Алексей Исаев – 1945-й. Триумф в наступлении и в обороне: от Висло-Одерской до Балатона (страница 8)
В тот же коридор между границей и «Померанским валом» также удалось протиснуться 9-му гв. танковому корпусу 2-й гв. танковой армии. После переправы через р. Нетце у Чарникау корпус сначала начал наступление на север к Шеланке. Встретив сопротивление в городе, командир корпуса направил остальные бригады в обход и атаковал его с тыла. 28 января к 16.00 Шеланке был очищен. Двумя днями ранее, 26 января 1945 г., на рыночной площади Шлоппе выступил перед гражданами гауляйтер Померании Франц Шведе-Кобург и заявил, что никакой опасности нет. Советские танки, в последние дни появившиеся в округе, – это одиночки, а никакие не авангарды армий, сказал он. Опровергая его слова, вечером 28 января танки, САУ и автомашины 9-го гв. танового корпуса вынырнули из лесов, пересекли «Рейхсштрассе № 1» южнее Шлоппе и снова углубились в леса. Справедливости ради нужно сказать, что сразу въехать на еще не остывшую от речей гауляйтера площадь Шлоппе тогда возможности не было: на подступах к городу заняла позиции 402-я учебная пехотная дивизия. По лесным дорогам части 9-го гв. танкового корпуса 30 января к 4.00 вышли в район западнее Берлингхена. Здесь они остановились в ожидании горючего и продолжили наступление к Одеру передовыми отрядами.
Однако на третий корпус 2-й гв. танковой армии предполья перед «Померанским валом» уже не хватило. Первой задачей 12-го гв. танкового корпуса на территории Германии стал захват Шнейдемюля – узла шоссейных и железных дорог невдалеке от границы 1939 г. Взять город с ходу не удалось, и он был обойден с севера и юга. После этого 12-му гв. танковому корпусу была поставлена задача активного прикрытия флага армии. С.И. Богданов в своем частном боевом приказе от 29 января предписывал корпусу захватить Дойч-Кроне, Меркиш-Фридлянд и Тютц. Через Дойч-Кроне почти параллельно «Рейхсштрассе № 1» проходили укрепления постройки 1930-х гг. Столкнувшись с организованным сопротивлением противника, 12-й гв. танковый корпус втянулся в бои фронтом на север, не принесшие крупных успехов. Ни один из перечисленных городов Померании захвачен не был. Хотя «Панцерверке» на старой границе не задержали прорыв большей части 2-й гв. танковой армии на запад, но стоили тяжелых потерь 12-му гв. танковому корпусу. 49-я гв. танковая бригада корпуса была даже выведена из боя вследствие потери значительной части танкового парка. На 9 февраля в бригаде числился всего один боеготовый танк Т-34, 3 танка были в среднем ремонте и 26 танков – в капитальном ремонте.
Одновременно с продвижением к Одеру Г.К. Жуков был вынужден озаботиться прикрытием правого фланга своего фронта за спиной вырвавшихя вперед танковых армий. В связи с тем, что главные силы 2-го Белорусского фронта были повернуты против окруженной восточно-прусской группировки противника, а войска левого крыла задерживались на р. Висла в районе Торн, разрыв между смежными крыльями 1-го и 2-го Белорусских фронтов 24 – 25 января достигал 110 – 120 км. Оценивая обстановку, сложившуюся на правом крыле фронта, командующий фронтом решил обеспечить это крыло войсками 47-й и 61-й армий и соединениями 2-го гвардейского кавалерийского корпуса.
Помимо разрыва с войсками 2-го Белорусского фронта проблемой стало усиление противника в Померании, нависавшей над правым флангом войск Жукова. Перед лицом возрастающей угрозы своему правому флангу Г.К. Жуков был вынужден задействовать для прикрытия с севера дополнительно 1-ю армию Войска Польского и 3-ю ударную армию (второй эшелон фронта). Хотя 2-й Белорусский фронт решил задачу отсечения восточно-прусской группировки противника от основных сил немецкой армии, сдвиг фронта на запад в его полосе был незначительный. Войска К.К. Рокоссовского 25 января вышли к заливу Фриш-Гаф и вбили достаточно узкий клин, разделяющий восточно-прусскую и восточно-померанскую группировки противника. Отброшенные на запад немецкие корпуса выстроились в линию вдоль нижнего течения Вислы, препятствуя быстрому продвижению советских войск в Померанию. В отличие от рухнувшего фронта на берлинском направлении, здесь противник быстро восстановил целостность построения своих войск.
