Алексей Губарев – За Горизонт (страница 5)

С тех пор за несколько тысяч лет не было ни одного корабля, пришедшего через врата. Корра и ЛеенʼХуу из метрополии быстро превратились в окраинные миры, уж больно скудна оказалась система на полезные ресурсы. Так что неудивительно, почему на защите двух планет стояло всего два корвета. Нищие, никому не интересные миры.

— Майор, мой корабль вернется к Корре через двое суток. Постарайтесь продержаться это время, — произнес я и отключил связь. Причину нашего поспешного убытия объяснять не стал, это наши личные дела, не касающиеся аборигенов. К тому же отсутствие вражеской авиации и залп главного калибра крейсера с орбиты по одному из вражеских плацдармов сильно охладили пыл бессмертных. Десант противника резко сменил тактику, перейдя из наступления в глухую оборону.

Через шестнадцать часов «Басов», отработав маневровыми, начал сбавлять ход. Прямо по курсу расположился вражеский линкор, в настоящий момент медленно корректировавший свое местоположение, а точнее — встречавший нас носовыми орудиями и ракетными шахтами. И если первые пока не несли угрозы, то ракетный залп мог поставить точку в бою.

— Лейтенант Картер, выполняй манёвр уклонения, — отдал я приказ. Всё уже было обговорено, и старший помощник начал действовать. Решение простое — мы собирались облететь линкор по кругу. Да, в данном случае не высший пилотаж и долго, но иначе собрать всю информацию о состоянии вражеского судна не было возможности. Зато через два часа мы знали, что судно бессмертных потеряло большую часть маневровых двигателей и способно поворачиваться лишь в двух направлениях — вращаться вправо по оси и медленно поворачивать опять же вправо по курсу. И совершенно не могло двигаться по прямой, маршевые словно бритвой срезало вместе с гипердвигателем. Напряжение перед предстоящим боем спало, задача оказалась намного проще. Радовало и то, что мы обнаружили наш спутник, находящийся в целости и сохранности недалеко от точки выхода. Также сенсоры «Басова» зафиксировали цепочку блоков суперпортала, совершенно неповрежденных. В отдалении забрезжил шанс вернуться домой. Призрачный, но всё же дающий надежду.

На максимально выгодную позицию выходили около часа. Больших трудов стоило зайти на вражеский линкор с кормы, да еще над плоскостью эклиптики. Противник по достоинству оценил наши манёвры и выпустил навстречу весь москитный флот, имеющийся на борту. Не ту пару, с которой мы разминулись не так давно, а шесть истребителей. Но даже в таком количестве я не рассматривал их как угрозу — восстановленные щиты «Басова» с лёгкостью выдержат и десять истребителей. Меня интересовало другое — сможем ли мы использовать вражеское судно в качестве трофея, или его придется уничтожить. На этот линкор у меня имелись большие планы.

— Адмирал, мы вышли на дистанцию уверенного залпа главного калибра, — коротко доложила ИИ крейсера. — Вражеские истребители на подходе, до прямого столкновения полторы минуты.

— Внимание всему экипажу! Приготовиться к ментальному удару! Старшина Леан, от вас требуется максимальная точность! — обратился я к исполняющему обязанности старшего бортстрелка. — Повторяю, главная цель — повредить маневровые двигатели, нам необходимо обездвижить судно.

Мы просчитали командира вражеского судна. Понимая, что наш корабль недосягаем для вооружения линкора, противник воспользовался особым оружием — ментальной атакой. Земная Федерация давно научилась эффективно бороться с ментальным воздействием, и бессмертные знали об этом, но сейчас у вражеского командира не было иного выхода. И он рискнул.

— Адмирал, фиксирую срабатывание отражателя Чууриʼсу, — доложила искин, но я и так уже знал об этом. На миг в голове словно ветер прошелестел листвой, обычное ощущение при ментальной атаке. Тут же маркеры вражеских истребителей на тактическом экране резко сбавили ход — попали, голубчики, под удар отражателя. Оценив расстояние до малых кораблей, понял — эти проблем не доставят. Пилоты не успеют прийти в себя до сближения, а турели на «Басове» отличные, повышенной мощности. Такие в упор могут легко вскрыть обшивку крейсера, а уж какие-то истребители распылят на атомы в считанные мгновения.

Крейсер вздрогнул. Раз, другой, а через десяток секунд старший бортстрелок доложил о точном попадании. Линкор бессмертных потерял последние маневровые двигатели, превратившись в идеальную мишень. Вскоре погасли маркеры шести истребителей, ставших лёгкой добычей. Что ж, впереди нас ждало то ещё веселье. Захват вражеского судна, втрое превышавшего размерами тяжёлый крейсер. И пусть командование линкора выбыло по причине спекания мозгов, всё же на борту должны иметься десантные расчёты и старшие особи, не участвовавшие в ментальной атаке. И с ними придется попотеть. Эх, жаль, что мы при переходе потеряли тяжёлого меха, с этой машиной я бы зачистил линкор в одиночку.

