Алексей Губарев – Ткач. Первая нить (страница 3)

— Грёбаный апокалипздец! — ругнулся хозяин машины. Он наконец отвлёкся от смартфона, и повернулся ко мне: — Э, ты куда нас везёшь?

— Смотри! — вместо ответа выкрикнул я. А посмотреть действительно было на что.

Весь в огне, словно гигантский метеор, с небосвода к поверхности мчался огромный огненный болид. Причем сейчас его траектория падения заканчивалась где-то поблизости от города, в зоне карантина первого класса.

— Разворачивай! Разворачивай! — заорал мажор.

— Нельзя! — рявкнул я в ответ. — Нас завалит обломками!

— Что происходит? — раздался с заднего сиденья испуганный голос Кнопы. Я хотел было ответить, но в этот момент внедорожник вырвался на свободу, и понёсся прямо на КПП — место, условно разделяющее карантинные зоны. Повезло, в этот момент шлагбаум был поднят, а бойцы стояли с задранными в небо головами. Мы проскочили мимо них на огромной скорости, а нарастающий грохот снаружи не дал им услышать звук двигателя.

— Заткнись! — рявкнул мажор Кнопе, а затем схватил меня за руку: — Остановись, придурок! Или я тебя уничтожу! В подвале сгною!

— Да пошел ты! — я рывком сбросил его руку.

— Дядя Женя?! – раздалось сзади. — Что происходит?

— Сука!!! — взвизгнул пухляш. Отпрянув от меня, он ощерился: — Ты!!! Меня предупреждали! Опекун хренов!

В этот момент в небе грохнуло так, что я на какое-то время потерял сознание. Ну не способен человеческий организм переносить такое. Наверное все в тот момент потеряли сознание.

***

В себя пришёл от сильного рывка. Помотав головой, поднял голову, и уставился на столб, в который левым крылом врезался внедорожник. Мелькнула мысль — ну всё, теперь до конца жизни не рассчитаюсь.

В следующий миг на меня накатили воспоминания последних событий, и сердце сжало от тревоги. Бросив взгляд назад, увидел, что Кнопа шевелится. Живая!

Повернул голову назад, при этом скользнув взглядом по сидящему справа мажору. Тот когда-то умудрился пристегнуться, и сейчас мотал головой из стороны в сторону. Пришло понимание, что я ничерта не слышу — уши словно ватой заткнуты.

Увидев, что творится снаружи, напрочь забыл про наши проблемы. Небо горело, земля горела, мир в один миг превратился в ад. Тот огромный корабль пришельцев, что начал падать, похоже рванул, развалившись на тысячи кусков, и теперь бомбардировал зараженную зону.

Взгляд зацепился за сильно отличающийся от остальных обломок — он светился насыщенно голубым цветом, и снижался намного быстрее остальных. Что это?

— Убью! — раздалось откуда-то сбоку, словно издалека. Это отвлекло от ужасающего и в то же время завораживающего зрелища. Повернув голову, я увидел, как мне в грудь летит лезвие ножа.

Спасла джинсовая куртка — клинок пробил клапан кармана, чуть вывернулся, и застрял в нём, словно в чехле. Дальше всё завертелось — я зажал оружную руку врага, не давая ему нанести второй удар. Затем привстал, кое-как дотянулся до шокера, нащупал кнопку активации, и с силой ткнул гибридным оружием в лицо мажора. Тот каким-то образом умудрился перехватить мой удар свободной рукой, а затем отпустил свой нож и ухватил меня за горло.

В голове мелькнула мысль — шокер! Если я сейчас активирую его, то нас убьет обоих. И тут же пришло понимание — так будет лучше для всех. Мразь сдохнет, я тоже, а вот Кнопа выживет. С неё точно никто не спросит за смерть этого ублюдка. Не должны.

Оскалившись полубезумной улыбкой, я нажал на кнопку активации.

— Не-е-ет! — заорал мажор. Поздно, его глаза стремительно начали вздуваться, из них сверкнули короткие разряды электричества. Меня тоже всего пронзило зарядом энергии. В голове мелькнула мысль — если он сдохнет раньше, у меня может появиться шанс.

А в следующий миг по глазам ударило ослепительной голубой вспышкой, сначала лишив меня возможности видеть, а после и сознания...

Интерлюдия. Повелитель реальности расы Ашанти.

Великий ткач понимал, что в этот раз ему не выжить. Он знал это уже несколько месяцев, и давно смирился. Единственное, что было в его силах, это постараться сплести нити судьбы так, чтобы Ашанти оказались в максимально выгодных позициях, а враг — Грогги, наоборот.

Поэтому, когда линкор получил критическое повреждение, он успел протаранить вражеский флагман, обрушившись вместе с ним на поверхность планеты.

Падение могло привести к ужасным, катастрофическим последствиям для чужого мира. И потому последним приказом Великого ткача была активация самоуничтожения линкора.

Взрыв разметал оба корабля на тысячи осколков. Лишь сфера отрицания, с сознанием ткача внутри, уцелела. Но и ей было не избежать разрушения. Слишком велика была масса сферы, а сознание ткача уже давно срослось с кристаллической оболочкой, и стало неотделимо. Единственное, что он мог, это слегка подкорректировать траекторию падения, чтобы не навредить жителям планеты.

