Алексей Губарев – Ступень 4 Преор (страница 14)
Удар. Коварный, подлый, со спины. Тарос?! Предатель!!! Ты должен был прикрывать мою спину, пока я уничтожу этого жалкого ледяного червя! Что ж, я не сдамся просто так. Призыв моего помощника, выкованного из души противника одним древним мастером-богом — последнее, что могу сделать.
Вспышка боли, тьма. Секунда небытия, вторая, и мир вновь окрашивается красками. Ощущаю себя, лежащим на спине, а надо мной две склонившиеся фигуры. У одной в руках шар, источающий столь знакомую, родную силу. Владыка?
— Владыка, я пришёл на твой зов! — рокочущий голос, раздавшийся из-под глухого шлема, был подобен раскатам грома. Я услышал его так, словно сам произнёс эти слова.
— Глупец! Твоего владыки больше нет. Убей его! — другой голос, сухой, без эмоций.
Тоска. Одиночество.
Удар, треск металлических доспехов. Боль… А затем накатила волна воспоминаний, только в обратном порядке. Сумбурно, отрывками, большей частью непонятными.
— Ах-хр! — меня, настоящего, согнуло пополам, к горлу подкатила тошнота. Я вновь осознал себя, стоящего посреди площадки. — Дьявол!
— Джон, что с тобой? — вновь прозвучал голос Рэян. Меня ухватили под руки и помогли подняться. — Всё хорошо, муж мой?
— Да, теперь точно хорошо. — я вымученно улыбнулся супруге. — Долго я был без сознания?
— Мы минут пять не могли подойти к тебе из-за оранжевого пламени, даже мастер Родерик. Что это было, Джон?
— Чужие воспоминания. — ответил я, и помотал головой, отгоняя последние видения. — Похоже, я знаю, кто был носителем моего первого абсолюта. И как он погиб, тоже знаю. Поэтому мне необходимо посетить пустошь. Это очень важно. Да, где Анура? У меня к ней имеется несколько вопросов.
По прежнему чувствуя сильную слабость, я, поддерживаемый Рэян и одной из мроу, двинулся во дворец. К моменту, когда меня буквально довели до малого зала совещаний, там уже присутствовали: Джамал, хранитель, древняя и Ирис. Отлично. То, что я хочу поведать, не стоит разглашать всем. По крайней мере пока.
— Магистр Георгий, наложи на императора великое плетение жизни. — тут же попросила у хранителя старшая мать, едва мы вошли внутрь. Она заменила сопровождающую нас мроу, после того, как меня буквально внесли в зал. Тоже мне, император, которого носят подданные. Стыдоба.
— Что произошло? — поинтересовался наставник, тут же начавший формировать руну.
— Мне удалось создать ключ. — коротко ответил я. — Благодаря чему узнал некоторые вещи. В том числе и то, кем был хозяин абсолюта, пленённого в подвале обители.
— Ты хочешь сказать, что мы знаем, кто сотворил пустошь? — спросил Георгий, завершив плетение, и толкнув его мне в грудь.
— Нет. Но теперь я догадываюсь, чья душа сокрыта во втором ловце душ. И у меня есть все основания полагать, что хозяин этой души знает, что происходит на Гантее, и кто затеял эту странную игру с барьерами и слиянием миров.
В зале совещаний стояла тишина. Мой рассказ, в котором я не только поведал о видениях, но и раскрыл тайну ключа Дабо, заставил задуматься всех присутствующих. Первой решилась заговорить древняя.
— Мы с учителем догадывались, что на нас стоит метка. Слишком опасным для дваждырожденных оказался основатель школы универсальной магии, маг с четырьмя сосредоточиями. Негласные правители древних не могли оставить нас без присмотра. Теперь мне ясно, почему Дабо никто не хотел брать в ученики. Он мог узнать секреты дваждырожденных, и снять с последователей школы универсальной магии все метки.
— Странно, что они вас вообще оставили в живых. — проворчал Георгий. — Эти метки нужно снять, со всех, и как можно скорее. Если тот древний, что поставил в ледяном мире сигнальную сеть, знает о метках, то он появится здесь в ближайшее время.
