Алексей Губарев – Аспект Системы (страница 13)

Словно в насмешку, снаружи грохнул выстрел, следом ещё один. Кто-то стрелял одиночными из автомата. Я тут же извлёк «кедр», и двинулся к выходу. Уже у дверного проёма схватил Людмилу за руку, и приказал:

— Тут стой. Ты мне живая нужна.

Снаружи оказалось безлюдно. Если не считать Арчи, стоявшего с помповым ружьем в руках, и распростёртого на земле тела. Прямо на моих глазах телохранитель выстрелил ещё раз, после чего убрал автомат в инвентарь, и шагнул к убитому. В этот момент труп истаял, оставив после себя одежду, и ещё что-то.

— Всем спокойно, он мертв! — крикнул парень, и мне совсем не понравился его изменившийся тон. Так говорят те, кто уверен, что его послушаются. Похоже телохранитель Людмилы, теперь уже бывший, решил стать главой поселения. Вот только почему никто из общины не выказывает страха? Вон, даже дети вышли на видное место, и с любопытством рассматриваю груду тряпья.

— Аристорг, можешь убирать оружие, я убил мутанта. — спокойно произнёс Арчи, заметив меня. — И не думай, никто не сошёл с ума. Все подтвердят, что Иван начал меняться.

— У него вот такие клыки на морде вылезли! — тут же подтвердил один из подростков. Тот самый, что приносил мне пирожки. Которые я выкинул.

— Кто-нибудь знает, почему он обратился? — пересилив желание пристрелить Арчи, спросил я.

— У него четвертый уровень, и ранг агрессии был жёлтый. — раздался из-за спины голос Людмилы. — Похоже агрессия подскочила до оранжевого. У нас уже было два таких случая, в первый день, ещё в автобусе, и когда техномутанты появились.

— О как! — произнес я, и наконец-то убрал оружие в инвентарь. В этот же момент о мою ногу потёрлась Кита — умница, быстро сориентировалась, почувствовала мои эмоции.

— Ты не знал? — удивилась Людмила. — Я думала, это всем известно.

— Откуда? У меня же обстоятельства. Черт, как вы вообще живёте вместе? Это же каждый, кто не достиг пятого уровня, может в любой момент обратиться!

— Ну, не каждый, а тот, кто имеет жёлтый ранг агрессии. У нас только у Ивана был такой. И он почти получил пятый уровень.

— Бред. — озвучил я свое мнение. Внутри всё клокотало от эмоций. С трудом совладав с ними, уже спокойным тоном спроси: — Зачем нужен был этот риск?

— А ты смог бы выгнать на улицу человека, с которым делил хлеб? Зная, что там он не проживёт и дня. — задала Людмила встречный вопрос, при этом приблизившись ко мне почти вплотную. Голос её звенел от переполняющих женщину эмоций. Приподнявшись на цыпочки, она буквально прошептала мне на ухо: — Арчи следил за ним.

— Не смог бы. — ответил я, представив, что выгоняю на улицу кого-то из друзей. И в этот момент на меня накатило. Отстранив Людмилу, коротко сообщил ей: — Завтра вечером заеду. Будьте осторожнее. Днем лучше не суйтесь в село, чтобы вас не заметили с трассы.

Склонившись, погладил Киту, получил в ответ волну эмоций, и молча двинулся к бронетранспортёру. Пока шёл, перед лицом мелькали лица всех тех, с кем я был знаком раньше. Друзья, подруги, любимые женщины… Где они все⁈ Почему у меня такое чувство, словно кто-то стирает их из памяти? Система, что происходит⁈

В ответ перед взором совершенно неожиданно вспыхнуло сообщение:

'Существует протокол «подавление воспоминаний». Он блокирует участки памяти, связанные с эмоциями и чувствами, чтобы не отвлекать разумных от главной цели. Желаете отключить подавление?

Да.

Нет'

Вот какого чёрта? Откуда мне знать, хочу я вернуть эти грёбаные эмоции, или нет? Да иди ты в пень, Система! Отключай! Всё отключай! Все подавления!

До БТР еле дошёл, пошатываясь так, словно был пьян. С трудом забрался внутрь, подождал Киту и кое-как закрыл все люки. Затем неспешно выгнал транспорт за ворота. Не знаю, как, но мне хватило сил отъехать от нового места жительства общинников на расстояние в километр. А затем…

Я сидел, вцепившись мёртвой хваткой в руль, и выл. В голос, срываясь на рык. Су-у-ка-а-а!!! За что-о-о!!!

Не знаю, сколько это продлилось. Может несколько минут, а может и час. Эмоции, чувства — всё это, прорвавшись сквозь наведенную блокаду, раз за разом захлестывали меня с головой, погружая в пучину ужаса, тоски и безнадёжности. Перед взором мелькали лица тех, кого я «забыл», и кого, скорее-всего, уже нет в живых. Друзья с детства, девчонки с нашего двора, школа, техникум, работа… Сотни человек, чьи судьбы тесно соседствовали и переплетались с моей… Почему меня хотели лишить памяти об этом? За что?

— Мр-р-р!

Кита сидела рядом, справа и смотрела на меня. От питомцы исходила волна тревоги и беспокойства. Ну вот, напугал зверя.

