Алексей Ильин – Частный детектив второго ранга. Книга 1 (страница 4)

Оглядевшись, я отметил, что попал в гостиную, из которой ведёт несколько дверей. Проверять, куда ведут эти двери, я не стал, а сразу же подошёл к камину, точнее, к каминной полке. Документ должен был лежать где-то здесь. Почему столь важная вещь валяется на каминной полке, вместо того, чтобы лежать в сейфе, как ей и полагается, Наталья мне не сказала, непрозрачно намекнув, что это не моё собачье дело.

На полке действительно лежал небольшой свиток. Я хмыкнул, развернул его, чтобы удостовериться, что это именно тот самый документ. Так, дарственная на какое-то поместье под названием «Кошачья лапа». Название для поместья странное, конечно, но всякое бывает, чего уж там. Имя дарителя — Марк Минаев. А вот там, где должно быть имя нового владельца, было пусто.

Ладно, это не моё дело. Пускай госпожа Минаева сама разбирается, что к чему. Моё дело — привезти ей этот документ. Тем более что вроде бы всё совпадает. И поместья такого я точно не знаю, да и земли в двухстах тридцати километрах от какого-то Дубровска. Где вообще этот Дубровск находится? Неважно на самом деле, где-то находится, а я не знаю все города нашей необъятной, особенно мелкие и которые не на слуху.

Внезапно из-за одной из дверей раздался громкий шорох. Резко развернувшись на звук, я чуть слышно зашипел, потому что умудрился задеть ладонью кинжал, лежащий тут же на каминной полке рядом с ножнами. Лезвие оказалось очень острым, и я умудрился порезаться.

— Твою мать, — процедил я, выхватывая из кармана платок и перетягивая царапину. — Да твою ж мать! — не удержавшись, выругался я вслух, когда увидел, что немного замарал кровью документ. — Ладно, пятна — это не критично. Тем более на обратной стороне.

И тут звук повторился, и я решительно шагнул в ту сторону, бросив свиток обратно на каминную полку. Пинком открыв дверь, я сразу же прижался к стене. Из комнаты никто не выпрыгнул и не начал палить, и тогда я рискнул войти.

Это была спальня. Большая, просторная спальня. Она была если не больше моей квартиры, то где-то очень близко. Снова зажёгся свет, и я практически сразу увидел, что боковая дверь слегка приоткрыта. Судя по всему, за ней располагалась ванная, и именно оттуда шёл подозрительный звук.

— Эй, здесь есть кто-то? — крикнул я, направляя пистолет в ту сторону. — Я частный детектив второго уровня допуска Громов Андрей Михайлович! Я вооружён и выполняю условия договора с Минаевой Натальей Павловной.

Произнеся обязательные фразы, я шагнул в сторону ванной. Не успел дойти до середины комнаты, как дверь распахнулась на всю ширь, и на меня прыгнуло что-то большое и громко вопящее.

От неожиданности я чуть не выстрелил. Но вовремя разглядел, что напал на меня здоровенный кот, и поэтому, бросив пистолет, я попытался перехватить животное прямо в воздухе. Особым мягкосердечием я не отличаюсь, но всё-таки считаю, что убивать кого бы то ни было совсем уж без причины — это психической девиацией попахивает.

Мне удалось схватить кота, но тварь отчаянно вырывалась, да и тяжёлый он оказался, зараза такая. А я всё-таки был ранен… Неудивительно, что в итоге мы оказались вместе на полу.

— Мя-у-у-у! — завывал кот на одной ноте и пытался достать меня огромными когтями.

— Да успокойся ты, — я с трудом удерживал его, не давая расцарапать мне лицо.

Боролись мы, судя по ощущениям, около пяти минут. А потом движения кота стали медленнее, и он в итоге обмяк, повиснув у меня в руках.

— Так, и что с тобой? Ты успокоился или притворяешься мёртвым, чтобы я потерял бдительность, после чего ты с меня скальп своими саблями снимешь? — я встряхнул кота и тут же почувствовал на руках что-то липкое.

Поднявшись, я положил кота на ковёр и практически сразу увидел, что он был ранен. Чёрная шёрстка была в крови, с которой смешалась моя кровь из потревоженной раны на руке. Похоже, он истратил все силы, чтобы меня атаковать, а теперь всё, пора запускать вторую жизнь, или сколько у него осталось? И что мне с ним делать?

— Ты как сюда вообще попал? — тихо спросил я, подхватывая тяжёлое тельце и неся его в ванную, из которой он выпрыгнул. — Тебя здесь забыли или ты как-то пролезть в дом умудрился?

Внутренний голос умолял меня бросить эту тварь, хватать свиток и бежать прочь из этого чёртового замка. Но практически то же чувство, что привело меня сюда, заставляло сунуть кота в большую раковину и попытаться помочь животному. Да что со мной происходит⁈

— Точечное воздействие, идиот, — раздался у меня в голове чей-то слабый голос.

— Что? — я резко обернулся. — Кто это говорит?

— Ты что, меня слышишь? — в голосе прозвучало удивление, а кот в раковине пошевелился и приподнял лобастую голову.

