Алексей Имп – Операция «Сны цивилизации» (страница 37)
Глава 26
Осмотрев в командирский перископ приближающиеся танки противника, Валит скомандовал:
— Киря, жми по газам, они пока нас не обнаружили из-за завала от взрыва!
— Не могу командир, у нас типа траблы, перебита гусеница и все такое. Нужно метнуться на улицу. Срочный ремонт!
— Все-таки достали нас гадоны (гады)! Пора сеапывать (убегать), пацаны! — завопил, как ужаленный Аркадий, одновременно вскочив по направлению к выходу.
— Всем сидеть на местах! — громко прокричал лейтенант.
— Да нас счас как курей передушат! Один раз йопнут (пальнут), и всем тунец (конец)! — задрыгал ногами в воздухе неугомонный матерщинник.
— Я повторяю в последний раз. Всем сидеть на местах и не колыхаться! Чтобы не было от вас ни шороху, ни звуку. Сейчас наброшу специальную имитационную маскировочную сеть поверх корпуса. И немчура, подумав, что танк уничтожен, проедет мимо.
Высунувшись по пояс из командирской башни, Валит примагнитил к корпусу танка небольших размеров продолговатую с неровными краями зеленую коробочку. Нажал на ней комбинацию выступов и закрыл люк.
— Теперь не шевелитесь, пока я не разрешу. Система сама просканирует очертания нашей жестянки и изобразит маскировочную голограмму.
Едва заметный зеленоватый лазерный луч прощупал всех и каждого, затем контуры предметов расплылись и приняли другие очертания. Люди оказались внутри разорванного и искореженного от взрыва танка. В нем кое-где горело пламя, шел чадящий дым. Но самое удивительное состояло в том, что пока еще живые члены экипажа, стали похожи на главных героев фильма «Ночь живых мертвецов». То есть, на тех «живых героев», чьей, собственно, ночь и была.
Послышался надсадный гул тяжелой техники, указывающий на то, что кто-то сюда очень торопится на монстрах танкостроения. Затем гул перешел в рев моторов, и, наконец, успокоился на прерывистых тарахтениях холостых оборотов.
Через мнимые отверстия пробоин в бортах, созданных маскировкой, Карина заметила спускающихся с трех тяжелых танков
— Герман, Сиид и Димька, шнеле к тот кюсъёк жельеза! Смотрейть мине всё и докладать! Шнеле, шнеле!
Солдаты спустились с края земляного бруствера. Ловко перелезли через стволы упавших пальм. И, с подозрительностью выставив вперед короткие автоматы, подошли к затаившимся бойцам Интернационального батальона. На улыбающихся лицах танкистов в немецкой форме «Золотого легиона», читалась неописуемая радость и ликование:
— Герр майор! Тют всё гуд! Краснопьюзые уже не мочь дольше ехать на свой амьериканьский калимага! Они есть играть в жмюриков и ни комю ничьегё некаварить! О, я, я — гуд! Я сказать нашей артиллеристам — отличный бабах! Пуйсть катиться сьюда, угрёза миновать. Я воль, герр майор!
Двое повернули обратно. Но один самый бесстыжий решил задержаться и помочь экипажу потушить горящую машину пионерским способом. Он остановился аккурат напротив Коры и стал водить по сторонам собственным пожарным стволом, наслаждаясь своей полезностью в качестве огнеборца. Девушка никак не могла отвести взгляд от выкрутасов немца, боясь пошевелиться, но с отвращением чертыхаясь про себя. Думая, что теперь, когда она это узнала, то никогда в жизни уже не забудет, какой у парня был «конец»!
Постепенно на лице умиротворенного эксгибициониста появилось недоумение. И не мудрено! Если проследить за его стараниями, то можно увидеть, что струя пробивает пламя насквозь, без шипения и пара. А огонь горит с прежней силой, даже самый маленький. Чувство обиды медленно посетило холеную физиономию. Для продолжения необычного физико-химического опыта закончились все накопленные за день запасы ценнейшей пламягасительной жидкости. А эксперимент-то не завершен, как бы сказал классик. Он уже хотел нарушить собственные правила и затушить пламя ногой. Но в этот момент его позвали обратно, и «сольдату» пришлось повиноваться.
Фриц находился в одном ударе ноги от раскрытия маскировки. Хотя этот размашистый удар по броне с таким предполагаемым усилием оказался бы фатальным для целостности его костей. А со сломанной ногой он не смог бы убежать от расправы уже закипающих от гнева членов экипажа. Даже добрая и милая во всех отношениях Карина была готова придушить Гансика своими собственными руками! И этими же руками оторвать ему «огнетушитель».
