Алексей Ильин – Граф Рысев 8 (страница 41)

— Эй, здесь есть кто-нибудь? — спросил я довольно громко. В Москве я хоть мельком, но видел жреца. Здесь же…

— Всё-таки мои подопечные самые непочтительные, — голос, казалось, шёл сразу со всех сторон.

Раздался смех, больше похожий на фырканье рыси, а на одной из стен полыхнуло яркое обжигающее пламя. Прямо из центра этого пламени выпрыгнула крупная рысь, но на пол ступила уже рыжеволосая красотка в таком откровенном платье, что Игнат сглотнул.

— Я всё понимаю, весна, но не могла бы ты не шокировать нас своим видом? — спросил я, разглядывая её не как женщину, а как произведение искусства.

— Женя, то, что ты грубиян, мне давно известно, не нужно каждый раз напоминать, — она подошла к Игнату почти вплотную, а потом принялась обходить его по кругу.

— Неправда. Я очень утончённый тип, одно слово «художник»…

— Тихо, помолчи, — она прижала палец к губам, а потом положила руку на щёку Игната. — Так, посмотрим, что тут у нас… — и вокруг них поднялась стена пламени, отгораживая от меня.

— Ну ладно, подождём, — я сунул руки в карманы и сделал шаг назад. — Надеюсь, что ждать придётся недолго.

Глава 24

Огненный кокон распался, и я подбежал к Игнату, практически рухнувшему мне на руки. Рыжеволосой богини в храме уже не было. Здесь вообще больше не отмечалось присутствия кого-то настолько мощного. Просто комната, просто фрески, а на этих фресках изображено абстрактное нечто, плохо ассоциируемое с богами. И я, убей, не понимаю, как это работает. Как боги узнают, что к ним кто-то притащился? Мы же никаких молитв не читали, да я даже не обращался к нашей кошке вслух.

Игнат еле слышно застонал и начал оседать на пол.

— Что она с тобой делала? — я прошипел, закидывая его руку себе на плечо и поддерживая за талию. — Надеюсь, на неё весна не повлияла? Всё-таки эта красотка — кошка, хоть и богиня.

— О чём вы говорите, Евгений Фёдорович? — Судя по всему, язык у Игната еле шевелится. — Нет, конечно, ничего такого, на что вы намекаете, не было. Она же богиня, — в его голосе, несмотря на дикую слабость, появилось благоговение.

— Ну да, богиня, и как я забыл про такой нюанс, — выйдя из зала, мы очутились в небольшом холле. Точнее даже не в холле, а в тамбуре, между уличной дверью и той, что вела непосредственно в большой зал.

Привалив Игната к стене, я поднял его левую руку. Хорошо, что здесь было довольно светло, иначе пришлось бы выходить на улицу и уже там разбираться с насущными проблемами. Потому что была у меня мысль, что применять здесь магию сильно не рекомендуется. А если мы выйдем, то войти снова нам не дадут, и все наши задумки пойдут коту под хвост.

На пальце у Игната сверкнул перстень. Я даже глаза закрыл от облегчения, а потом решительно поднял его руку повыше, чтобы рассмотреть рисунок на печатке. Это была Рысь. Но не оскаленная, как на наших с дедом печатках, а выгнувшая спину, со стоящей дыбом шерстью.

— Отлично, — пробормотал я, отпуская руку Игната. — Фамилия у тебя сейчас какая?

— Рысев, — он помотал головой, и взгляд стал более осмысленный. — Как вы и говорили. Младшая ветвь основного рода. — Он замолчал. — Как же голова болит, — наконец, пробормотал он.

— Что она с тобой делала такого непотребного, что ты на ногах не стоишь? — я повторил свой вопрос, внимательно осматривая его. Потом догадался проверить уровень. Так, уровень не изменился, как был третьим, так и остался, а вот потенциальный увеличился до шестёрки. Нормально, что могу сказать, видать, понравился нашей Рыси Игнат.

— Не знаю, — Игнат выпрямился, ему на глазах становилось лучше. — Она сказала, что немного расширила каналы, чтобы потенциальный уровень увеличить до приемлемого для главы хоть маленького, но рода. А ещё сказала, что добавила некое уникальное умение, и что оно будет считаться родовым.

— И каким же умением она тебя наградила? — я внимательно его осматривал, прикидывая, дойдёт бывший егерь до машины сам, или всё-таки не рисковать и тащить его на себе.

— Говорю же, не знаю. Рысь сказала, что это будет сюрпризом.

— Вот же стерва, — я только покачал головой. — Идти сможешь? — Игнат кивнул и даже попытался оторваться от стены, но тут же снова к ней прислонился и отрицательно помотал головой.

— Нет, похоже, что не смогу, — ответил он. — Без поддержки только, если ползком. — И он невесело усмехнулся.

— Ага, простенько и со вкусом, — Я снова обхватил его за талию. Руку мне на плечо Игнат сумел закинуть уже самостоятельно. — Простые у них нравы, и юмор непритязательный, — толкнув дверь, вывел Игната на улицу. Кстати, ты уже подумал, чем будешь заниматься, помимо охоты, естественно. Допуск к изнанке я тебе не закрываю, и на охоте в принципе можно неплохо подняться, но желательно всё-таки иметь какой-то стабильный, постоянный доход.