— Ох, ты ж, ни хрена себе у меня глюки, — я уставился на него и попятился к двери. — Вот это у меня глюки!

Выскочив в комнату и схватив с пола пистолет, я приблизился к ванной и осторожно заглянул в неё, направив оружие на кота.

— Что, вашу мать, здесь происходит⁈

Глава 3

Я смотрел на кота, кот смотрел на меня. Никаких голосов в голове я больше не слышал и быстро приходил к выводу, что мне и правда почудилось. Всё-таки по башке меня задели, да ещё как, шишка на затылке не даст соврать. Кот пошевелился, переступил с лапы на лапу, и я вскинул пистолет, который уже начал было опускать.

— Мяу, — кот мяукнул и завалился набок, закатив глаза.

— Так, Андрюша, животное не виновато в твоих глюках, — пробормотал я, пытаясь успокоить себя. — Или ты думаешь, что с тобой только что мысленно пытался говорить кот? Я понимаю, что вместо тропических островов ты прямиком из этого замка к знакомому психиатру направишься, но сейчас возьми уже себя в руки. Или пристрели его уже, чтобы не подпрыгивать, или помоги, — я обдумывал эту мысль почти минуту и решил всё-таки помочь кошаку. Убрал пистолет в кобуру и подошёл к раковине. — Так, и что здесь у нас?

Я принялся осматривать кота, попутно спрашивая себя, на кой-чёрт я это делаю? Что заставляет меня помогать какому-то коту, когда я сам чувствую себя отвратительно? Ответ напрашивался весьма нехороший, прозвучавший не так давно в голове: «Точечное воздействие». Ещё бы знать, что это за воздействие и как оно на меня повлияет.

А вообще, непонятно, что значит «воздействие»? Гипноз, что ли? И самое главное, кто на меня воздействовал? Минаева? Хорошо, я могу допустить, что она каким-то образом заставила меня рвануть сюда, невзирая на раны и ушибы, но каким образом она могла знать про этого чёртового кота и заставить меня ему помогать?

Пока я обдумывал сложившуюся ситуацию, руки сами собой разбирали шелковистую шёрстку. Ага, вот оно. На голове у кота обнаружилась рана. Неглубокая, словно кто-то хотел ударить его дубиной, но кот сумел увернуться, и удар пришёлся поверхностный, но тем не менее очень неприятный. Кожа была содрана, хорошо ещё, кровотечение прекратилось. Но образовавшийся струп лучше было всё-таки убрать, чтобы под ним зараза никакая не начала размножаться. Ничего, кошки живучие твари, сейчас почищу рану и перевяжу бедолагу, а там и домой пойдём. А утром, как очухаюсь, к ветеринару.

Мне почему-то даже в голову не пришло оставить здесь это агрессивное животное, которое на меня набросилось. И здесь дело точно было не в воздействии. Просто, это было как-то неправильно, что ли, оставлять его в пустом доме, от которого у меня мурашки по коже бегают.

Уж не знаю, что делал кот в ванной, ну не мог же он пытаться самостоятельно обработать рану, но в шкафчике над раковиной нашёлся флакон с перекисью водорода. Правда, этикетка была какая-то странная… С другой стороны, может, хозяин предпочитал перекись конкретно из Республики Конго? Его право, знаете ли. Республика Конго — это я, конечно, загнул. На этикетке было написано: «Перекись водорода, 3%. Сделано и разлито алхимиком 1-го ранга Паульсом Я. В. г. Дубровск, ул. Зелёная, д. 16».

— Забавный этот городок Дубровск. И игры у его жителей интересные, — сказал я, начиная искать вату или что-то, что могло бы мне её заменить.

Вата и бинты лежали здесь же, так что с перевязочным материалом проблем не было. А вот таблеток никаких не было. На одной из полок стояли рядком флаконы со странными надписями: «Настойка Догилева», например. Что это за настойка, понятия не имею, поэтому с флаконами решил не экспериментировать, оставив это тем, кто разбирается в подобных вещах. Алхимику Паульсу Я. В., например, потому, что, судя по этикеткам, всю эту бурду делал именно он.

— Так, приятель, сейчас тебе будет немного больно, — и я плеснул перекись на ватный тампон и принялся обрабатывать рану.

Кот вздрагивал, но не делал попыток вырваться, лишь иногда коротко мяукал, стоически терпя боль. Наконец, я перебинтовал ему голову и сделал шаг назад, оглядывая получившуюся картину. Бинт лёг чепцом на кошачьей голове, и это было так забавно, что я не удержался и хмыкнул.

— Мяу! — кот приподнял голову и, похоже, обматерил меня на своём кошачьем языке.

— Вот тебе и мяу, — я вытащил кота из раковины, аккуратно прижимая к груди. — Пошли, приятель. Тебя надо ветеринару показать. Будешь себя хорошо вести, я тебя даже не кастрирую.

— Мяу-у-у! — услышав мои слова, кот взвился и попытался вырваться из моих рук, словно понял, о чём я только что говорил.