Поворот на Краков. Трудности с продвижением вперед возникли не только на померанском направлении, но и на южном фланге советского наступления в глубь Германии. Если для войск 1-го Белорусского фронта серьезной проблемой стал кризис на фланге вследствие отставания 2-го Белорусского фронта, то командование 1-го Украинского фронта столкнулось с проблемой отставания соседнего 4-го Украинского фронта И.Е. Петрова. Задачи, поставленные 4-му Украинскому фронту Ставкой ВГК, а именно – захват Кракова и развитие наступления в сторону Силезского промышленного района, – фронт не выполнил. Ограниченные силы фронта (на краковском направлении действовала одна 38-я армия) и трудный горно-лесистый район Карпат, по которому шло его наступление, привели к отставанию его правого крыла от левофланговых армий 1-го Украинского фронта. Точно так же как усилия 2-го Белорусского фронта были распределены между Померанией и Восточной Пруссией, армии 4-го Украинского фронта разрывались между Венгрией и Силезией. Командовавший в то время 38-й армией К.С. Москаленко вспоминал: «В немалой степени притормаживало наше продвижение, особенно на левом фланге, то, что 1-я гвардейская армия по приказу командующего фронтом начала наступление еще на три дня позднее нас. Вообще я до сих пор не вижу ясного смысла в определении сроков нанесения ударов войсками 4-го Украинского фронта: 18-й армии – 12 января, 38-й армии – 15-го, 1-й гвардейской – 18-го. Несколько неопределенным оказалось и направление главного удара фронта, так как наша 38-я и 1-я гвардейская армии наступали по расходящимся направлениям» (
Советское командование было вынуждено отреагировать на разрыв между войсками И.С. Конева и И.Е. Петрова перенацеливанием части сил 1-го Украинского фронта на юг. В адрес командования 1-го Украинского фронта была направлена директива Ставки ВГК, в которой предписывалось:
«Главным силам войск фронта продолжать наступление в общем направлении на Велюнь, Бреслау с целью выйти не позднее 30.1.45 на реку Одер к югу отЛисса (Лешно) и захватить плацдармы на западном берегу этой реки.
Левому крылу фронта (59 и 60 армии) не позднее 20 – 22.1.45 овладеть городом Краков, после чего продолжать наступление на Домбровский угольный район, обходя его с севера и частью сил с юга.
21 армию с 1 гв. кавкорпусом использовать для обхода Домбровского угольного района с севера в общем направлении на Тарновиц, Козель (на р. Одер)» (Сандомирско-Силезская операция. Наступление 1-го Украинского фронта в январе 1945 г. Краткий оперативный очерк. М.: Воениздат, 1948. С. 140).
И.С. Конев 18 января в оперативной директиве № 0024/оп определил новую общую задачу войск фронта, в несколько измененном виде оттранслировав подчиненным директиву Ставки ВГК:
«Войска 1-го Украинского фронта главной группировкой в составе 3-й гв., 13-й, 52-й, 5-й гв., 6-й армий, 3-й гв. и 4-й танковых армий продолжают наступление и преследование противника в общем направлении на Бреслау с задачей – уничтожить отходящего противника, не дать ему возможности закрепиться на оборонительных рубежах на восточной границе Германии, с хода форсировать р. Одер.
Войска левого крыла фронта в составе 21-й, 59-й и 60-й армий овладевают городом Краков и Силезским промышленным районом».
В момент передачи в войска этой директивы развитие событий на южном фланге 1-го Украинского фронта не внушало опасений. Обе танковые армии – главный указатель направления приложения основных усилий – пока оставались на бреславском направлении. В течение 18 и 19 января войска 3-й гвардейской танковой и 52-й армий добились внушительных успехов. За эти два дня армии прошли более чем 80 км. Спокойный за их успехи, Конев отправился на левое крыло фронта, где подчиненные ему армии вышли на подступы к Кракову. 18 января 59-я и 60-я армии вышли к внешнему обводу обороны Кракова. Был произведен обход и охват города: 92-я стрелковая дивизия вышла к Висле и тем самым перекрыла путь отхода немецкому гарнизону на запад. В тот же день к вечеру главные силы дивизии и 4-го гвардейского танкового корпуса, прорвав оборону немцев на северо-западной окраине Кракова, ворвались в город и завязали уличные бои. У оборонявших Краков немецких войск оставалась одна дорога – на юг, в горы. 19 января части 59-й армии при содействии частей правого фланга 60-й армии комбинированным ударом с запада, севера и востока выбили защитников на юг и овладели городом. Как позднее вспоминал И.С. Конев: «В данном случае мы не ставили себе задачи перерезать последний пункт отхода гитлеровцев. Если бы это сделали, нам бы потом долго пришлось выкорчевывать их оттуда, и мы, несомненно, разрушили бы город. Как ни соблазнительно было создать кольцо окружения, мы, хотя и располагали такой возможностью, не пошли на это. Поставив противника перед реальной угрозой охвата, наши войска вышибали его из города прямым ударом пехоты и танков» (