Алексей Гравицкий – Аномальные каникулы (страница 41)

— Теперь что?

— Пропала. — Ворожцов непонимающе тряхнул наладонник. — Только что была и…

— А это? — ткнул Тимур пальцем в светлую точку на масштабной сетке в окошке детектора. — Скоро совсем ослепнешь. — Он вдруг понял, что мог с ходу ошибиться, и уже не так напористо уточнил: — Или это… другая?

Ворожцов обалдело посмотрел на метку, моргнул и покачал головой. Тихо выдавил:

— Та же. Но она переместилась.

— Как это? — изумилась Леся. — Аномалии же вроде не двигаются.

— Блуждающая, — с видом знатока определил Мазила, заглядывая в экран через плечо Ворожцова. — Говорят, такие встречаются. Редко-редко, но бывает.

— И куда они… блуждают? — спросил Тимур.

— Да кто ж их знает, — хмыкнул мелкий. — Туда-сюда, наверное.

— Приехали, — сказал Ворожцов и, сморщившись, поправил повязку на руке. — Теперь надо следить за траекторией, пока не поймём, куда она движется.

— До завтра будем следить? — язвительно уточнил Тимур.

— А что ты предлагаешь? — устало проговорил Ворожцов. — Наугад топать?

На это возразить было нечего. Вред от хождения наугад стал очевиден уже после смерти Сергуни. Тимур стиснул зубы и поморгал, отгоняя страшные воспоминания… Наугад тут не походишь.

— Ладно, следи, — кивнул он. — А я пока гляну: может, вон там, у берёз, пройти получится. Туда эта штуковина вроде не собирается в ближайшие минут пять?

— Вроде не собирается.

— Вот и чудно. Если там трясины нет и можно пробраться, позову.

Тимур пошёл через луг к корявым берёзам, торчавшим правее голой поляны, через которую предлагала идти Леся. Если там нет болота, можно будет обойти, а не ждать, пока умник вычислит траекторию этой бродячей фиговины. Ну да, сделают крюк небольшой. Ну и ничего, не развалятся.

Здесь прямых путей вообще мало.

— Подожди, я с тобой! — окликнул его Мазила.

— Сам справлюсь, — бросил Тимур через плечо.

— Нельзя тут по одному ходить, — настырно сказал мелкий. Догнал и пристроился рядом.

Тимур не ответил. Но и отправлять его обратно не стал. После встречи с ребёнком под насыпью оставаться одному даже на минуту было неохота. Бросать Лесю наедине с Ворожцовым тоже не хотелось, но ничего страшного. Ненадолго же.

— А ведь бензина-то в экскаваторе реально не было. — Эта мысль, видимо, до сих пор не давала Мазиле покоя. — И аномалий рядом не было. Я вот думаю, что тут дело не только в аномалиях…

— Да, мелкий, тут ещё полтергейст с барабашкой шалят, — брякнул Тимур. И тут же сам пожалел.

Мелкий округлил глаза и развернул лопоухую башку.

— Не-е-е, — на полном серьёзе заявил он через некоторое время, продолжая осоловело глядеть на Тимура и топать вслепую, — барабашка только в доме может жить. А вот полтергейст — запросто. Сталкеры говорят…

— Как ты задолбал со своими сталкерами! — не выдержал Тимур, тоже поворачивая к нему голову. — Вот реально, мелкий, задрал уже!

— Ну и что, — надулся Мазила, отворачиваясь. — Зато я побольше вас знаю о том, что вокруг творится.

— Серьёзно? — прищурился Тимур. И цинично ввинтил: — Чего ж тогда Сергуню не спас, знаток?

Мазила остановился и стиснул зубы. Тимур продолжал идти.

— Знаешь что, — ударил тихий шёпот ему в спину, — ты тоже задрал.

— Ой-ой, — усмехнулся Тимур. — Обидели мелкого, в норку написали.

— И все извинения твои — брехня! — надрывно крикнул Мазила. — Иди ты… через свои берёзы!

Сзади раздался шелест. Тимур со вздохом остановился и обернулся.

Мелкий, остервенело раздвигая стебли, ломился через высокую траву. Не простым путём, каким они шли только что, а по густым колючим зарослям, собирая на штаны репья.

