклом и сдобренный кровью от охранника.
— Ты… ты ещё безумнее, чем я! — выдохнул братишка. — Я думал, ты уже труп!
— Сам ты труп, — хрипло отозвался я, поднимаясь на четвереньки. — А что это за цепь? Погаси, а то пол сожжёшь.
Яромир щёлкнул пальцами, и огненная петля, до сих пор опоясывающая мою грудь, рассыпалась золотистыми искрами. Я едва успел вздохнуть с облегчением, как снизу раздались разноголосые крики:
— Они там! На тридцатом! Живыми взять!
— Второй отряд, блокируйте выходы!
— Костомаров приказал — чтобы все лежали у его ног!
Я рванул брата за плечо:
— На крышу! Быстро! Я вызываю «птичку»!
— Давай, если что, то я подстрахую! Должен же и я погеройствовать! — откликнулся братишка.
Я на бегу принялся вызывать вертолёт. Без него так просто не пробиться!
Мы выскочили из кабинета и рванули по коридору к пожарной лестнице, ведущей на технический этаж, а оттуда на крышу. За спиной уже грохотали шаги — кто-то из охранников успел выскочить в холл и заметил нас. Сразу же застрекотали автоматные очереди, пули зацокали по кафельной плитке, выбивая крошку у самых пяток.
— Ложись! — гаркнул я, и мы нырнули за бетонную колонну.
Яромир выхватил пистолет и, не целясь, сунул руку за угол, выпустив всю обойму в сторону преследователей. Кто-то взвыл от боли, кто-то выругался матом, а мы, не теряя ни секунды, сорвались с места и влетели в железную дверь, которая вела на лестницу. Я с размаху захлопнул её и провернул здоровенную щеколду. Яромир ещё добавил жара, расплавляя металл.
Дверь содрогнулась от удара автоматного приклада, но выдержала.
— Вперёд! — скомандовал я.
Мы пролетели через ступени. На выходе на крышу ещё одна дверь. Тут же вдарил в неё плечом. Замок жалобно хрустнул, и нас окатило холодным воздухом.
Мы подскочили к краю крыши.
Москва лежала внизу, вся в огнях, как новогодняя ёлка. Внизу мигали сине-красные огоньки полицейских машин, но нам было не до них.
Из-за соседнего небоскрёба вынырнул чёрный силуэт вертолёта. Он шёл низко-низко, почти касаясь антенн, его винт взбивал воздух и добавлял прохлады в общую морозную картину.
— Яромир, смотри! — крикнул я, показывая рукой.
Вертолёт снизил скорость. Трос хлестнул по бетонному парапету, и нам оставалось только ухватиться. Вот сейчас, вот сейчас… Яромир прыгнул и ухватился.
Дверь на крышу с грохотом вылетела с петель. Оттуда показались первые фигуры в чёрном — люди в костюмах и с автоматами. Кто-то крикнул: «Стоять!»
Ага, сейчас только шнурки поглажу!
Я кинулся с крыши следом за Яромиром. Вновь оказался в свободном падении. На этот раз у меня получилось схватиться!