Алексей Ильин – Граф Рысев 4 (страница 25)

— Медведев рвал и метал. Двух магов универсалов из магистрата взяли. Кого-то ещё. Всех в Москву повезли. Медведев сказал, что может их только удавить втихушку. Но дело громкое, уже до императора дошло. Так что, пришлось везти в столицу. — Толя стоял переодетый, и ждал, когда я выйду из задумчивости.

— Откуда только слухи поползли? Дело-то стопроцентно внутреннее. — Я принялся быстро натягивать тренировочную одежду.

— Граф Мамбов откуда-то узнал, что его сыном чуть не подзакусили твари на обычном, казалось бы, обучающем испытании. Это он вой поднял. А вот откуда он узнал, да ещё так быстро — загадка для всех, включая его сына. Слишком уж эмоционально Олег отреагировал на эту новость. Домой побежал письмо родителю строчить, да так, что за ним шпики Медведева не могли угнаться. Вас сейчас всех ненавязчиво опекать будут. Чтобы избежать недоразумений. Прямой приказ Кречета. Это же ЧП, да ещё где, в Службе Безопасности. — Толя только вздохнул.

— Видимо, у Мамбовых это семейное, узнавать о вещах, которые их ушам не предназначены. — Ответил я на невысказанный вопрос, и первым вышел из раздевалки. Похоже, что наше приключение ещё долго всем аукаться будет.

Кроме Дроздова-старшего в зале присутствовал Пумов. На мой немой вопрос он ответил, скривившись при этом так, словно половину лимона без закуски съел.

— Мне удалось вырваться из лап Пескарёва. Всё, с меня хватит. Максимум, что я ещё сделаю, это появлюсь на свадьбе. А теперь, после всего того, что мне пришлось пережить, я хочу как следует размяться. Готов на деле показать, что так хорош, как о тебе говорят? — спросил он у меня.

— Почему бы и нет, — я криво улыбнулся. Пумов всегда был быстрее меня, я с трудом за ним успевал, когда тот не работал в полную силу. Вот сейчас и посмотрим, насколько я могу ускорится.

Стремительный удар без предупреждения, который я ловлю на блок из скрещенных рук. И тут же контратакую. Бью по корпусу, на мгновение открывшемуся, уже сам взвинчивая темп. И к моему удивлению и, что уж скрывать, восторгу не пробиваю, потому что Пумов успевает закрыться. Не давая ему опомниться, бью снова и тут же вынужден уйти в глухую оборону. Удар-блок, удар-блок… Скорость всё возрастала. Мы двигались по залу стремительно, работая чуть ли не во всех плоскостях одновременно.

В какой-то момент я понял, что так танцевать мы может бесконечно и очередной удар Пумова принял на мгновенно развернувшийся щит. Не зря же я столько времени сегодня тренировался его ставить за считанные секунды. Мои руки были в этот момент свободны, и я сумел пробить его защиту, нанеся удар в шею, лишь в последний момент смягчив его. Тем не менее, Пумов, не ожидавший подобного хода, упал. И тут же снова вскочил на ноги, но его атаку остановил рык Дроздова.

— Брэк! Разошлись!

Я очень изумился, когда полковник послушался тренера и отошёл в сторону, садясь на скамью. Я же остался стоять перед наливающимся кровью Дроздовым.

— Что-то не так? — осторожно спросил я.

— Всё не так! — рявкнул Владимир. — Ты хоть понимаешь, бестолочь, что у кошачьих такая скорость и реакция происходит из-за того, что строение их мышц, а прежде всего нервов, очень сильно отличаются от человеческих? Этот дар Рыси после тех сверхнагрузок начал проявляться, о которых весь гарнизон гудит?

— Да, я сегодня заметил, когда стакан в полете поймал, до того, как вода пролилась, — сконфуженно ответил я. Глянул на Пумова. Почему-то мне показалось, что полковник покрутил пальцем у виска, негромко присвистнув при этом.

— Ты, идиот! Почему ты сразу не сказал? Ты хоть понимаешь, что сейчас твой организм начал перестройку? Сейчас любая травма может стать фатальной! Лёва, сколько перестройка обычно занимает?

— У нормальных людей, где-то неделю. У этого имбецила, не знаю. Наверное, столько же. Нам нужно полностью план тренировок менять, — тихо сказал он, вставая со скамьи и подходя поближе.

— Не напоминай, мне и так что-то нехорошо, — и Дроздов очень демонстративно прижал руку к груди. — Хорошо хоть шестой уровень не получил.

— Ну, до шестого ему пахать и пахать. — Протянул Пумов.

— Всё, уйди с глаз моих. Чтобы я тебя неделю не видел, — Дроздов прикрыл рукой глаза. — Мы, пожалуй, Тольку погоняем.

— А меня-то за что? — Толя попытался улизнуть, но отец улыбнулся и кивком указал ему на стойку с оружием.

— А тебя Толя мы будем гонять, потому что можем, — ответил Дроздов-старший, полностью переключив внимание с меня на сына.