— Что? — Игнат встрепенулся и даже не так сильно наваливался на меня.

— Игнат, мы, конечно, тебе поможем, особенно на первых этапах. Уж складами можешь пользоваться без ограничения, но, ты же не думаешь, что мы будем кормить твой род вечно? — Михалыч выскочил из машины и открыл перед нами дверь. Я загрузил Игната в салон и сел рядом с ним. — Так что ты скажешь?

— Я не думал, что это вообще возможно, — тихо сказал Игнат, вытянув руку и посмотрев на перстень. — Мне нужно будет людей набрать?

— Вообще-то, да, — я откинулся на сиденье. — Не вздумай ПроРысевых агитировать. У нас их и так мало.

— А если совсем немного? — Игнат перевёл взгляд с перстня на меня. — Из младших егерей. Мне нужны будут надёжные командиры, а у ребят появится шанс подняться. Мы всё равно вашими вассалами остаёмся… А где мы будем жить? — очень осторожно добавил он.

— Наконец-то ты задал правильный вопрос, — я задумался. — У нас есть для тебя два места на выбор. Бывшие земли барона Свинцова и те земли на Урале, откуда мы прибыли. Здесь всё знакомо и привычно, там пахать придётся. Да, городишко император нам отдаёт в качестве административного центра и то тонкое место, в «Каменном углу» нам разрешили разрабатывать. Все соответствующие документы юристы уже пустили в работу.

— Мне нужно подумать, — сказал Игнат, закрыв глаза.

— И посоветоваться со Светланой. Я надеюсь, что ты собираешься сделать ей предложение? — я заметил, что Михалыч посматривает на нас в зеркало заднего вида с заметным любопытством.

— Да, — ответил Игнат, не открывая глаз. — Это же из-за этого затевалось? Из-за того, чтобы я смог сделать ей предложение?

— Вообще-то, не только из-за этого, — я отвернулся от него и посмотрел в окно на проплывающую улицу. — Она что-нибудь сказала? — уточнять, кто именно что сказал, не нужно было. Игнат и так понял, о ком идёт речь.

— Она сказала, чтобы я коту дал имя, — Игнат приоткрыл глаза. — Вы на неё чем-то похожи, Евгений Фёдорович, — добавил он.

— Да? Вот уж никогда не думал, — я хмыкнул.

— Да. Вы тоже любите добиваться чего хотите, иногда не заботясь о последствиях.

— Вижу цель, не вижу препятствий, — озвучил я подсказанную музой фразу. — Нет, я всё же обдумываю последствия. Не всегда, но чаще всего. А вот наша богиня прёт обычно напролом. Словно и не рысь вовсе, а, носорог какой-то.

— По-моему, вы стоите друг друга, — Игнат потёр шею.

— О, благоговение постепенно начало уходить, уступая место совсем другим чувствам? — спросил я, поворачиваясь к нему.

— Нет, разумеется. Рысь, прежде всего, моя богиня и покровительница. Не могу сказать, что она мало мне дала. — И Игнат очень искренне улыбнулся.

— Вот тебе легко говорить о ней, как о покровительнице, — пробурчал я. — Ей с вас взять нечего, кроме определённого процента силы, который перепадает с каждого Рысева и ПроРысева. Так что, вполне легко поверить в её бескорыстие. Я же после того, как ту проклятую картину нарисовал, почти неделю встать с постели не мог. Так что у нас с Рысью всё на взаимовыгодных условиях. И да, я считаю, что это оптимальный и вполне жизнеспособный способ общения.

Ответа я не требовал, просто рассуждал вслух. Машина остановилась у нашего городского дома в Новосибирске, и я снова посмотрел на Игната.

— Не дёргайся и не пытайся выскакивать. Мы сейчас тебя вытащим и передадим в ласковые ручки горничных. Ты пока отсыпайся, в себя приходи да думай, как кота назвать. — И я открыл дверь машины.

— А вы что будете делать? — Игнат нахмурился.

— Я поеду на завод к Галкиным. Надо же мне наших вассалов прилично вооружить, — ответил я ему, выходя из машины. Михалыч, я, пожалуй, сам поеду. А ты приготовь нам ужин, достойный, чтобы отпраздновать рождение главы хоть маленького и вассального, но рода.

Света сидела с ногами на диване и читала бумаги, переданные юристами. Больше всего её интересовали условия перехода из клана Свинцовых в клан Рысевых.

— Он даже не попытался как-то опротестовать, или хотя бы повысить наши ставки, — пробормотала она в пустоту, разглядывая подпись главы клана Свинцовых. — Такое чувство, что ему просто на нас наплевать. Подумаешь, трёх магически активных девиц из клана выдернули. Меньше думать, что с ними делать.

Дверь открылась, и в комнату вошла Анна. Посмотрев на сестру, она села в кресло рядом с диваном.

— Что с нами будет? — спросила она, когда Света подняла на неё взгляд, оторвавшись от бумаг.

— Я не знаю, — старшая из сестёр покачала головой. — Это будет решать глава клана Рысевых. Хоть Женя и сказал, что нам предоставят определённую свободу выбора в пределах клана Рысевых, естественно, но, согласно этим бумагам, Сергей Ильич может не считаться с нашим мнением. И, самое главное, глава рода Свинцовых согласился с этим без возражений.