Тяжелые танки уже уехали на большое расстояние в сторону обороняющейся деревни, когда лейтенант отключил маскировку и разрешил двигаться. Тут же взорвался Аркадий и выложил все, что он думает по поводу поступка «немецкого пионера». Его пламенную десятиминутную многоямбовую речь приводить тут не будем, так как она вся состояла из слов производных от ругательств из трех и пяти букв. И Карина не стала его останавливать, и делать замечание в употреблении грубости, а наоборот одобрительно поддакивала, так как целиком и полностью разделяла мнение всего экипажа.
Затем, выплеснув эмоции, всех заинтересовала необычная коробочка, напоминавшая живой организм. Подобное чудо техники никто из присутствующих ни разу не видел. Бойцы засыпали Валита вопросами и просьбами подержать ее в руках. Командир вяло отмахнулся, поясняя, что взял ее у Приора. Якобы такую технологию разработали американские хакеры. И он знать не знает, как она устроена и откуда появилась у комбата.
— Вот потом, если вернемся, то сами его и спросите! — ответил он. — А теперь все вон из машины! Киря, приступить к ремонту гусеницы. Остальным рассыпаться и наблюдать за перемещениями противника.
Кора лежала в кустах, следя за просекой, проделанной тяжелыми танками. Когда почувствовала, что чья-то рука смело легла ей на ногу чуть выше колена и забралась под юбку. От неожиданности она вскрикнула и вскочила.
— Тю! Да, что ты так дергаешься? Это ж я, Аркаша! Твой корефан! Да, успокойся ты, блеат, не дергайся. Я тебе говорю.
— Убери от меня руки, придурок!
— А-я-я-яй, какая цаца! Ну, чего ты переживаешь? Давай с тобой по-быстрому перепихнемся, пока никто не мешает? Мы же тут в игре, здесь все можно! Да, я знаю, что ты замужем, ну и что? Подумаешь! Твой благоверный, даже не узнает. Мы же типа виртуалом занимаемся. Давай, а?
— Пошел прочь от меня! Я тебе сказала «нет»!
— Ну, сама виновата. Я ж хотел по хорошему, так сказать с лаской, по взаимной любви и согласию. А теперь тогда сделаю, как обычно.
Ефрейтор ловким движением завернул руку девушки в залом за спину. И, когда она открыла рот, чтобы закричать, засунул туда ей свою свернутую пилотку. Затем вывернул вторую руку и стянул обе ремешком за спиной. Сказывался огромный опыт захвата немецких языков.
— Вот и все, а ты боялась! Счас даже юбочка у тебя не помнется, обещаю, я ее аккуратно сниму и повешу на веточку. Ловко я тебя спеленал? А? Ага-ага! Мы так немчиков в плен берем, они даже пикнуть не успевают. Да, ты мычи сколько угодно, все равно никто не услышит. Сейчас будешь, наоборот, стонать от удовольствия. Я тебе это гарантирую.
Раздался странный приглушенный стук, и насильник лег на девушку сзади. Что-то твердое мерзкое пронзило пространство у нее между ног. Но, как сообщают в тире результаты стрельб, ефрейтор Аркадий цель не поразил. Карина так сильно напугалась этого напора, что сердце заколотилось в бешеном ритме. Она стала со страхом ожидать, что сейчас он подкорректирует направление своего органа и прощай навеки ее девичья честь. Однако напористый ефрейтор не стал развивать почти завершившуюся успехом атаку, быстро извлек свой инструмент и встал с нее. Удивленная таким скорым отступлением победившего врага, девушка повернула голову и заметила стоявшего над ней фигуру лейтенанта Валита, державшего за шкирку висевшего без сознания Аркадия, из ширинки которого гадко торчал член. Добавив для порядка еще удар в ухо мощным кулаком, не пришедшему в себя насильнику, командир отбросил его в сторону и присел рядом с девушкой:
— Не бойся, милая! Я тебя никому в обиду не дам, — ласково погладил он Кору по голове и извлек из-за рта кляп.
— Спасибо, лейтенант! — сквозь рыдания поблагодарила она. — Развяжите меня, пожалуйста!
— Конечно, развяжу! Если захочешь… — Пообещал он, но судя по плавному движению ладони поверх оголенного зада несчастной, особо не спешил с этим. И, видимо, раздумывал о других, более интересных перспективах. — Мое имя — Валит, на татарском это означает — гость. Ты мне сразу очень понравилась, как только я тебя увидел. Давай вместе забудем про эти игры и уйдем отсюда в реал? Я бы с удовольствием погостил бы у тебя, и… в тебе. Вот увидишь, в жизни я стану достойным мужем, лучше, чем был тот неудачник Марик. У меня большие возможности, я обеспечу тебя всем необходимым, что только пожелаешь. Уедем в деревню к твоему деду, скрасим его старость! Соглашайся, солнышко, — ласково предложил лейтенант, не забывая при этом дерзко поглаживать нежную кожу связанной.