Алексей Губарев – Эрго (страница 3)
С трудом заставив себя успокоиться, вчитался в текст:
Текст перед глазами смазался, к горлу подкатил ком, и тут же всё тело скрутило от сильнейшей боли. А затем пришло спасительное забытье…
Тяжело вздохнув, я открыл глаза. Темень то какая! И спина ноет так, словно вторые сутки за рулём. Стоп, да ведь я и правда в салоне автомобиля. Уснул что ли в гараже? Нет, не может быть такого! Рановато мне ещё такими симптомами обзаводиться.
— Руки на руль, живо! — раздался совсем рядом грубый мужской голос. Вздрогнув от неожиданности, я всё же послушался — уж больно убедительным тоном говорил неизвестный. К тому же приказы продолжили сыпаться один за другим: — Имя, фамилия, год рождения!
— Сергей Михайлович Глебов. Тысяча девятьсот восемьдесят четвертый! — ответил я, а у самого в голове билась лишь одна мысль — что, нахрен, происходит.
— Надо же, походу наш! — произнес неизвестный дознаватель странную фразу. — Ну тогда осторожно вылазь из машины, Сергей Михайлович. И без резких движений, иначе у меня палец на спусковом крючке дрогнет, и у тебя появится в голове лишнее отверстие. Скат, проверь салон, нет ли там чего необычного!
Глава 2
Во что же я вляпался…
Сидя на стуле, в наручниках, в тускло освещённой комнате, я наблюдал за тем, как хмурый следователь внимательно перечитывает мои показания. Иногда он произносил некоторые фразы в слух, но в основном молча шевелил губами. Наконец, закончив с чтением, поднял на меня усталый взгляд.
— Сергей Михайлович, вы понимаете, что о случившемся нельзя рассказывать никому? — наконец заговорил он, уставившись тяжелым, неприятным взглядом мне прямо в переносицу. Словно в душу захотел заглянуть. — Даже самым родным и близким вам людям.
— Так точно. Я уже подписал документ о неразглашении. Ещё позавчера. — прозвучал мой севший, охрипший голос. За двое суток, проведенных в стенах госучреждения, мне пришлось говорить больше, чем за весь предыдущий год.
— Это хорошо. Что ж, все наши разговоры записаны, и я думаю, что всем нам следует отдохнуть недельку-другую. Вы как, не против?
— Вы меня отпускаете что ли? — не поверил я своим ушам.
— А вас есть за что удерживать тут? — развел руками следак, при этом на его лицо наползла саркастическая улыбка. — У нас в законодательстве пока еще не прописано, что делать с теми, кто угодил в портал, и вернулся оттуда живым. Так что возьмём с вас еще одну-две подписки, и можете смело возвращаться к себе домой. Аномалия на вашем участке всё равно пропала, но на случай, если вновь появится, мы установим в гараже специальную аппаратуру. Помещение все равно опечатано, так что проблем не возникнет, я думаю. Ну а если что-то необычное всё же случится, телефон куратора у вас будет.
— Позвольте вопрос? — поинтересовался я. — Моя машина тоже останется в гараже?
— Что? Ах, да, вы же её не видели. Поверьте, восстановление автомобиля обойдётся дороже, чем купить новый. А мы вам готовы предложить за ваш, — следователь склонился над листом и, отыскав нужную информацию, продолжил: — Хёндай Солярис сто пятьдесят тысяч рублей.
— Издеваетесь? — усмехнулся я. — Лучше сам по запчастям продам.
— Вы не поняли, Сергей Михайлович. Мы в любом случае заберём вашу машину. Так что мой вам совет — соглашайтесь на эту, я бы сказал — хорошую компенсацию. В целом, автомобиль уже у нас, так что вам остается лишь подписать нужные бумаги, и вы свободны. Наши сотрудники даже до дома вас подбросят.
— Где ставить подписи? — нахмурившись, спросил я. У меня уже имелся опыт общения с государством. Если этой беспощадной машине что-то требуется, тебе придется подчиниться. Или будешь перемолот и выброшен на обочину жизни, а то и вовсе на городское кладбище.
— Там где стоят галочки. Это договор о купле-продаже. — следователь, а точнее сотрудник какой-то спецслужбы, протянул мне уже подготовленный документ. Я на всякий случай бегло пробежался по тексту — мало ли. Но, не обнаружив подвоха, поставил в нужных местах свою подпись. Уже возвращая документ, задал вопрос, который волновал меня с момента, как меня скрутили силовики:
— А как ваши узнали, что у меня в гараже портал? Его же с улицы не было видно при свете дня.
— Я всего лишь простой следователь, и не могу знать ответы на подобные вопросы. — на лице собеседника появилась улыбка. Вот только глаза оставались холодными и колючими. Что ж, даже такой ответ дал мне понять очень многое.