— Лейтенант Ананьев, действуем по плану, приготовиться к штурму вражеского судна.

— Адмирал, штурмовой взвод на позиции, ждём приказ на захват линкора. — Нервы у всех напряжены до предела. Бывали случаи, когда бессмертные подрывали свой корабль, чтобы избегнуть пленения. Но такие меры обычно распространялись на корабли сверхтяжелого класса типа улей — огромный сфероид до десяти километров в диаметре. Мы же хотим завладеть всего лишь линкором.

— Адмирал, оборонительные турели в зоне сброса уничтожены, можно начинать, — доложила ИИ, едва на тактическом экране погасла последняя красная зона, покрывавшая часть кормы противника.

— Лейтенант Ананьев, начать штурм! — отдал я приказ и тут же развернул три дополнительных экрана. Один транслировал картинку с камеры оператора штурмовой платформы, два других — с десантных мехботов.

— Есть! — офицер ударил себя кулаком в грудь, а затем рявкнул, приказывая бойцам: — Мехи, вперёд! Оружейные платформы — по готовности! Командирам отделений — приготовиться!

Схема штурма кораблей бессмертных была отработана от и до. Все вражеские суда имели одинаковое внутреннее строение, так что сюрпризы не ожидались. Как только десантный люк обрушился вперёд, прямо в пробоину на корпусе линкора, штурмовой взвод слаженно двинулся наружу. Пара мехов бодро зашагала по импровизированному трапу, рассредоточившись по сторонам. За ними, издавая едва уловимый гул, двинулись гравиплатформы с установленными на них тяжелыми пехотными лучемётами. На каждой сидел стрелок-оператор. Следом, укрываясь за техникой, пошли штурмовики.

Технический коридор, через который проник десант, оказался пуст. Двадцать секунд на преодоление пятидесяти метров в безвоздушном пространстве, столько же на взлом гермодвери, и бойцы вывалились в следующий осевой коридор. Здесь обнаружились десятка четыре небоевых особей, замерших в неподвижном состоянии. Или выжгло мозг отражателем Чууриʼсу, или еще не успели оклематься. Противника походя расстреляли из штурмовых комплексов десантники. Миновав и этот коридор, в следующем, уже с атмосферой и силой притяжения, наткнулись на центуриона со свитой. Бой был коротким, шквальный огонь орудийных платформ и роторных пушек мехботов не оставил шанса для противника.

— Адмирал, мы находимся в одном из магистральных коридоров. Впереди слышится шум, начинаем захват центра управления, — коротко доложил лейтенант Ананьев. Связь работала без сбоев, и это был хороший знак, вероятно, старшие бессмертные надолго выбыли из боя.

Бойцы миновали две группы не подающих признаков жизни бессмертных и, выбив очередную дверь, вступили в бой. В этот раз пробиться с ходу не получилось, пришлось задействовать систему залпового огня, расположенную в коробе на спине одного из мехботов. На минуту пространство перед штурмовиками превратилось в огненное море, в котором и захлебнулось сопротивление. Мехи, не дожидаясь, когда пламя спадёт полностью, двинулись вперед. Первое отделение космодесантников и одна платформа остались прикрывать отход, закрепившись у шлюза, второе, выждав с полминуты, последовало за шагающими машинами. Десантники подоспели к концу сражения. Два мехбота, воспользовавшись абордажными клинками, буквально нашинковали трёх центурионов и с десяток рядовых бессмертных.

— Направленный заряд на двери! Живее! — отдал приказ командир, и трое бойцов засуетились. Подхватили взрывное устройство с гравиплатформы и быстро установили его в центр одной из створок гермодвери.

— Даю отсчёт! — вновь отдал приказ лейтенант Ананьев, и бойцы, разделившись поровну, тут же укрылись по разным сторонам примыкающего к тамбуру коридора. — Пять. Четыре. Три. Два.

Бум-м! Направленный взрыв мощной мины полностью вынес створку. Тут же захлопали гранатометы, отправляя в рубку гранаты с особым газом. Едва центр управления линкора затянуло красным дымом, командир вновь отдал приказ:

— Взвод, держать периметр! Старшина, правый сектор, без фанатизма, вперёд!

Мехи, ворвавшись в заполненную красной взвесью рубку, тут же разошлись в стороны. Особый состав боевого газа, недавно разработанный учеными Земной Федерации, полностью подавлял мозговую активность высших бессмертных и наносил удар по нервной системе простых бойцов.

Вновь загрохотали роторные пушки, перемалывая противника в фарш. Все, кто был на мостике «Басова», наблюдали за штурмом по большому смотровому экрану, разделённому на три окна. Сейчас решалась судьба не только трофейного корабля, но и наша. А ну как линкор подорвётся, «Басова» неслабо может зацепить, да и штурмовики погибнут. К счастью, космодесантники справились на отлично, захватив центр управления и не потеряв ни одного бойца.