— Всё нормально, Кита, всё нормально. — произнёс я, и протянул руку, чтобы потрепать кошку по холке. Однако в этот момент до меня донёсся незнакомый монотонный гул. Разумеется, моё состояние тут же изменилось. Куда делись тоска, боль и пустота — их в один миг сменила тревога и чувство близкой опасности.

Перебравшись на место наводчика, я приник к окулярам, и приступил к осмотру местности. Вон улица с разнообразными домами — двухэтажные из кирпича соседствовали с деревянными избами. Типичное село российской глубинки, со всеми вытекающими. Стоп!

Трасса. А по ней движется сразу несколько единиц техники. И возглавляет колонну уже виденный мной внедорожник. За ним катят… Ох ты ж, БМП что ли? Так вот что за звук меня побеспокоил. Лязг гусениц по асфальту.

А что у нас дальше? Ага, УАЗ буханка, обваренный арматурой и сейчас похожий на ежа, и гелендваген. Последний без обвеса и усилений, ничего лишнего. Так сказать — при своей естественной угловатой красоте. И куда вся эта шайка намылилась? Стоп!

Меня привлёк пронёсшийся по улице мотоцикл. Нет, вон еще катят — два, три, четыре. Охренеть, это что получается, вся орава пожаловала по мою душу? Не хорошо как-то, очень не хорошо. Сколько их там? Внедорожники по четыре-пять человек, в УАЗике с десяток, и БМП человек шесть-восемь. И четыре мотоциклиста. Максимум тридцать два человека. Многовато как-то на одного врага Системы. Как они добычу делить собираются?

В этот момент произошло сразу два события. Первое — колонна остановилась. Второе — мотоциклисты сменили направление, и двинулись по той улице, которая выходила на дорогу к убежищу.

Не знаю, как, но я успел убрать бронетранспортёр до появления первых мотоциклистов. Мне удалось загнать технику задом в лес, умудрившись не врезаться ни в одно дерево. Тут же полез наружу, коротко бросив Ките:

— Наружу!

Приблизившись к дороге, укрылся за корявым стволом дерева с синей листвой, и стал ждать. Кошка замерла в двух шагах позади, и навострила уши. Чёрт, похоже мотоциклисты увидели следы БТРа, и решили посмотреть, куда это он ездил. Интересно, как они смогли сделать системным такой транспорт?

Размышления прервал первый мотоцикл, появившийся на дороге. Когда он проехал треть расстояния до моего укрытия, показались ещё двое. Я продолжал ждать. И лишь когда и четвертый появился в зоне видимости, пришло время действовать.

Револьвер — громкое оружие. Поэтому я прибегнул к арбалету. Не стал рисковать, и зарядил его ядовитым болтом редкого ранга. Выждал ещё несколько секунд, затем приказал Ките:

— Жди здесь.

Активировав навык «невидимка», шагнул на дорогу, и прицелился в того мотоциклиста, что находился дальше всех. Было непривычно наблюдать за мотоциклами, практически не издающими звука. Словно бы на велосипедах едут. Такие подберутся бесшумно, а ты и не заметишь…

Первый выстрел сделал, когда первый противник поравнялся со мной. Болт, тонко просвистев, попал в голову мотоциклиста, выбив его с сиденья. Быстрая перезарядка, и снова выстрел, опять в самого дальнего. Правда, в этот раз болт был без дополнительного усиления.

В этот момент мотоциклисты засуетились. Тот, что ехал первым, заорал что-то, второй притормозил, и начал разворачиваться. В этот момент я и подловил его очередным выстрелом. Минус три.

Четвертый болт вошёл в ступицу заднего колеса мотоцикла, и последний вражеский разведчик полетел кубарем головой вперёд. Повезло ему, что был в шлеме, иначе бы погиб при падении. Хм, точнее не повезло, а отсрочило гибель.

Приблизившись к заворочавшемуся противнику, я поступил весьма жестоко, но того требовали обстоятельства. Два выстрела, и болты буквально прибили руки мотоциклиста к земле. Затем сорвал с головы врага шлем, и спокойным, вкрадчивым голосом произнёс:

— Знаю, ты меня слышишь. У тебя есть два варианта. Первый — молчать, но при этом лишиться рук, ног и языка. Второй — говорить, и потерять только ноги. Что думаешь по этому поводу?

— Да пошёл ты! Враг Сист… А-а-а-а-а! Хва-а-ати-ит! Я всё скажу! Всё-ё-о!

— Отлично. — произнес я, не обращая внимание на крики пленника. Быстро убрал кинжал в инвентарь, а затем подхватил только что отрезанную ногу, и бросил ее под нос противнику. Сам при этом еле сдерживался, чтобы не высвободить содержимое желудка. А вот мужик не выдержал, заплакал.

— Не ори! Просто скажи, сколько вас? Точную численность. Ну⁈

— Двадцать! Двадцать нас! Ы-ы-ы! Су-ука-а!

— Не вой. Кто главный?

— Балоб! Он тебя прикончит! А-а-а-а-а!

— Значит уже не двадцать, а шестнадцать? Без мотоциклистов. БМП какого ранга?

— Улучшенного! Это личный транспорт Балоба! Он тебя прикончит!

— Да что ж ты тупой такой! — зло произнёс я. — Сколько человек у Антибиотика? Ты их считал?