Алексей Гончаров – Возвращение Дрейка (страница 3)

– Дрейк, расскажи про Стоункип!

Всем нравились рассказы Дрейка о приключениях в подземном мире, и многие рассказы ему приходилось повторять по нескольку раз. Детей не интересовал вопрос, действительно ли Дрейк был в Стоункипе или где-то еще, или он всё это придумал. Главное, что он умел рассказывать всякие истории. Они много раз просили его повторить, как он сражался со змеями, как путешествовал с гномами по подземельям, как убегал от злобных троггских шаманов, спасаясь пущенных ими огненных шаров.

Дрейк и сам любил эти рассказы. Он уносился мыслями в мир, где он был не просто подмастерье Дрейк, а сильный и удачливый воин Дрейк, следопыт и победитель чудовищ. И всегда по окончании повествования находился кто-нибудь, кто расспрашивал и выпытывал подробности. Сегодня вопросам тоже не было конца.

– А правда, что фэйри могут исчезать?

– А правда, что бывают муравьи высотой в три фута?

– А правда, что если попьешь из волшебного фонтана Терры, то все раны сразу заживают?

– А почему Стоункип провалился под землю?

После этого вопроса галдеж сразу стих. Все молчали и ждали, что скажет Дрейк. Если сказочные чудовища и волшебники могли быть вымыслом, то Провал Стоункипа – абсолютная реальность. Далеко за деревней, за полем, если подойти к подножию невысоких холмов, в земле зияла бездонная пропасть. Отвесные края обрывались далеко в глубину, и никто не знал, что находится там на дне. Подходить и заглядывать вниз боялись, потому что земляные кромки пропасти очень ненадежны и легко обваливались. Во всяком случае, не появилось никого, кто мог бы похвастаться, что он рассмотрел что-нибудь внизу. Утром и вечером провал обычно затянут туманом, а ночью, говорят, иногда можно заметить непонятные сполохи, идущие из глубины. Правда, желающих оставаться ночью один на один со страшным провалом, и следить за тем, что там творится, находилось не так уж и много. Матери под страхом самых страшных наказаний запрещали детям даже близко подходить к пропасти, боясь, что те сорвутся вниз. Пастухи никогда не подводили стадо близко к Провалу. А когда случалось, что в округе пропадали люди, то это, как правило, объясняли тем, что они нашли свой конец на дне этой бездны.

А вот Дрейк особенно и не скрывал, что ему довелось побывать внизу, и не просто побывать, а совершить захватывающее путешествие по тайным коридорам Подземного Царства и невредимым вернуться обратно. Причем он никогда не спорил с теми, кто не верил ни одному его слову и молчаливо соглашался с тем, что всё это могло быть выдумкой. Но это только подливало масла в огонь любопытства. Некоторые считали его сумасшедшим, некоторые искусным вралем, но ему было абсолютно на это наплевать.

Поэтому детворе было очень интересно, как он объяснит появление этого таинственного и страшного провала. Но Дрейк, который мог с подробностями ответить на любой вопрос о сказочной подземной жизни, тут только хмурился и пожимал плечами. «Я не знаю», – обычно отвечал он. Так он сказал и на этот раз.

Но это была единственная неправда в его рассказах. Он знал. Он помнил.

Это случилось давно, много лет назад, когда он был еще мальчишкой. В тот день он играл во дворе огромного замка. Замок назывался Стоункип и равного ему не находилось в близлежащих землях.

Хозяин замка князь Брайан вел себя как достаточно крутой и заносчивый дуболом. Он считал, что только он хорошо умеет управлять своим народам, а все окрестные правители не достойны того, чтобы иметь своих вассалов. Поэтому в правление Брайана часто случались войны. Его побаивались, потому что ходили слухи, что он занимается черной магией и использует ее как подмогу в ратном деле. И потом, у него действительно была сильная, многочисленная и хорошо обученная дружина. Но, тем не менее, покоя в его землях очень не хватало. Везде творились какие-то злобные дела. То молва доносила слухи о таинственных черных мессах, то на дорогах находили неизвестно кем убитых людей, то целые деревни исчезали без следа.

Родители Дрейка жили и работали в замке Стоункип. Он помнил отца, который служил у князя шталмейстером. Отец обычно ходил в черной замшевой куртке, с мечом на боку и маленькой изящной булавой в руке. Он был очень занят работой. Мать тоже каждый день уходила на службу.

В тот роковой день Дрейк играл со своей собакой, лазил по кустам около стены ратуши и остановился под окном, когда услышал разговор. Говорили его отец и князь.

– Крысы бегут из замка, ты видел, Витольд?

Витольдом звали его отца.

– Так бывает, ваше высочество, перед тем как вода во рву поднимется. Она затапливает крысиные норы, и крысы боятся этого.

– Витольд, не надо меня успокаивать! – голос князя зазвучал глуше и тише. – Я говорил с Икариусом, он тоже обеспокоен.

– Но в округе всё тихо. Купцы и дозорные говорят, что на дорогах спокойно.

– А подземные… – голос князя стал едва слышен.

