Алексей Григорьев – Альфа-Ноль (страница 26)
Мужчина подхватил малышку и быстро побежал по коридору. Дом был достаточно элитный. На этаже размещались всего три жилых отсека. Миранда счастливо смеялась. Никто и никогда не носил ее на руках. По крайней мере, она такого не помнила.
Стремглав, незнакомец выскочил на смотровую площадку, тут же применил волшебство и перенесся на такую же, но на соседнем здании. Девочку кудесник поставил подальше, а сам зашатался на парапете. Миранда весело расхохоталась, какая смешная игра.
— Не вини себя. Такие не любят ни своих, ни чужих детей. Они не достойны жить…- неожиданно ловко наклонился незнакомец и прошептал ей на ухо не совсем понятную фразу.
После чего сорвался и полетел вниз с небоскреба. Не успела маленькая Мирандочка ни удивиться, ни испугаться, как неподалеку раздался оглушительный взрыв. Девочку отбросило к стене. Она больно ударилась о твердую поверхность затылком.
Когда пришла в себя, ее окружила куча полицейских, ещё большая толпа суетилась там, где раньше были окна родных апартаментов, а ныне красовалась лишь большущая, оплавленная дыра.
— Бедняжка!- погладила ее по головке женщина в форме,- Террорист взорвал твоих родителей и ваш жилой отсек. Тебя, судя по всему, хотел взять в заложницы, но не рассчитал сил при применении способности перемещения и разбился.
— Вы все врете! Этот дядя — добрый волшебник! Он не… не… не такой! Просто волшебство не удалось!- выпалила Миранда, запнувшись на сложном слове, и сбросила руку со своих волос.
— Какая красивая, но какая глупая!- раздался сзади насмешливый мужской бас.
— А ну, заткнись, придурок!- вступилась за крошку не такая уж и плохая женщина,- Не видишь, у девочки стресс!
Полицейская обняла Миранду и прижала к груди. Малышка не сопротивлялась. Она прильнула к теплой, хорошо пахнущей тетеньке и в очередной раз за день разрыдалась. Ей стало очень обидно, что чары не сработали. Гибель родителей и Тедди девочка ещё не осознала.
Много позже, когда Гуденберг выросла, то узнала правду. Оказалось, ее обманул один из жителей кварталов для бедных. Ему отказали в кредите. В следствие чего его жена и маленький сын умерли от не смертельной, но требующей для излечения денег, болезни.
Мужчина работал уборщиком. Он раздобыл допотопное, маломощное взрывное устройство и жаждал мести. Так вышло, что под руку попалась Миранда. Взрыв уничтожил камеры наблюдения в квартире и коридоре. Никто и никогда не узнал, что машинку смерти подложила она. Ведь данные хранились непосредственно в чипах расплавленных устройств, а инсценированное падение, окончательно убедило следствие в выдвинутой версии.
Впрочем, никто особо и не расследовал совершенное преступление. Планета страдала от перенаселения. Кому какое дело до скоропостижной кончины супружеской четы с достатком чуть выше среднего. Лишь по меркам нищих районов Гуденберги были богаты.
Миранде подфартило еще дважды. Во-первых, она без проблем получила наследство. А во-вторых, ее удочерила та самая полицейская, у которой не было собственных детей. Позже, приемная мать сгинула на одном из заданий. Гуденберг же на тот момент заканчивала военное училище. Ее карьера только стартовала.
Давившие на мозг горные пики немного отрезвили и прогнали горькие воспоминания.
— Они не достойны жить…- прошептала Миранда, повторив давнюю фразу «доброго волшебника», как мантру. Изнутри поднялись злоба, ненависть и жестокость.
Приступ таки начался. Зря она думала, что вылечилась, и от прошлого недуга остался лишь скверный и импульсивный характер. В таком состоянии Миранда себя не контролировала. Ей и в частную армию пришлось пойти из-за «болезни». В государственные структуры девушку не взяли. Тест на психологическую устойчивость не прошла.
Несдобровать бы Зигу, в припадке Гуденберг боялись все, но судьба распорядилась иначе. Погрязшая в грезах, девушка зашла слишком далеко вглубь ущелья, чем и предопределила дальнейший ход событий.
