Алексей Григорьев – Против всех (страница 38)
Надо же! А я почти забыл про мою макаку.
Следует отметить, что морозная горилла преобразилась. Шерсть приобрела золотой отлив, синева почти ушла из нее. Также единственный уцелевший из алтарных зверей прибавил в росте и ширине плеч, а ещё обзавелся набедренной повязкой.
—
—
— Дяденька супергерой, а где обещанная магия? — влезла с вопросом Маша.
— Нужно время, — слегка смутился, не выполнив обещание ребенку, — Ты ведь ходить не сразу научилась? Здесь тоже самое. Нужно время.
— Хорошо, я подожду! — мило улыбнулась девочка, не испытав и толики сомнений в моих словах.
Смутится ещё больше.
— Елизавета, Машка, нам пора, — сменил неудобную тему.
— Мы, наконец-то, поспешим на помощь друзьям? — заулыбалась Фара.
— Да! — не разочаровал ее, — А вы оставайтесь здесь. Будете охранять остров и ждать нас.
Лемуры понятливо закивали головенками. Брать с собой этих пацифистов себе дороже. Перебьют не за цапову душу, и резерв уменьшится. Швондер тоже «захотел» остаться. Его было не оттащить от кладезя веры. Неужели, что-то действительно путнее?
Втроем, мы набрали припасов и покинули Затерянный рай. Настал час разобраться со следующей зоной.
— Никогда не была такой грязной, — брезгливо отряхнулась Лиза через час путешествия.
— И я! — довольно сообщила Машка и с гиком плюхнулась в очередную лужу.
Меня тоже порядком утомил вояж. Сюда мы приплыли, а назад шли на своих двоих. Плюс ко всему, временами на дне наступали на скрытые пузыри, и тогда всю группу, с ног до головы, обдавали грязевые потоки.
— Ничего. Берег уже близко… — начал было мотивационную речь, но меня прервал далекий грохот.
На горизонте вспыхнула и шарахнула вниз черная молния, а грудь пронзило болью. Я побледнел, предчувствуя недоброе.
— Что-тот случилось? — вмиг обеспокоилась Фара.
Я же вовсе глаза смотрел на возникший передо мной запрос:
—
Глава 44
Повелитель проклятий
—
Не смыкая очей, Агафья трудилась день и ночь. С методичностью бездушного механизма, она призывала покалеченных зверей и безжалостно растирала о статую. В таком режиме минуло несколько суток. Казалось, в старуху вселились бесы.
— Карр! — громко и довольно каркнул ворон, который величаво восседал на средней из голов почерневшего идола.
— Мудрец, ты стал лучше прежнего… — радостно, но устало, выдохнула Белая Ведьма.
И действительно, птица прибавила в весе и приобрела зловещую, черную ауру. К несчастью, Воронина и не заметила, что кардинально изменился не только ее фамильяр.
Статуя Триглавы тоже преобразилась: срослись шеи, камень залоснился кровавым жиром, а из под платья вытарчивала шерсть. Руки также восстановились, но скорее напоминали звериные лапы.
— Крак, — раздался мерзкий скрип, не успела Агафья и порадоваться, как ее и не успевшего взлеть ворона крепко схватили пальцы- крюки.
— Смертная… — выдохнул идол, и три головы сложились одна в одну, как матрешки.
Отныне статую венчала громадная волчья башка. Ее глаза осветились, как красные угольки, а из пасти закапала кровавая слюна.
— Ты кто? — забилась в могучей хватке тоже не слабая бабка. Однако даже нечеловеческих сил не хватило, чтобы вырваться.
— Ха-хааррр, — насмешливо рыкнул обновлённый идол, — Вы слишком много о себе возомнили, блоха и пернатое недоразумение. Я, повелитель проклятий Пеплос, призвал вас сюда и даже позволил убить сотворенных мной монстров.
— Кар! — виновато каркнул Мудрец. Птица раскаивалась, что завела хозяйку в западню.
