Алексей Исаев – Операция «Багратион». Взлом «белорусского балкона» (страница 4)
В тот же день, когда началось советское наступление под Ленино, произошла смена командования группы армий «Центр». Бессменно командовавший группой армий фельдмаршал фон Клюге попал в автокатастрофу, и потребовалась его срочная замена. Новым командующим стал фельдмаршал Эрнст Буш, получивший повышение с поста командующего 16-й армией ГА «Север». Буша можно было бы характеризовать как опытнейшего пехотного генерала, начавшего службу в пехоте еще в начале столетия и прошедшего последовательно все ступени на этом поприще. На момент назначения командующим ГА «Центр» он уже был награжден Рыцарским крестом и дубовыми листьями к нему. Позднее, летом 1944 г., он подвергся нелицеприятной критике, но в октябре 1943 г. трудно было найти более подходящую кандидатуру для управления войсками в позиционных сражениях в лесисто-болотистой местности.
Потерпев неудачу под Ленино, советское командование не отказалось от попыток взломать оборону противника. К 20 октября 10-я гв. армия рокировалась походным порядком из района южнее Днепра в район к северу от реки. При этом управление этой армии принимало войска 5-й армии, а управление самой 5-й армии выводилось в резерв. Командование Западного фронта вновь решило перенести центр тяжести боевых действий в район автострады. На этот раз предполагалось прорваться к Орше «впритирку» к Днепру, в промежутке между ур. Веретейский Мох и Днепром. Главный удар теперь наносила на узком фронте в 6 км 31-я армия генерал-лейтенанта В. А. Глуздовского в составе 12 стрелковых дивизий, одного танкового корпуса, одной танковой бригады и мощной артиллерийской «кувалды» в лице 14 артиллерийских бригад, 10 артполков РГК.
План командования 31-й армии строился на том, чтобы мощной артиллерийской подготовкой парализовать сопротивление противника и стремительным броском подвижных групп (танки, мотоциклисты, мотопехота) захватить второй оборонительный рубеж немцев, прежде чем он будет занят отходящими с главной оборонительной полосы войсками противника. Затем главными силами 2-го гв. танкового корпуса предполагалось с ходу, по автостраде, ворваться в Оршу. По решению командарма-31 в первом эшелоне должны были наступать три стрелковых корпуса, каждый из которых в свою очередь также строился в два эшелона: в первом две стрелковые дивизии, во втором – одна. Еще один стрелковый корпус образовывал второй эшелон армии. 2-й гв. танковый корпус со 2-м гв. мотоциклетным полком должен был после прорыва пехотой переднего края обороны немцев с ходу овладеть вторым оборонительным рубежом противника. С подходом пехоты стрелковых частей танки корпуса А. С. Бурдейного должны были сдать ей захваченный рубеж и развивать наступление на Оршу.
Подготовка велась тщательно, с использованием всех возможных тактических приемов. Создавались подвижные группы пехоты для броска за танками, группы закрепления и резервные группы для ночного боя. Также по решению командарма Глуздовского предписывалось «создать в каждой сд ударные группы из отборных бойцов с лучшими боевыми офицерами, вооружив их автоматами и ручными пулеметами»[13].
«Изюминкой» наступления должна была стать 1-я штурмовая комсомольская[14] инженерно-саперная бригада, приданная 45-му стрелковому корпусу и задействованная строго в центре построения ударной группировки 31-й армии. Такие бригады были сформированы в Красной армии сравнительно недавно, весной 1943 г. Бригады предполагалось использовать на наиболее важных оперативных направлениях, особенно там, где у противника имелись мощное фортификационное оборудование местности и минные заграждения[15]. Особенностью оснащения бригад были стальные нагрудники, которых полагалось 125 штук на батальон, на бойцов одной его роты. За них штурмовики получили прозвище «панцирная пехота». Пехотой они, однако, не являлись, и предполагалось их использование для преодоления инженерных заграждений противника. То есть содействие пехоте, а не ее замена.
Здесь необходимо отметить, что три батальона 1-й штурмовой бригады и ее учебная рота по плану были поставлены в первый эшелон в линию на фронте 800—1000 метров впереди, именно впереди боевых порядков 251-й стрелковой дивизии. Соседом справа 1-й штурмовой бригады была 220-я стрелковая дивизия, соседом слева – 331-я стрелковая дивизия. Исходные позиции в 70—150 м от проволочного заграждения противника «штурмовики» (так их называли в документах) заняли скрытно и заблаговременно к 20.0020 октября. Бригада должна была наступать вдоль Минской автострады и железной дороги.