Я же, получив ответы на все свои вопросы и недельный перерыв в тренировках, пошел переодеваться. Ничего, отдыхать тоже иногда полезно. К тому же, я могу пока это время занять углубленному изучению магии, что тоже немаловажно.

Глава 15

Архаров задумчиво смотрел на висящий в воздухе огненный круг. Вроде бы обычный огненный круг, ничего особенного. И ученик выполнил именно то, что он задал ему сделать. И всё бы ничего, если только не брать во внимание тот факт, что пламя было ярко-зелёного цвета. Да ещё и периодически швырялось черными, как смоль искрами.

— Ну, и что это? — наконец, спросил преподаватель огненной магии, не отводя при этом взгляда от выполненного весьма скрупулёзно задания. Пламя снова выпустило сноп искр, и Архаров проводил его заинтересованным взглядом.

— Понятия не имею, — совершенно искренне ответил я, так же задумчиво, как и он, разглядывая круг. Я понятия не имел, что может получится подобная хрень. И тем более не знаю, какие характеристики получило это случайно созданное пламя.

— Хорошо, давай начнём с начала. Когда я попросил тебя поимпровизировать с потоками силы, ты что сделал? — Архаров повернулся ко мне, сверля прокурорским взглядом. При этом он сложил руки на груди, наверное, чтобы не сорваться и не сделать какую-нибудь глупость вслед за мной.

— Я попробовал соединить поток, отвечающий за появление меча и огненную нить, — ответил я, разглядывая получившуюся… А что у меня всё-таки получилось-то? — И после соединения придал конструкции форму круга, как и говорилось в задании. Я не виноват, что получилось… вот это.

— Зачем? Зачем ты сделал именно так? — Архаров потёр переносицу, словно у него начиналась мигрень, и он стремился разогнать начинающуюся боль. — Это два совершенно разных ответвления дара. К тому же твой меч впитал в себя энергию макров. А она, как ни крути, чуждая тебе. И смешивать дар, исходящий из собственного источника с тем, что досталось тебе случайно, попахивает извращением. Так зачем ты смешал два таких разных потока?

— Ты сам сказал, чтобы я импровизировал, — я возмущённо посмотрел на него. — Вот, получите-распишитесь. По-моему получилось вполне… хм… креативно. А цвет мне нравится. Этакий малахитовый с вкраплением брызг изумруда. Надо его запомнить. Так что не так?

— Мне даже в голову не могло прийти, что ты додумаешься притянуть два совершенно разных ответвления. — Архаров постучал себя указательным пальцем по лбу.

— Да? А ведь должен был подумать. Я по-твоему кто? Курсант военного училища, который с Уставом под подушкой засыпает? Я художник, и мне могло и не такое в голову прийти!

— Порой ты проявляешь благоразумие, и я даже забываю, где именно работаю, — Архаров потёр лоб. — Но, не переживай, твои выходки очень быстро возвращают мне память.

— А я и не переживаю, — пожав плечами, поднял руку, чтобы убрать получившийся круг.

— Стой. Не трогай. — Архаров перехватил мою руку. — Не надо убирать это чудо, порождённое извращенной частью твоего мозга. Мне нужно всесторонне изучить его свойства. Возможно удастся выделить составляющие, которые сможет воспроизвести любой огневик. Конечно, при наличии каких-то интересных свойств.

— И ты меня после этого называешь психом? — я посмотрел на него с жалостью и покрутил пальцем у виска.

— Я не помню, что называл тебя психом, — усмехнулся Архаров. — Ты сам только что себя так назвал.

— А-а-а… Ну, ладно, — я опустил руку. — Так, я могу идти? Почему-то у меня сложилось впечатление, что больше ничего мы изучать сегодня не будем.

— Да, иди, — Архаров уже потерял ко мне интерес. Обхватив подбородок, он принялся ходить вокруг зелёного кольца. И по искрам, периодически слетающим с его пальцев, я понял, что он запустил диагностическое заклинание.

Схватив сумку, я вышел из кабинета и направился к выходу.

— Ваше сиятельство, не могли бы вы проследовать за мной в кабинет ректора? — я удивлённо обернулся и увидел подходившего ко мне незнакомого господина. Обращение согласно титулов в Академии было не принято, поэтому я начал теряться в догадках о том, кем мог этот господин быть.

— Кто вы? И по какому вопросу приглашаете меня в кабинет Николая Васильевича? — спросил я, останавливаясь, но не спеша отправляться за этим непонятным типом.

— Меня попросил сопроводить вас в кабинет ректора Дмитрий Фёдорович Медведев. Прибыла специальная комиссия из Москвы для расследования обстоятельств гибели двух студентов, входящих в специальную группу. Следователи проводят допрос свидетелей.

— А что в этом деле что-то непонятно? — удивление плавно сменилось раздражением.

Я вообще в последнее время начал замечать, что у меня появилась склонность к перепадам настроения и желание глупо пошутить. Как, например, с тем проклятым зелёным огненным кольцом. Я связывал эти перепады с общей перестройкой организма, которая, похоже, затронула все органы и системы. Оставалось надеяться, что они прекратятся, как только перестройка завершится.