Алексей Губарев – Им«ПеРец» (страница 5)

А сюда, на границу, он отправился, чтобы доказать своему будущему тестю, что достоин руки его дочери.

Не жилец — сразу определил я. Такие здесь долго не держатся, максимум до первого серьёзного наката из разлома. Впрочем, даже такое пополнение принесёт пользу.

Магесса тоже поделилась с попутчиками своей историей. Тут всё оказалось просто: сирота, одарённая, чтобы пройти обучение, подписала с граничным министерством договор на пять лет. Обычная история глупышки, не понимающей, во что вляпалась. Впрочем, у неё, в отличие от лейтенантика, есть все шансы выжить.

Тыловик больше расспрашивал, и о себе практически не говорил. Но мне хватило одного взгляда на его знаки различия, чтобы узнать, что служит он доставщиком продуктов во вторую линию обороны. Достойная служба для простого человека, не имеющего магического дара. Года через четыре выйдет на пенсион, и поселится где-нибудь в центральной части империи. Поженится, купит себе сад. И будет доживать старость… Тьфу, скукота.

— Господин капитан, а вы куда едете? — спросила меня девушка. Надо же, совсем бесстрашная что ли?

— К стене. — ответил я.

— У вас значок командира крепости из первой линии. — подметил лейтенантик. — Но при этом звание капитана. Недавно повысили в должности?

— На границе бывает так, что и лейтенант берет командование над крепостью. — филосовски заметил тыловик. — Молодёжь, вам еще столько предстоит узнать. Но я дам один мудрый совет. Сто раз подумайте, прежде чем задавать вопросы боевому магу граничнику. Здесь свои понятия о доблести, чести и правилах приличия. А потому безобидный вопрос может привести к трагедии. Для спросившего.

Старший прапорщик подмигнул мне, и я благодарно кивнул ему в ответ. Молодец, мужик, избавил и меня и мальчишку от лишних проблем. Не люблю, когда ко мне лезут с тупыми вопросами.

Тыловик плавно перетянул все внимание на себя, и стал рассказывать молодым граничникам, что их ожидает впереди. Говорил о том, что знал — как питаются в крепостях, как спят, где берут воду. Слушая его негромкий голос, я наконец смог уснуть.

Проснулся, когда мы подъехали к третьей линию обороны. Тут все три пассажира распрощались со мной и вышли, чтобы сменить маршрут, а ко мне посадили трёх воинов. Еще один составил компанию извозчику, а точнее — уселся поближе к тяжелому мощному арбалету, расположенному на крыше почтовой карты. Редко, но всё же бывают случаи, когда одиночная летающая тварь забирается за вторую линию. Правда, я за время службы даже не слышал о таком…

Два рядовых и сержант, судя по их нашивкам, служили на второй стене, а значит могли что-нибудь знать о происходящем у разлома.

— Что, бойцы, не слышали новых слухов с первой линии? — поинтересовался я.

— Господин капитан, вам всё рассказывать, или только то, что похоже на правду? — улыбнулся сержант. — А то порой такие байки слышим, что даже удивляемся — как такое можно было выдумать.

— Прорывы были за последние две недели? — уточнил я.

— Только попытка, вроде на пятом километре, вторая крепость. — ответил сержант, посерьёзнее. — Половина гарнизона погибла, но тварей задержали. Вроде как ночью атака была.

— А из забавных баек? — поинтересовался я.

— Ходят слухи, что в седьмой крепости, не помню на каком километре, шаман призвал высшего духа, когда твари ворвались внутрь крепости. Ифрит уничтожил тварей, и хотел уже прикончить и защитников, но призыватель смог заключить с духом сделку — жизнь, в обмен на батур шамана.

— И что? — улыбнулся я.

— Ну, говорят, что где-то теперь служит шаман, у которого батур отсох, а командир крепости вроде как набирает новых бойцов.

— Интересно, а разве можно договориться с высшим духом? — ни к кому конкретно не обращаясь, спросил один из бойцов.

— Да, можно. Но нужно принести жертву. — ответил сержант. Поймав на себе сразу два вопросительных взгляда, он добавил: — Так мне объяснял наш шаман. Там жертва — не обычное животное, а запрет, растянутый во времени. Вроде как нужно долго и упорно сдерживать свое желание, и тогда сможешь откупиться от любого духа.

— Запрет на действие. — поправил я сержанта. — В данном случае был запрет на использование батура.

— Чёрт, это было опрометчиво со стороны шамана. — с искренним сочувствием произнёс рядовой. — Я б так не смог.

— Говорят, у паладинов тоже есть такой запрет, называемый сексезой, но там Единый, — все, в том числе и я, осенили себя знамением, а затем сержант продолжил: — Единый за соблюдение этой сексезы даёт своим воинам великую силу.

— Аскеза, так надо говорить. — поправил я бойца. — Только не вздумайте сравнивать паладинов Его и шаманов. За такое говорящие с духами и проклясть могут.