На флангах 31-й армии 10-я гв. армия и 68-я армия (южнее Днепра) получили вспомогательные задачи. Каждая из этих армий к тому моменту насчитывала по девять стрелковых дивизий. Казалось, что удалось найти ключик к немецкой обороне под Оршей.
Противником советских войск на оршанском направлении оставалась 4-я армия группы армий «Центр». Севернее Днепра позиции занимал XXVII армейский корпус, южнее Днепра – XXXIX танковый корпус. Наименование «танковый» на тот момент было уже условностью.
21 октября в 12.00, после артиллерийской подготовки продолжительностью 2 часа 10 минут, войска 31-й армии перешли в наступление. За 10 минут до окончания артиллерийской подготовки штурмовики поднялись в атаку, уже в 12.00 был уничтожен немецкий гарнизон на выс. 199, 0 (между ж.д. и шоссе), к 12.30 бойцы бригады преодолели все три линии траншей, выполнив свою ближайшую задачу. К 13.301-й штурмовой батальон вышел на северной окраине опорного пункта немцев в деревне Киреева, т. е. продвинулся на 7 км (всего за 2 часа 40 минут наступления!). 3-й и 4-й батальоны бригады отставали от него не более чем на 1–2 км. Если бы вся участвующая в операции пехота наступала таким темпом, то немецкая оборона рухнула бы. Фактически «штурмовики» выступили в роли элитной пехоты, хотя по своему первоначальному назначению таковыми не являлись. Однако главные силы стрелковых дивизий оставались еще далеко позади. «Штурмовики» же были атакованы пехотой противника с танками (скорее всего все же «штурмгешюцами»). Противотанковых средств в инженерной бригаде по штату не предусматривалось, даже противотанковых ружей, введенных только весной 1944 г. Тем не менее «штурмовики» дали бой и претендовали на один уничтоженный и один подбитый танк противника. Чуда, впрочем, не произошло. Контратака бронетехники противника заставила «штурмовиков» отойти на 0,5–1 км назад и ждать на этом рубеже подхода пехоты.
Ситуацию мог выправить прорыв танков к занятому штурмовой бригадой рубежу. В наступлении 21 октября участвовали две танковые бригады 2-го гв. танкового корпуса: 25-я гвардейская (34 Т-34, 12 Т-70 и 4 БТР на ходу к началу боев) к югу от автострады и 26-я гвардейская к северу от нее. 25-я гв. танковая бригада выступила из исходного района и к 14.30 встретила сильное огневое сопротивление с выс. 208, 0 и из опорного пункта немцев в деревне Рыленки. Попытка обойти Рыленки привела к застреванию сразу 10 танков в болоте (вытащены к концу дня). Потери бригады за день составили 5 Т-34 и 1 Т-70 сгоревшими и 6 Т-34 подбитыми[16]. 26-я гв. танковая бригада была введена в бой в 13.0021 октября, в результате пятичасового боя вышла на западные скаты выс. 208, но, встреченная сильным огнем противника, продвинуться дальше не смогла. Потери бригады составили 5 танков сгоревшими, 5 подбитыми и один подорвавшийся на мине[17]. Потери небольшие, но чувствительные. В целом в результате первого дня боя наступающим удалось продвинуться только на 3–4 км, что срывало весь замысел операции с быстрым захватом второй линии обороны противника. Атаки соседних армий силами одной стрелковой дивизии каждая успеха не имели.
Возобновление наступления 22 октября ощутимых результатов не дало, продвижение составило всего 1–2 км. При этом 25-я и 26-я гв. танковые бригады задень потеряли два десятка танков сгоревшими и подбитыми. К утру 23 октября они устным приказом командира корпуса А. С. Бурдейного выводятся из боя. Было уже очевидно, что первоначальный план наступления реализовать не удастся. Тем не менее наступление стрелковых частей продолжилось в тщетной надежде, что немецкая оборона все же рухнет. 23 октября решением командующего 31-й армией в бой были введены две стрелковые дивизии из второго эшелона, но практически безрезультатно – продвижение задень ограничилось 1 км. 25 октября местного успеха добилась 10-я гв. армия, продвинувшись на 3 км.
К исходу дня 26 октября общее продвижение ударной группировки фронта составило до 6 км.
29 октября была сделана попытка возобновить наступление в прежней конфигурации: на левом крыле 10-й гвардейской армии, на всем фронте 31-й армии и на правом крыле 68-й армии. Задача операции в целом сохранялась прежняя, в соответствии с первоначальным замыслом на 21 октября. Ожесточенные бои продолжались до 31 октября, однако прорыва обороны противника добиться не удалось. К 1 ноября обе стороны перешли к обороне.