Дрейк подобрался к стене поближе к окну, чтобы расслышать, что говорит Брайан. Но тут поток холодной воды обрушился на него и его верного друга. Балти, завизжал и бросился в сторону. Кто-то с верхних этажей выплеснул в окно таз для умывания. Дрейк мгновенно промок, замерз и кинулся домой переодеваться. Он знал, что ему попадет от матери, если она увидит мокрую одежду, поэтому поскорей нашел другую рубаху, штаны, а мокрое разложил сушиться у камина. К тому часу, когда мать вернется со службы, всё должно быть сухим.

В ожидании, когда одежда высохнет, он залез на подоконник, выглянул из окна и посмотрел вниз. Верный Балти бегал от окна камину: он хотел вскочить на подоконник и вместе с хозяином наблюдать, что происходит во дворе (вдруг что-то интересное?) но также хотел подсушиться и погреться у камина. Он не любил, когда его поливали холодной водой.

А во дворе толстый Френсис рубил дрова. Все его звали Пузатый. Его не то, что бы не любили, а просто он как-то плохо ладил с людьми. Например, в трапезной сидел всегда задумчивый и молчаливый, не шутил и не болтал с соседями. Обычно ему поручали работу, которую он мог делать один. Правда, работник он был старательный. Вот и сейчас его кожа лоснилась от пота. А он все взмахивал топором на длинной рукоятке, и чурбаки один за другим разлетались на части. Дрейк подумал, что хорошо бы сбегать к Френсису и попросить разрешения рубануть разочек-другой топором, но потом решил, что Френсису это не понравится. Да все работники не любят, когда им мешают.

Зато внимание Дрейка привлекла мисс Луиза. Она шла через двор с полной корзиной спелых красных яблок. Наверное, несла на кухню, поварам. Усмехнувшись, она скользнула взглядом по трудяге Френсису, а потом заметила в окне Дрейка. Она выбрала самое большое и румяное яблоко и, размахнувшись, бросила.

– Эй, Дрейк, держи!

Дрейк поймал сочный плод и крикнул:

– Спасибо!

Потом он спрыгнул на подоконник и положил яблоко на стол. Яблоко надо было разрезать. Но сделать это надо было так, как делают настоящие мужчины. Дрейк подошел к стене и снял парадный меч отца. Сверкающее лезвие со свистом рассекло воздух, и яблоко распалось на две половинки.

– Вот как надо!

Балти с равнодушием смотрел на забавы хозяина. Все, что касалось фруктов, его интересовало мало.

Внезапно пол под ногами дрогнул, и комнату встряхнуло. Балти залаял. Где-то вдали послышался раскатистый гул. Дрейк обернулся к окну и увидел, что небо за окном потемнело. Низко клубились серо-фиолетовые тучи, и даже как будто бы сверкнула молния.

Дрейк выглянул в окно и забыл обо всем. Над стеной замка возвышалась исполинская фигура в черных доспехах. Лицо гиганта было закрыто шламом, но там, где на обычных шлемах бывают прорези забрала, блистал яркий красный огонь. Вокруг темной фигуры клубились не менее темные тучи. Исполин покачивался из стороны в сторону, как бы приглядываясь к тому, что происходит в замке, а потом раздался его голос:

– Всё, Брайан! Кончилось твое время!

Гигант воздел руки кверху, и замок задрожал. Одновременно Стоункип начала накрывать какая-то черная клубящаяся мгла. По крайней мере, Дрейку показалось, что это было что-то вроде черного тумана. Там, где он касался построек, на землю сыпалась черепица с крыш, отлетали камни от стен. Дрейк отпрянул от окна. «Надо выбраться на улицу», – мелькнула мысль. Он кинулся к двери, но дверь не открывалась. Гул и толчки усилились. С громким треском лопнула потолочная балка. Тут от стены отделилось что-то черно-коричневое, похожее на огромную летучую мышь. Правда, у этой мыши было страшное, похожее на человеческое лицо, искаженное гримасой. Во рту угадывались клыки. Сверкающие глаза смотрели на Дрейка. Но мальчику уже некуда было бежать. Существо надвинулось на Дрейка и плотно обхватило его своими крыльями. Дрейк начал задыхаться. Последнее, что он запомнил – дикий крик Френсиса, долетевший со двора…

Когда он очнулся, то первое, что увидел – наклоненную над ним голову монахини. Женщина ласково глядела на него и качала головой. Потом выяснилось, что он попал в приют. Он долго болел, но его выходили, и с больничной койки он отправился на другую такую же койку, в дом, где жили дети-сироты. Нельзя сказать, что в приюте с ним плохо обращались. Монахи заботились о своих воспитанниках, учили их. Но эту часть жизни Дрейк всегда вспоминал как череду серых, скучных дней, когда и дел особых нет, и радости нет, и проблем нет. А повзрослев, узнал, что Стоункипа больше не существует. На месте замка Стоункип образовался громадный провал, и со временем в окрестных деревнях забыли о тех, кто жил в замке. С падением Стоункипа окрестные земли перешли под владетельство другого князя, Маркара, который по своим убеждениям был немногим лучше Брайана.