Оставались считанные секунды до столкновения, когда Великий ткач сделал последний прощальный подарок для своей расы. В момент соприкосновения с поверхностью повелитель реальности выплеснул всю свою силу, накопленную за столетия, наружу. В космосе такое было невозможно, но здесь, в мире, наполненном жизнью — более чем.

Ткач не боялся, что зерна достанутся противнику или аборигенам — ни те ни другие не знают, что нужно сделать, чтобы получить зерно в свою душу. Даже среди Ашанти не многие ведали процедуру приживания. А она, между прочим, требовала слишком многого.

— Надеюсь, они быстро отыщут зёрна, и смогут уничтожить врага. — была предпоследняя мысль ткача перед смертью. Последним же было внезапное чувство тревоги. Уже угасающий разум могущественного существа внезапно осознал, в чем он ошибся...

Глава 2. Выжить!!!

В себя пришёл от того, что мою кожу на лице начало обжигать. Чёрт, неужели уснул с открытой шторой, и солнце припекает... Стоп! Это ж значит, что уже вторая половина дня!

Открыв глаза, уставился на раскаленный диск нашего светила, зависший в зените. Отвернувшись, сглотнул, и понял, что ужасно хочу пить — глотку словно наждачкой шлифанули. Твою ж вторую передачу, где я?

Воспоминания нахлынули волнами, с каждой новой всё больше погружая меня в тихий ужас. Когда вспомнил последние события, понял, что дело дрянь.

— Кнопа?! — хрипло произнес я, поднимаясь на ноги, и одновременно пытаясь осмотреться. — Кнопа, ты где?!

Оказалось, что я лежал во рву. В сотне метрах от меня знакомый внедорожник, выглядевший так, словно его пытались раздавить прессом с разных сторон. Испугавшись, рванул к машине — там же на заднем сиденье была Кнопа! Если она не выбралась...

Расстояние до покорёженной машины преодолел за считанные секунды, напрочь позабыв о жажде. Подскочил к остову, заглянул в салон. И тут же выругался. На переднем пассажирском сидении находился изрядно подгорелый труп. Лишь по остаткам одежды я понял, кого вижу перед собой. Мажор, сука. Жил, как мразь, и сдох нехорошо. Но... Почему я не вижу Кнопу?

Следующие несколько минут я занимался поисками. Обшарил машину, кричал, пробежался по рву, и даже поднялся на дорогу, а точнее на то, что от неё осталось. И так сильно подпорченное за десять лет асфальтовое покрытие выглядело, словно его вскипятили чудовищной температурой, а затем резко заморозили. По такой дороге даже пешком не пройти.

Кнопы не было. Я нашёл покорёженный, непригодный для использования нож мажора, нашёл сплавленный шокер, даже нашёл бутылку теплой воды, но вот моей подопечной — ни следа. Специально обследовал землю вокруг, но увы, не отыскал даже следов девушки... Что характерно, моих отпечатков подошв тоже не было. Ну, тех, что вели к месту, где я очнулся. Выглядело это так, будто меня переместили по воздуху и уложили в овраг.

Утолив жажду тёплой жидкостью, принял решение пройти до КПП — там наверняка должны что-то знать. Так и пошёл, с полупустой бутылкой в руках, периодически останавливаясь и выкрикивая:

— Кнопа, ты где?! Кнопа, это дядя Женя! Отзовись!

Увы, но никто не спешил отзываться. Я даже подумал, что надо пройтись в другом направлении, но потом решил, что будет лучше добраться до людей, и если мне не согласятся помочь в поисках, то хотя бы возьму техничку. Да, придется угнать машину, но иного выбора у меня нет, девочка одна, наверняка напугана... Хоть бы она обнаружилась в городе...

КПП оказался не тронут. Изуродованная дорога оканчивалась в нескольких шагах от шлагбаума и выстроенной из мешков с песком преграды. Я обрадовался, ускорил шаг, и начал звать бойцов, которые здесь точно должны быть. Мой голос разносился по окрестностям, а в ответ... тишина. Будка пропускного пункта стояла с распахнутой дверью, которую мотало ветром, на небольшом железном крылечке и земле вокруг разбросаны бумаги.

Поднырнув под шлагбаум я, продолжая звать людей и Кнопу, заглянул в будку. Стол, заваленный всяким хламом, валяющийся на боку стул, небольшой старый диван в углу. Напротив него кулер с двадцати литровой бутылью. Я тут же вспомнил о всё еще мучавшей меня жажде. Чёрт, выглядит всё так, словно КПП покинули сутки, а то и больше назад. Странно это...

Вода оказалась тёплая, но жажду утолила полностью. Пока нацедил себе в свою бутылку относительно прохладной воды, пока пил, смог осмотреться. Обратил внимание на то, что помещение покидали в спешке, забирая всё самое ценное. Например оружия здесь не было, как и средств связи, что странно – в будке всегда должны находиться рация и сотовый телефон.