Назло ведь прёт. И смех, и грех…

— Эй, — позвал Тимур, невольно узнавая в настырной поступи Мазилы себя самого. — Куда идёшь-качаешься, бычок?

— Хватит уже над людьми издеваться, — зло отозвался мелкий, не сбавляя шага. — На себя посмотри.

— Ты мне поговори ещё, мелочь… — начал Тимур.

— Да какая я тебе мелочь? — обидно и без тени страха в голосе рассмеялся Мазила. — Я ж тебя на полголовы выше!

Вот те на! А мелкий-то всерьёз бунтует.

— Куда он идёт? — донёсся далёкий крик Ворожцова. — Тимур! Ты куда его отпустил?

— Отпустил я его, — проворчал Тимур, неохотно сворачивая в колючие заросли. — Этого бычка попробуй удержи…

— Стой! — снова проорал Ворожцов. — Стойте оба!

— Слышишь, что тебе говорят? А ну тормози! — с нарастающим беспокойством велел Тимур.

— Пошли вы все… — обронил Мазила и скрылся за толстой ивой.

Тимур уже почти бежал за ним. Мелкий на нервах ни шиша не соображает и может попасть в беду. Нужно догнать, остановить, а потом уже разбираться, кто прав, а кто виноват.

— Стоять, дурак! — гаркнул он. — Там же эта… бродячая!

Тимур обошёл толстенный ствол с морщинистой корой и притормозил в нерешительности.

Мелкий шуршал где-то рядом, но полностью его фигуру видно не было. Только мельтешила камуфляжная куртка в плотном кустарнике. Он что, решил в самую гущу забраться? Балбес!

— Да подожди ты! — дрогнувшим голосом позвал Тимур. — Мазила!

Мелкий не откликнулся. Спина его в последний раз мелькнула в зарослях и пропала. Тимур, отодвигая обрезом кусты, бросился следом. Позади уже слышались шаги Ворожцова…

Гибкие тонкие ветки хлестали по лицу, за шиворот с них капала вода. Ива плакала…

Тимура охватил страх.

С одной стороны, он до дрожи боялся с разгону влететь в эту блуждающую аномалию, которая теперь вообще хрен знает где притаилась! А с другой… Тимура гнал вперёд дикий страх потери. Мазила, конечно, идиот малолетний, но бросать его в таком состоянии нельзя! Сдохнет ведь!

Зона будто бы осознанно играла на чувстве долга и взаимовыручки: утягивала его всё глубже и глубже за так некстати взбрыкнувшим мелким. И Тимур краем сознания даже понимал всё это…

Под ногами захлюпало. Кусты расступились. Тимур с лету чуть не врезался в железную стену. Отшатнулся.

Перед ним стояла кособокая трансформаторная будка. Провода оборванными космами свисали с фарфоровых изоляторов, но Тимур всё же отступил на пару шагов. Тут экскаваторы выключенные ковшами размахивают! Так что рваные провода запросто могут оказаться под напряжением. Или тоже… оживут да придушат. Лучше на всякий случай держаться подальше от любых подозрительных штуковин.

Мелкого он заметил не сразу.

Тот стоял возле угла будки и, согнувшись, ловил пальцами развязавшийся шнурок. На куртке и штанах серела россыпь мохнатых репьёв и колючек поменьше. Шея раскраснелась от быстрой ходьбы.

Тимур подошёл поближе и устало облокотился на ствол дерева. Опустил дробовик стволом вниз.

— И что ты тут кому доказываешь? — спросил он.

— На себя посмотри, — упорно повторил Мазила, ловя наконец пальцами кончики шнурков. — Всем уже надоел.

— Мелкий, ты бы язык прикусил. — Тимур еле сдержался, чтобы не нахамить в ответ. Отголосок страха всё ещё дрожал внутри. — Ведёшь себя как маленький.

— Ты больно большой, — сопя и завязывая тугой бантик, ответил Мазила. От положения «вниз башкой» к лицу его прилила кровь, оно стало пунцовым. — Перед Лесей выпендриваешься, а на других пофиг. Раскомандовался…