— Мой император, как скоро ты сможешь…
— Мне нужно три часа медитации. — прервал я Ануру, сразу поняв, о чём та хочет спросить. Дьявол, похоже мне не светит отдохнуть в ближайшее время. И рука ещё не восстановилась, а действовать надо прямо сейчас. Эх, жаль, я не могу пока использовать искры, артефакты и кристаллы силы. Сейчас нужно как можно быстрее снять метки, причём со всех. Опять не удалось изучить новые боевые плетения…
Повторная активация великой руны прошла совершенно иначе. Не было никаких визуальных эффектов, вроде возгорания, хотя древняя, после того как я нанёс печать саламандры ей на плечо, потеряла сознание. Неудивительно, если вспомнить ту боль, что мне пришлось испытать.
Я вновь погрузился в медитацию, не дожидаясь, когда приведут Ануру в чувство. Нужно довести дело до конца, а у меня, как назло, появилось ощущение, что нам следует поторопиться. Понятно, что сам себя накрутил, но это не отменяло реальной угрозы, против которой мы сейчас никто и ничто.
Когда вышел из второй медитации по счёту, древняя чувствовала себя хорошо, но рассказать, что почувствовала во время переустановки ключа, отказалась. Лишь похвалила Вальдемара Фаеруса, назвав его гением. В отличие от Ануры, ни Рэян, ни Ирис не теряли сознание, хоть и чувствовали себя первые пять минут после трансформации плохо.
— Всё, на сегодня я больше не в состоянии что-либо делать, или принимать какие-то решения. — мне с трудом удалось выдать длинную фразу. Не знаю, почему, но после каждой активации я чувствовал себя всё слабее и слабее. Даже наброшенная на меня великая руна жизни не помогла справиться с плохим самочувствием. Сон, как назло, тоже не шёл, поэтому я, дождавшись, когда заснёт супруга, уселся возле горящего камина в глубокое мягкое кресло, и стал размышлять.
Похоже меня всё-же сморило, потому что я в какой-то момент обнаружил себя, стоящего посреди уже знакомой комнатки. Келья сестрёнки. И сама Марика, сидящая на узкой кровати, застеленной грубым покрывалом.
Из сна меня буквально вытолкнуло. Судорожный всхлип, от которого заворочалась Рэян, и несколько секунд, чтобы успокоить взбесившееся дыхание. А в голове в это время крутилась лишь одна мысль: кто прервал наш с сестрой разговор? Хорошо, что я успел рассказать Марике о печати Дабо, это немного успокаивало. Оставалось лишь надеяться, что умение сестры разговаривать со мной останется тайной для пронзающих время.
— Три месяца. — прошептал я. Сколько длится месяц у древних? Надо спросить у Ануры, она точно знает. Да, расскажу о встрече с сестрой древней хранителю и супруге, остальным лучше не знать. Если информация дойдёт до Джека, он точно сорвётся.
— Муж мой, всё хорошо? — с кровати раздался сонный голос Рэян.
— Всё хорошо. — как можно спокойнее ответил я, поднимаясь с кресла. — Сейчас подкину пару поленьев в камин, и лягу.
Всё, надо и правда ложиться, иначе завтра буду спать на ходу…
Интерлюдия девяносто вторая. Дваждырожденный Горей.
— Говори, Крон! — произнёс дваждырожденный, уставившись своими белыми, как молоко, глазами на ученика. На своём снежном троне повелитель снегов казался настоящим гигантом, хотя на самом деле его рост едва ли превышал два метра. Ученик же, с высоты трона, казался ребенком.
— Учитель, мы потеряли след. — древний, не обращая внимание на покрытый инеем пол, так и стоял в коленопреклонённой позе, боясь пошевелиться.
— Поясни. — Горей подался вперёд, и от него в стороны распространилась волна холода.
— Мы смогли обнаружить следы печати одного из дваждырожденных. Такую обычно ставят на врага, или раба. Печать старинная, пришлось спуститься в архив, чтобы отыскать владельца.
— Кто?! — в голосе повелителя снегов прозвучало нетерпение.
— Общая печать, учитель. Её ставили всем ученикам школы универсальной магии.
— Проклятье! Как они смогли проникнуть в слепок чужого мира?! Постой! Ты сказал, что вы потеряли след. Как такое возможно?
— Мы нашли точку прокола пространства, учитель. Приступили к вычислению координат. Мы почти открыли наведенный портал, но внезапно след печати исчез. Последующие попытки отыскать след не увенчались успехом.
— Ты хочешь сказать, что кто-то научил магов универсалов снимать печать? Они же без неё теряют всё свое преимущество! Что за бред! Кто-то явно пытается ввести нас в заблуждение. Забудь о беглецах, Крон. Тебе удалось выяснить, зачем неизвестные ходили в мир, подконтрольный богам? В тот самый мир-ловушку, которую так сложно было создать.