Алексей Иванов – Первое копье (страница 16)

— Зачем?

— Затем, мой юный друг, что за твою голову назначена щедрая награда. Даже аванс дали! И я его честно отрабатываю. Даже нужную статью в газете проплатил с твоей физиономией. Спросит заказчик за потраченные средства — так вот они! — он ткнул в газетный лист. Но насчет отработки основной суммы ничего не сказал, и это внушало оптимизм.

— Кто заказчик?

— Граф Солис Эно-Интан, — не стал скрывать Шкипер.

Неприятно, но ожидаемо. Хотя убийца — это как-то банально и глупо. Впрочем, граф Эно-Интан в плане ума звезд с небес не хватает. Кстати, а Суман Энно ему часом не родственник? Всех отличий — одна буква. Помнится, раньше был такой обычай, давать непризнанным бастардам фамилии, отличающиеся на одну букву от родительской.

— Так что ходи с оглядкой, Гарн, — продолжил Шкипер. — Я своих ребят придержу, да и оценили тебя как-то очень дешево, но мало ли. Власти над всем Тирбазом у меня нет, а рисковый человечек может и найдется. Ближайший месяц-два лучше просто не вылезай из академии. Да и на каникулах скройся где-нибудь в глуши, подальше от Тирбоза. Потом тише станет. Забудут все.

С последним проблем не будет. Да и с первым. Не в первый раз за мной охотятся или следят.

— А что если я хочу ответить графу любезностью? — забросил я удочку. Кто сказал, что только графам можно играть грязно?

— Э-э, нет, — сразу же пошел в отказ Шкипер. — С родовитым из свиты третьего принца я связываться не стану. И не проси! Будем говорить прямо, ты никто! Если тебя грохнут, то охранители месяц-другой будут рвение изображать, а потом плюнут и забудут. Но если графа из свиты принца кто-то грохнет, то убийцу будут искать со всем старанием. Для третьего принца смерть его человека, что плевок в лицо — с охранителей он не слезет. А те, когда их пинками в зад подгоняют, работать умеют. Ничего не найдут, так начнут по площадям бить, что осадная артиллерия. Кому это надо?

— Никому, — согласился я. — Все животные равны, но…

— Во-во, — согласился Шкипер. — Не связывайся с графом. Он про тебя скоро сам забудет. Мелок ты для него — вошь.

— Твою позицию я понял. — В общем-то, разумная позиция, нечего на нее обижаться. — Спасибо что предупредил.

— Свои люди, сочтемся, — усмехнулся Шкипер. — От греха, я тебя прямо до ворот академии подброшу. Первые дни самые опасные. Охотники азартом горят, выслеживают, дежурят. А недельки через две можешь короткие вылазки в город делать. Но один не ходи, друзей бери. С вами, пажами, не разберешь, кто родовитый, а кто просто сквайр, а рисковать лишний раз никто не любит.

— Что делать, если я захочу с тобой связаться? Дело предложить, вопросы обсудить?

— Записочку любому извозчику передай. Скажешь, что для меня. Они доставят, не сомневайся. А там я тебя найду, если что-то действительно важное будет. Или встречу назначу через тех же извозчиков.

Карета остановилась перед воротами академии. Шкипер протянул мне руку и я пожал ее. Похоже, я теперь его должник. Как же не люблю быть кому-то должен!

— Бывай, чемпион, — бросил он напоследок, а я потянулся к амулету связи, следовало предупредить Сагара, что обстоятельства изменились и в «Бригантине» меня можно не ждать.

Глава 8

Только до рассвета…

Утро началось с торжественного построения. Повод значительный… для третьего курса — долгожданный выпуск. Три года учебы осталось позади, и вчерашние пажи готовились стать оруженосцами.

Да, остаток учебного года пролетел незаметно. Казалось, еще вчера я вернулся в эти стены из застенка охранителей, а более двух месяцев растаяли словно дым. Начавшийся весной учебный год подошел к своему закономерному концу — зимним зачетам и экзаменам для одних и выпуску для других, более счастливых.

Стоит признать, после достаточно бурного начала и середины учебного года, его остаток прошел спокойно. Я бы сказал — скучно. После предупреждения Шкипера, от вылазок в город пришлось практически отказаться. А если таковые и случались, то только в обществе Ланиллы — с ней всегда была хорошая охрана или Дэи. А чаще сразу с двумя девушками. В остальном все было спокойно: ни тебе похищений, внезапных нападений, прячущихся в тенях убийц, ликанов, варгаров, альвов и прочей нелюди, вроде родовитых графов, прислуживающих всяким принцам. Вроде бы всех перечислил?

Ну а тот факт, что я вновь стал мишенью — мне не привыкать. Последние годы только так и жил.

Обряженный по случаю церемонии выпуска в древние рыцарские латы ректор Академии Доблести Тирбоза произнес очередную пафосную и никому не интересную речь. Привычный стандарт про вылетевших из гнезда птенцов и прочее. Слышал одну — слышал все. Тем более они год от года повторяются с незначительными правками.

