Алексей Игнатов – Усадьба Дом Совы (страница 10)

Когда бутылка почти опустела, я решил, что реальность не так и важна. Сон это или нет – плевать, я все равно буду вести себя так, как будто это явь! Мой палец коснулся кнопки вызова, но на той стороне сбросили звонок. Если это доктор, то он занят. Что ж, я навещу его лично!

Сон на свежем воздухе, подальше от стен, пропитанных серой плесенью, пошел на пользу. Физически я чувствовал себя куда лучше, силы прибавились, и я больше не ощущал себя медузой, которой ползает по песку и пытается найти воду. Из дома я ушел уже без всяких проблем. Я исполнил его желание – откопал камень. Теперь дом отпустил меня. Он знал, что я вернусь.

13

Дорога до больницы заняла минут двадцать. Что бы найти врача Делии и оторвать его от дел, понадобилось чуть больше времени, но я нашел его. Он и правда был занят, но я на не балу, где каждый должен строго соблюдая этикет, так что мне было плевать на вежливость и приличия. Делия в опасности, а я сам почти спятил, и врачу пришлось бросить все дела – я просто не оставил ему выбора. Вчерашний разговор мне не приснился. Делия вышла из комы, а наш ребенок не пострадал. И никаких токсинов не нашлось в крови моей жены.

В ее палату я почти бежал, и пару раз чуть не сшиб с ног встречных медсестер. Я хотел увидеть ее, поцеловать, забрать домой, но едва перешагнул порог, как шарахнулся назад и снова оказался в коридоре. Никому не стоит видеть любимых такими. Ее образ стоял перед глазами тогда, в коридоре, и стоит сейчас. Иногда она снится мне такой, как в тот день, на кровати больницы.

Делия лежала, окруженная приборами, которые до того я видел только один раз. В тот раз я стоял рядом с матерью, а она даже не знала, что я рядом. Грузовик выехал на встречную полосу, и две жизни погасли. Отец погиб сразу. Мать вырезали из груды железа, и в больнице, на такой же кровати, она провела еще два месяца. Ее мозг умер, и только насосы закачивали воздух в легкие. Когда стало ясно, что спасения нет, я подписал бумаги, и экраны приборов погасли. Она умерла окончательно, и каждый день с тех пор я помнил, что это было мое решение. Теперь дом говорил мне: «Тебе решать!». В коридоре, у палаты Делии, я по-настоящему понял, о каких решениях речь.

Пришлось глубоко вдохнуть, собрать всю свою волю, и все актерские способности, что бы спокойно войти в палату. На экране ее приборов кардиограмма прыгала и танцевала чечетку, цифры давления и температуры скакали верх и вниз. У меня на глазах цифра сорок на термометре сменилась на тридцать пять, и снова скакнула к сорока. Я не врач, но так не должно быть!

Ее губы посинели, а поверх словно покрылись пеплом, полопались и сочились кровью. Глаза покраснели от лопнувших капилляров, веки превратились в черные провалы под глазами, кожу затянул желтый налет с каплями пота. Даже ее волосы почти умерли, стали похожи на дешевый парик. Красная полоска тянулась по щеке – след от крови, которая текла из носа, и которую никто толком не потрудился стереть.

– Привет, Дели! – сказал я, улыбнулся. Ни губы, ни голос не дрогнули. Кажется, не дрогнули.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.