Алексей Ильин – Граф Рысев 4 (страница 44)
— Ну, хватит, — я легонько оттолкнул Фыру, и поднялся. — Нужно макр достать.
Я шагнул к дракону и практически одновременно рядом остановились две машины. Я только покосился на них, и шагнул к валяющемуся на боку дракону. Здесь шкура была не такой плотной и вполне разрезалась мечом. Я уже занёс меч, но тут раздался вопль.
— Нет! Ваше сиятельство! Не надо! — Я выглянул из-за туши и увидел, что ко мне бежит, размахивая руками, Игнат. — Не надо, ваше сиятельство.
Он остановился и оперся на тушу рукой, слегка согнувшись, стараясь перевести дыхание.
— Мне нужно достать макр, — напомнил я егерю, который не понятно, как здесь оказался.
— Я знаю, — Игнат говорил, прерываясь из-за сбитого дыхания. — Но нужно кровь сперва откачать и законсервировать. Кровь этой твари на вес золота идёт.
— Наверное, потому что они очень неохотно с ней расстаются, — задумчиво проговорил Перепёлкин. — Это было чудесное зрелище. Я сохраню его в памяти, как образец прекрасной охоты.
Я не стал ему говорить, что это всего лишь вынужденные обстоятельства из-за пустоголовости, пусть думает, что вот такой я молодец.
— Сейчас ребята приедут на грузовике, — сказал Игнат, выпрямляясь.
— А откуда у ребят грузовик? — спросил я, задумчиво глядя на него.
— Так Сава приехал насчёт маши ин уточнить детали. А тут мы собираемся за вами идти. Вот он и загорелся. Говорит, что на всякий случай подежурит у поста. Вдруг его грузовик пригодится. Как в воду глядел. Нас сюда не пустили. Мы рвались, чтобы помочь, но дежурный сказал, что не откроет периметр, пока тварь так близко от форта. А когда тварь завалилась и Фырочка к вам, ваше сиятельство, побежала, ребята прыгнули на грузовик Павлова и полетели за инструментами и всем необходимым.
— Вы уже разделывали такого? — я кивнул на дракона.
— Лично я — нет. Но Петрович в обязательном порядке учит всех егерей как правильно это делать. Последний раз Рысевы такой трофей получали давно. Ещё ваш дедушка, его сиятельство Сергей Ильич молод был, почти, как вы сейчас, когда прорыв четвёртого уровня случился. Вот он и нанёс смертельный удар твари. Почти как вы сегодня. Но тогда туша была больше повреждена. И то, шкура на аукционе за столько ушла, что мы построили на эти деньги охотничий домик и поместье в Ямске приобрели. Это кроме машин и всего прочего. И это только шкура! — он поднял палец вверх.
— Отлично, — я кивнул. — Вот только, Павлову пока только шкуру отдайте. А вот в остальном пускай сначала Лебедев покопается и выберет, что ему надо для опытов и не производства. А остальное потом пускай наш ушлый Сава покупает.
— Я понял, как смогу вас отблагодарить, — я резко повернулся к Перепёлкину. Если честно, то уже забыл о его существовании. — У меня недалеко от поста имеется склад со всем необходимым оборудованием и камерами для консервации. На территории даже небольшой цех переработки есть. Этот склад стоит как бы не побольше нашего дома, на который уже вроде бы нашёлся покупатель. Я отпишу его вам за символический рубль и зуб этой твари, — он показал на тушу. — Я действительно благодарен вам за долготерпение к глупой женщине и за то, что спасли мне жизнь.
— А зуб вам зачем? — я усмехнулся. Зубов у твари было очень много, нам всем хватит. А Павлову так и на инфаркт от счастья перепадёт.
— Как это зачем? — Перепёлкин даже удивился. — Чтобы всем рассказывать, что я принимал участие в охоте на этого монстра.
— Кха-кха, — ко мне прижалась Маша, которая всё пыталась потихоньку меня ощупать на предмет повреждений. — И в качестве кого вы принимали участие в Нашей охоте? — спросила она.
— В качестве добровольной наживки, конечно, — полковник самодовольно улыбнулся. — Вы должны признать, что, если бы не моя лихая езда, то вы с большим трудом смогли бы нанести твари такое важное ранение.
— А-а-а, вон оно что, — протянула Маша и спрятала лицо у меня на груди. По её вздрагивающим плечам я понял, что она смеётся.
— Да, граф, а почему ваша рысь — синяя? — озадаченно спросил Перепёлкин. Я же только закатил глаза и проигнорировав этот вопрос, принялся раздавать указания командиру моих егерей.