— Так что, я уже свободен?
— Да. — следак поднял телефонную трубку и, не набирая номера, произнес: — Лейтенанта ко мне.
Домой меня привезли на черном Соболе с тонированными стёклами. Дорога заняла около часа времени, и за всё это время ни водитель, ни трое сопровождающих бойцов в черной форме и балаклавах не обмолвились ни словом. Хотя нет, шофёр однажды выругался сквозь зубы, видимо какой-то придурок посмел подрезать нашу машину.
Наконец микроавтобус остановился. Мне открыли боковую дверь, и жестом велели выходить.
— Всего доброго. — пожелал я бойцам удачи, и совершенно неожиданно услышал в ответ:
— Сегодня и завтра лучше побудь дома. Родственникам и друзьям звонить будешь вот с этого телефона. Это в твоих же интересах. Да, мы надеемся, у тебя хватит ума не искать в сети информацию про порталы. Иначе нам придётся увезти тебя назад, в контору. Если заметишь что-то необычное вокруг, звони по сохраненному в телефонной книге номеру, записанному, как Майор Сизов. Уяснил?
— Понял, не дурак. — усмехнулся я, принимая из руки говорившего смартфон. Хм, тяжёлый.
Покинув машину, прищурился от палящего солнца, и осмотрелся. Хм, подвезли называется — до дома ещё минут десять топать. Хорошо хоть, что одежду нормальную выдали, а не какую-нибудь больничную пижаму и тапочки. Хотя, армейские берцы и китель с брюками привлекут внимания не меньше. Ну да ничего, скажу, что на сборы ездил. Да и мало у меня знакомых здесь, все как-то не до этого было. Работа, чтоб её, отнимала всё время. Только со всей этой вознёй и потерей машины нет у меня больше работы. Шеф не любит вот такие непонятки, когда его подчинённые на двое и более суток исчезают в неизвестном направлении.
Шагая по улице, решил посмотреть смартфон. Хм, отечественный что ли? Ну-ка, что там у него с начинкой? Ох ты ж, не андроид! Неужели и ПО наше? Такс, вот иконка с трубкой, и с конвертом — то что нужно. Ага, и входящее сообщение висит. Посмотрим, что там.
Короткое и лаконичное послание от товарища майора:
Разумеется, я не стал отвечать на сообщение. С трудом подавив мальчишеское желание удалить номер куратора, я по памяти набрал номер сродного брата. Слушая длинные гудки, неспешно продолжил шагать к дому. Трубку сняли не сразу, что не удивительно — Михаил работал в мебельном цеху, раскройщиком ЛДСП, а там такой шум, что даже вибрацию телефона не почувствуешь.
— Алло, кто это?
— Миша, это я.
— Сергун⁈ Ты куда пропал, морда наглая? — обрадовался брат. — Неужели опять на рыбалку с ночёвкой свалил? Или загулял? Да, тебя Андреич искал, ругался сильно. Сказал, что уволил задним числом.
— Да тут такое дело, Жень, я, короче, в аварию попал. Машина в хлам, сам чудом жив остался.
— В рот компот! Ты серьёзно⁈ Руки-ноги целы?
— Да в порядке я, говорю же. Вот, только до телефона добрался, сразу позвонил.
— Ну ты смотри. Машину, говоришь, убил? Чёрт, как же ты теперь без колёс, из своей дыры? Ладно, придумаем что-нибудь! Бате позвони, он переживает.
— Ты про него вспомнил, ты ему и звони. — я сам не заметил, как мой тон тут же изменился, из дружелюбного превратился в отстраненный. — Всё Жень, отключаюсь, телефон почти разрядился.
Нажав значок сброса вызова, сунул мобильник в нагрудный карман с клапаном. Бросив взгляд на небольшой магазинчик, мимо которого шёл, только сейчас понял, как сильно хочу курить. Ничего потерплю до дома, там у меня запасы — могу две недели никуда не выходить. Так что лучше потерпеть. Сейчас главное — убедиться, что пёс накормлен, хозяйство в порядке, и наконец-то самому поесть нормально. А то от фастфуда, которым меня кормили гэбэшники, мой желудок совсем не в восторге.
То, что я увидел возле своего дома, мне откровенно не понравилось. Две черные, тонированные БМВ, с настежь распахнутыми дверями, и шестеро мужиков, от которых за километр несло неприятностями. Разумеется, все поддатые, и от того шумные.
Меня компания заметила не сразу, увлеченно слушая худощавого высокого парня, у которого были все предплечья синие от наколок. Я даже успел приблизиться к калитке, когда братва спохватилась.