Три гибкие фигуры, в окружении новой стаи волков, напали на нее. Морозные петли и арканы стиснули обнаженное и красивое тело, которое сейчас совсем не ощущало холода. Раньше Миранда испугалась бы, но сейчас только взбесилась ещё больше.
— Ах вы, ледяные недоноски! Не убила вас тогда, так добью теперь!- сумасшедше прокричала бывшая полковник и разорвала путы голыми руками.
Глава 32
Метаморфозы
—
У человеческой силы духа нет предела. К сожалению, таковой есть у наших физических возможностей. Через минуту бесновавшуюся Миранду все-таки спеленали. Кожа девушки была содрана в кровь до локтей, а тело покрыли ссадины и царапины.
Бившуюся в падучей связали обжигающе-холодными веревками, прикрепили, словно сани, к двум громадным волкам и куда-то потащили по твердому снежному настилу. Повреждения множились, но Гуденберг не обращала на раны никакого внимания.
Припадок усугубился. Ещё никогда она не погружалась в пучины безумия столь глубоко. Перед глазами, то и дело, возникали нелицеприятные картины из прошлого. Вот ее избивают в первый же день в училище. Дебелые и совсем не симпатичные девки не стерпели «белую ворону» и решили проучить. Вот ее насилует старый интендант, предварительно подпоив и выслушав жалобы про тяжелую жизнь в стенах военной бурсы. А вот она сама делает миньет начальнику общежития за защиту и лучшие условия проживания.
Поначалу красота была бичом, и лишь позже стала оружием. Плохо было одно, себя не обманешь. Миранда обладала слишком большим интеллектом и внутренней чуткостью, чтобы не понимать глубин своего падения.
Для того чтоб хоть как-то заглушить боль, она искала утешения в удовольствиях. Дорогие вещи, машины, рестораны, еда, состоятельные мужчины. Девочка, которая поверила преступнику и смотрела на мир невинными голубыми глазами, превратилась в припадочную и бесчувственную суку.
Лишь иногда, по ночам, эмоции брали верх. Миранда зарывалась в подушку и выла от тоски и жалости к себе. Даже деньги не помогали, а в душу она никого не пускала. Боялась, что растопчут кирзовыми сапогами непонимания и предательства.
Из-за неконтролируемого приступа девушку колотил озноб. Вскоре она начала замерзать. Вот только холод был странный. Он был обжигающе горяч. Настолько, что за ней оставались проплешины на многолетнем снегу.
Пленительницы заметили данную странность слишком поздно, когда матерые волчары бессильно заскребли когтями по льду. Могучие звери уже не могли тащить жертву, будто та весила несколько тон.
Одна из ламий обернулась и поспешно вскинула лук, но опоздала. Миранду окутал снежный вихрь, который немедленно перекинулся на врагов. Секунда буйства стихии, и на белой поверхности лежало восемь изувеченных тел: три получеловеческих и пять звериных.
Миранда подняла подбородок к невидимому за мутной мглой небу и громко расхохоталась. Перед взором возникли недавние действия Демона. Плюс, что-то манило ее к трупам.
Не задумываясь, девушка подскочила к мертвецам. Сорвала у одной из мутанток с пояса кинжал, вскрыла грудину и засунула в ледяное нутро ладони. Она сознательно начала потрошить не животных, а ламию.
После недолгого ковыряния, пальцы нащупали обжигающе холодное нечто. Гуденберг хищно оскалилась и рванула находку на себя, извлекая наружу ярко-синий, пульсирующий ком. Ещё несколько мгновений девушка пристально наблюдала, как сгусток впитался в руку, дополнив такой восхитительный холод внутри.
Перед глазами заплясали надписи, но Миранда проигнорировала их. Алчным взором девушка обвела оставшуюся добычу. Ей нужна была сила, и сегодня она ее получит.
У самого входа в ущелье билось в конвульсиях тщедушное тельце. Тоненькие пальчики хаотично скребли щуплую грудь. На ней зияла в два кулака дыра, затянутая синей пленкой.
Зиг не думал, что будет так больно. Он чувствовал, что не справляется, что резервов организма не хватит для того, чтобы принять мультисемя. Кто-то другой бы уже сдался. Настолько невыносимыми были муки.