Фамилия нашего ректора такая зубодробительная, что в прошлой жизни запомнить ее я даже не пытался. Не будем нарушать традицию. Да и увидеть почтенного ректора в стенах академии — та еще задача. Он и в Тирбозе-то редко бывает, предпочитает сидеть в столице.

Дальше началась церемония посвящения пажей в оруженосцы. Вообще-то, в древности полагалось посвящать в рыцари, а не в оруженосцы, но новое время — новые правила. Третьекурсники выходили вперед, преклоняли одно колено, ректор небрежно касался обнаженным мечом их плеч. Вручал кортик и ремень. Что должно символизировать рыцарский пояс и меч. Последний в свое время был настоящим. Но ползать по меху с длинным ножичком на поясе — та еще акробатика. Так что постепенно меч заменили кортиком, как у морских офицеров. Ходят упорные слухи, что первым выпускам Академий Доблести и золотые шпоры вручали. Извращенцы, их еще называют ревнителями традиций, существуют во все времена. Но наша академия самая молодая из пяти и тогда просто не существовала.

Кортик следовало обнажить до половины и поцеловать лезвие. Встать, отсалютовать, вернуться в строй.

Паж за пажом проделывали эту операцию, вступая в ряды оруженосцев. Когда тебя выпускают, на волне эйфории церемония пролетает в один миг, а наблюдаешь со стороны — такая тягомотина! Для меня, не только ее видевшего, но и участвовавшего, так точно. Никак не могу избавиться от мысли, что смотрю на мертвецов. Сколько пажей этого года выпуска дожило до вторжения альвов? Один из трех? Из пяти? А сколько оставалось живыми к последнему году войны? Пусть искалеченными, потерявшими дар, но хотя бы живыми? Пять человек? Десять? Сомневаюсь, что сильно больше.

А вот и Мирра с Шилин, радостные, веселые, даже завидно немного.

Церемония закончилась торжественным прохождением теперь уже оруженосцев перед строем пока еще пажей и таким же торжественным маршем за ворота академии. Все, больше в этих стенах в ближайшие дни ни одного новоиспеченного оруженосца мы не увидим. Возвращаться после торжественного прохождения — плохая примета. А я уже говорил, рыцари — народ суеверный. Ритуалы — наше все.

В отличие от пять минут как оруженосцев, у пажей день был учебным. Пусть и последним, перед каникулами. Так что после торжественного выпуска мы потянулись в учебные классы. У нашей группы остался последний зачет, но это была проклятая если не богами, то мастером-наставником Агрором Кулатом алхимия.

Дождавшись кипения, я быстро опустил мензурку с получившимся составом в стакан со льдом. В идеале следовало ее охладить магией, но такой контроль доступен только полноценному магу, а не скромным недомагам из числа будущих рыцарей.

Зелье из красного стало темно фиолетовым, вязким, словно смола. Готово!

— Паж Вельк задание закончил! — не оборачиваясь, сообщил я Агрору Кулату. Мастер-наставник алхимии с начала зачета стоял прямо за моим плечом и раздраженно пыхтел чуть ли не в ухо.

Если он думал, что сможет мне таким образом помешать, то просчитался.

Получившийся результат Агрор Кулат изучил так внимательно, словно от этого зависела его жизнь, а не мой зачет.

— Зелье принято, — не без сожаления признал он, когда пауза непозволительно долго затянулась. — Вы получили свой зачет, паж Вельк.

Мастер наставник алхимии не пытался скрыть, насколько его сей факт удручает. Но откровенно меня валить побоялся. Вражда враждой, но память о победе в турнире все еще слишком свежа, как допущенная в мой адрес несправедливость. А Кулат — это не третий принц, ему такое не простят.

Последний и самый сложный зачет сдан. Все! Остальные мастера-наставники мне чуть ли не сразу все проставили, особо материал не спрашивая. Некоторые из-за победы в турнире, другие знали, что особых проблем их предмет у меня не вызовет.

Разве что наставница Илет Гойр выложиться заставила, принимая зачет по общей физической подготовке. Но на физическую форму я давно не жалуюсь. Привел тело если не в полный порядок, то весьма близко к этому.

За распахнутыми дверьми учебного класса меня встретил Константин. Верный своим дурным привычкам, Агрор Кулат не стал долго мучить родовитого. Задав несколько не самых сложных вопросов, он быстро поставил Константину зачет и отпустил на все четыре стороны.

— Как прошло?

Вместо ответа демонстрирую ему победный знак.

— Отлично! А то от этого алхимика не знаешь, чего ожидать. Двигай за мной! — Константин даже не подумал говорить чуть тише. Тот факт, что мы находимся возле дверей класса, его нисколько не смущал. Ну да, не его же потом Агрор Кулат валить будет.