— Что тебе нужно? — упрямая Агафья не испугалась даже на пороге погибели.
— Два дела вы уже свершили. Пробудили меня и подготовили новое тело, — насмешливо выплюнули громадные, мясистые, черные губы, — Однако оно неполноценно. Кроме того, нужно выбираться отсюда. Я сошел с ума первый. Предатели убили меня и заперли мой дух на этой территории, а сами уснули. Сердобольные никчемы. Они позаботились о младших, а не о себе.
Белая Ведьма поднатужилась и, все-таки, вырвалась из смертельных объятий.
— Каррррррр! — скорее завопил от боли, чем каркнул, ворон.
— Хочешь сбежать? Беги! — идол не сдвинулся с места, — Но тогда я раздавлю твое чучело.
— Постой! — в панике воскликнула Агафья. Ей были невыносимы страдания птицы.
— Ха-ха! Ты очень глупа, — расхохотался идол, — Я же сказал, что вместилище, покаместь, ущербно. Мне не ступить и шагу.
— Отпусти Мудреца, и я сделаю, что ты просишь! — смирилась с поражением ведьма.
— Не думай, что обхитришь меня! Твоя пташка обретет свободу не раньше, чем поручение будет выполнено! — ухмыльнулся частично оживший великий лемур.
— Хорошо… — обречено произнесла Агафья, чей план провалился.
— Кстати, иди сюда. Ты слишком слаба, а снаружи происходят странные вещи. Люкс Дивин и Гиппо мертвы. Остался лишь Зверо. Недопустимо, чтобы последний шанс отомстить был потерян.
Воронина выслушала не до конца понятную фразу и, на негнущихся ногах, шагнула ближе.
— Тресь! — раздался громкий треск.
Лапы стиснули старуху с удвоенной силой, похлеще тисков. Стало адски больно, однако Агафья не закричала. Она внимательно прислушивалась к тихому голосу. Назвавшееся Пеплосом чудовище корежило плоть и видоизменяло старуху. Видать, оно действительно сильно ослабло, потому и приглушило речь. Крики не позволили бы различить негромкий глас, который нашептывал приказы.
— Мы ждём, пока страшная бабка вернётся и принесёт нас в жертву? И вообще, чего ты раскомандовалась? — уже не впервые выразила недовольство Миранда.
— Алиса спасла нас! — вступился за названную дочь Ермолай.
— К тому же, мы сильно пострадали, а здесь, кажется, безопасно, — поддержала машиниста Соколова, и даже приобняла за плечи, с наслаждением вдохнув аромат настоящего мужчины. Усилились не только ее либидо, но и запахи.
— Извращенка! — сварливо выпалила Барби, настроение которой, как всегда, скакало то вверх, то вниз.
Марина Игоревна не спорила. Лишь счастливо зажмурилась и пригладила волосы своего избранника, окончательно вогнав богатыря в краску. Отчасти, ее последнее замечание было правдой.
Мало того, что Земляне перенесли переход сквозь ничто хуже всех. Так ещё и в битве их знатно потрепало: проклятая ворона роняла капли мрака, которые прожигали дыры в одежде. Сектанты валялись без чувств и, естественно, увернуться не сумели.
Вот и вышло, что уже несколько дней отряд залечивал раны. Благо, Алисе помогала мелюзга. Зверьки показали небольшую уютную полянку посреди непролазных джунглей. На ней звонко журчал ручеек и росли плодовые деревца.
— Хочешь — проваливай на все четыре стороны. Никто тебя не держит! — не слишком любезно ответила Смелова, а для других прибавила, — Илья. С ним все в порядке. Я чувствую это. Он отыщет нас. Лучше сидеть в безопасности и набираться сил.
— Я верю в Старшего! — подал голос Лешка.
Словно в подтверждение этих надежд, совершенно нежданно, солнечные лучи сгрудились вокруг каждого.