— Игнат, вырви зуб твари. Тот, на какой укажет полковник. А потом поезжай с ним. Потому что склад нам, видит Рысь, понадобится уже в течение нескольких часов. Надеюсь, у тебя есть рубль, чтобы заключить сделку? — к нам подъехал грузовик, из которого начали выскакивать егеря, и Павлов.
Мои ребята деловито доставали оборудование, и сразу же принялись за извлечение столь ценной крови. А Сава бегал вокруг туши, хватаясь за сердце и приговаривая.
— Почти целая шкура. Она практически целая! О, все боги скопом, моё сердце. Оно же может не выдержать таких потрясений, и все мои жёны останутся вдовами. Ваше сиятельство, как вы можете доставлять такую радость этим мерзавкам?
Игнат уехал с Перепёлкиным, а я терпеливо ждал момента, когда можно будет извлечь макр. Наконец, один из егерей кивнул, позволяя подойти к туше.
— Вот здесь сделайте небольшой разрез, ваше сиятельство, чтобы шкуре не повредить. Хотя, нет, давайте я сам его сделаю. — У меня появилось смутное ощущение, что эти меркантильные типы больше переживали за сохранность шкуры дракона, чем за своего господина.
Разрез был очень маленький и деликатный. Но зато достигал обескровленного сердца. Я с большим трудом вытащил через эти микроскопические разрезики огромный макр. Он был темный, почти чёрный с множеством золотистых вкраплений. Как только я извлёк кристалл из туши, меня накрыло такой мощной волной энергии, что даже воздух вокруг задрожал.
Пошатнувшись, я не сумел удержаться на ногах и сел, прижимая к груди кристалл. Перед глазами плыли разноцветные круги. Но это ощущение вовсе не было похоже на опьянение, которое испытывают маги в таких случаях. Сосредоточившись, я обратил внутреннее зрение на себя. Всегда было интересно, что же происходит с каналами в таком случае.
Каналы и сам источник предстали передо мной во всей красе. Черная с золотыми искрами энергия заполняла их, расширяя. Кое-где начали образовываться новые, а сам источник принялся увеличиваться в размере. От неожиданности я отключил внутреннее зрение, чувствуя, что мне нехорошо.
Хотелось отпустить макр, а то и отбросить его в сторону. Но складывалось впечатление, что он прирос к рукам, не давая избавиться от себя.
«Убить дракона! — заорала в голове одна из муз. — Ты убил дракона! Но убить дракона без последствий для себя невозможно. Молись, чтобы эти изменения пошли тебе на пользу, кретин!»
Наконец, этот безумный поток энергии пошел на убыль. Руки разжались и макр выпал из них, освобождая меня от этого безумия. Меня вырвало. Хорошо ещё, я сидел на земле, и нужно было только наклониться в сторону, чтобы не изгваздаться.
Постепенно возвращались чувства. Сначала зрение, потом слух, потом всё остальное. Машка бегала вокруг меня, заламывая руки. Егеря посматривали сочувственно, но не прерывая своей работы, я так и знал, что дракон им дороже, чем я.
Фыра сидела рядом в обычном виде и гипнотизировала взглядом макр, часто облизываясь. Примерно с таким же видом смотрел на макр Сава, только он не облизывался, а потирал руки.
— Так, оба, забудьте, — слабым голосом обратился я к этим проглотам. И рысь, и торговец сразу же отвернулись, как бы говоря, что не больно-то и хотелось.
— Что с тобой, — Маша села на корточки, обхватила ладонями мои руки и заглянуло в лицо. — Что с тобой произошло? Это не похоже на обычное воздействие макра.
— Мне кажется, что я знаю, что произошло, — закрыв глаза, я прошептал заклинание и вытянул вперёд руку. Рука подрагивала. Но не это меня интересовало.
Я уставился на возникшую над перстнем семёрку. Неужели ошибся, и все эти изменения в каналах вовсе не означают… Я не успел додумать такую важную мысль, как семёрка поплыла, а на её месте начала формироваться восьмёрка.
— Вот это да, — протянула Маша. — Но ты всё ещё пятого уровня.
— Видимо, процесс получения энергии в этот раз был направлен на другое. — Ответил я уже вполне твёрдым голосом. Перевернул руку и уставился на пламя, заплясавшее на ладони. Оно приобрело жутковатый черный оттенок. — А вот это уже интересно, — пробормотал я. — Надеюсь, Архаров меня не больно убьёт. Ладно пошли домой. Мне что-то надоела эта охота.