— Ох! — сержант повторно осенил себя знамением. — Вот чего точно лучше избегать. Помню, когда я ещё был рядовым, у нас один боец подшутил над шаманом, подсыпал ему в чай илийского дурмана. Так призыватель проклял его. После шутник целую неделю не мог вовремя по нужде сходить. Мы ему потом кличку дали — Хмурая прачка.

— Ха, у меня тоже была история. — отсмеявшись, начал рассказывать рядовой. Ну а я, улыбаясь, откинулся на спинку сиденья и скосил глаза в окно. Как же спокойно среди воинов граничья. Простые, чуть наивные, но зато искренние и мужественные. Такие никогда не ударят в спину. Вот он, настоящий цвет империи, а не там, в больших городах.

Когда до второй оборонительной линии осталось треть пути, атмосфера в салоне кареты изменилась. Веселье отошло на второй план, а все мы перестроились в боевой режим. Сержант выбрался наружу, согнав сидевшего рядом с кучером бойца, а еще один рядовой перебрался на открытый багажник, чтобы мгновенно использовать арбалет, установленный на крыше. Мы тоже полностью убрали шторы, чтобы ничто не мешало нам наблюдать. Твари бывают всякие, иные бегают и ползают, но попадаются и летающие. Именно последние чаще всего умудряются прорываться через линии обороны.

Так и добрались до самой стены, настороже, и готовые ко всему. Расслабиться смогли, лишь когда карета въехала во двор крепости, как раз вместе с заходящим в серые тучи солнцем. Да, еще одна особенность пограничья — здесь световой день короче на два часа. Всему виной никогда не исчезающий над разломом грозовой фронт. Словно бы сама природа таким образом пытается бороться с чуждым образованием на теле материка.

— Вот, держи. В знак благодарности за спокойную дорогу. — похвалил я кучера, вручив ему пару медных монет поверх стандартной платы, которую он получал в министерстве. Вот кто действительно рискует, совершая сюда поездки. Обычный крестьянин, он даже от самой слабой твари не сможет защититься. Вся надежда на пассажиров.

Кучер рассыпался в любезностях, но я уже не слушал его, начав подниматься по каменным ступеням. Путь вверх можно было проделать несколькими путями. С помощью подъёмника — самым быстрым способом, если не учитывать, что порой приходится долго ждать, пока корзину спустят вниз. Несколько деревянных и верёвочных лестниц, ведущих наверх — мой любимый способ, но не сейчас, когда тело ещё не восстановилось полностью. И третий способ — каменные ступени, расположенные на каждом ярусе башни или крепости, по которым можно взобраться на самый верх.

Корзины подъёмника внизу не было, и я выбрал подъём по каменным ступеням.

Десятки магических светильников, расположенных на стенах, покачивались и бликовали от ступеней, оживляя их. Словно подражая им, голоса дозорных, стоящих на посту, отражались от стен, гуляя эхом по двору. Пахло кожей, потом, каким-то варевом, и дымом от кухонного очага. Эх, как же я соскучился по всему этому…

— Господин капитан, вы к нам на должность заместителя? — ко мне навстречу спускался сержант. Похоже командир крепости заметил меня, и послал встречающего.

— Нет, проездом, — ответил я, прикоснувшись рукой к знаку различия — ромбу на левой стороне груди, внутри которого располагались цифры «9/20». У офицеров второй линии там присутствовали треугольники, различающиеся величиной — в зависимости от должности.

— Первая линия. — кивнул сержант.

— Она самая. — улыбнулся я. — Так что мне нужна свободная лошадь

— Найдется, господин капитан. — ответил сержант, и по его голосу я понял, что он расстроен. — Эх, а мы уж обрадовались. Пятый день ждем заместителя, командир совсем забыл, что такое сон.

— Бывает. — философски подметил я. — Сержант, ты тогда отдай распоряжение, чтобы коня подготовили. Я как раз поднимусь, как оседлают.

— Воды, вяленого мяса с собой? — предложил боец.

— Все своё имеется. — отмахнулся я. — разве что от девицы бы не отказался.

— Так они на ночь все уехали в соседнюю крепость. — поддержал мою шутку сержант, и улыбнулся. Уж кого, а девиц в крепостях отродясь не было. Разве что магессы, но это уже боевые товарищи, а не девки из красного дома.

— Лошадь мигом подготовим, господин капитан. — козырнул боец, и бегом припустил вверх.

Через несколько минут я уже усаживался в седло. Поправил клинки, чтобы не мешали при скачке, и тронул поводья.

— Чистого неба! — крикнул мне в спину сержант.

— Чистого неба! — ответил я, подняв над головой правый кулак. Доброе пожелание на границе. А все потому, что когда из разлома выбирается большое количество тварей, за ними тут же начинает тянуться серый туман, превращающийся со временем в тучи.