Алексей Гончаров – В мире компьютерных игр (страница 25)

Он вспоминал все события, которые произошли с тех пор, как он ушел отсюда. Перед глазами как будто все еще покачивалась прерия. Ему пришло в голову, что все, что он делал – часть какого-то огромного, кем-то спланированного спектакля. Где бы он ни появлялся – на пастбищах Вестина, в пустыне или в подземельях – везде происходило одно и то же. Так в размышлениях он и заснул.

На аудиенцию к Танди Нарг пришел с Читсой. Карман приятно оттопыривала пачка долларов – плата, полученная в казначействе НКР.

Нарг, как вежливый человек, первым делом поблагодарил Танди.

– Хорошо, хорошо, – отмахнулась Танди. – Давай лучше поговорим о твоем будущем.

– А какое у меня будущее? – нахмурился Нарг. – Жизнь не меняется. Как было сто лет назад, так все и идет.

Танди покачала головой.

– Я не застала время, которое было до Войны, но можете мне поверить: наша цивилизация уже никогда не будет такой как раньше, – сказала она. – Вопрос только в том, какой она будет.

– Разве можно создать новую цивилизацию? – спросила Читса.

– Не знаю, не знаю, – ответила Танди. – Но все эти мутанты, дескло, призраки… Нам придется как-то с ними уживаться, делить Землю. Как все это будет? Я не знаю.

Танди помолчала и, заметив, что гости тоже не продолжают разговор, предложила:

– Вы можете остаться в НКР.

Нарг посмотрел на Читсу. Остаемся? Она едва заметно покачала головой.

– Нет, мы уходим, – сказал Нарг. – Мы хотим вернуться в свою деревню. Мой народ совсем отстал от жизни. Надо и ему что-то делать.

Танди улыбнулась.

– Что ж, хватит тебе бегать по прерии, пугать караванщиков. Ты самый опытный среди своего народа. Помоги ему.

В ее старческих глазах неожиданно блеснули слезинки.

– Я распоряжусь, чтобы вас доставили в деревню на вертиберде. Теперь у нас много техники. Ну, ладно, идите.

Вертиберд ждал их на президентской площадке. Пилот-китаец поприветствовал их и особенно добродушно улыбнулся, когда увидел Хо.

– Приказано доставить вас в Арройо, – сказал пилот.

– Дай-ка мне твою карту, – попросил Нарг.

Пилот достал из кабины сложенный лист бумаги.

– Вот здесь, у заброшенного города, – Нарг показал, где это, – мы сделаем посадку. А потом в Арройо.

– Как скажете, шеф, – пилот залез в кабину.

Вертиберд взмыл в небо. Путешествие по воздуху оказалось очень коротким. Скоро внизу появились кварталы разрушенного города. Вертиберд приземлился на окраине, на ровной площадке. Двигатель замолчал.

– Ждите меня здесь, я скоро вернусь, – Нарг выпрыгнул из машины, взял винтовку в руку и побежал к городу.

Сидящие в вертиберде еще не успели заскучать, как вдалеке показался Нарг. Он возвращался, неся в руке что-то белое, в форме цилиндра. Нарг быстро забрался по лесенке в машину.

– Ну, все, можем лететь.

Вертиберд поднял винтом тучу пыли, поднялся в воздух и взял курс на Арройо.

Читса недолго боролась с любопытством. Она крикнула Наргу в ухо, перебивая шум двигателя:

– Чего это там у тебя?

– Просто бумага. Большой лист бумаги, – так же громко откликнулся Нарг.

– И мы из-за этого здесь садились?!

– Да.

– Небось, карта какая-нибудь?

– Нет, это картина.

– Картина?!

– Да.

– Зачем она тебе?

– Повешу в своей палатке. Я все-таки хочу понять, чего в ней не хватает!

Читса покачала головой.

– Ты ненормальный, дикарь, но я тебя люблю! – Она положила голову ему на плечо и придвинулась, устраиваясь поудобнее. А потом уже про себя добавила: “Крыссик!..”

Хо, который сидел напротив и не слышал из-за шума двигателя ни одного слова из их разговора, вдруг широко улыбнулся.

Возвращение Дрейка

Вначале была Пустота. И собрались боги и стали решать, как им обустроить этот мир. И тогда Афри создал новую звезду и назвал ее Солнце. «Теперь у вас будет тепло и свет», – сказал он. И боги начали создавать свои планеты. Кул-Кум любил огонь, и он создал свою планету близко от Солнца. Пламя опалило ее, и никто не смог на ней жить. Мариф захотел иметь самую большую планету. Но на такой планете всем было тяжело, и никто не захотел на ней жить. Кор-Соггот не любил Афри, поэтому он создал свою планету далеко от Солнца. «Моя планета будет Царством Вечного Льда», – сказал Кор-Соггот. И тогда Терра создала свою планету и назвала ее Земля. Красива была Земля. Она всем понравилась, и боги решили поселиться на ней. Но Кул-Кум проник в глубь Земли и разжег ее недра. «Это моя планета, Кул-Кум», – сказала Терра. – «Не трогай ее, ведь у тебя есть твоя собственная». Но Кул-Кум не захотел слушать Терру. «Ты живешь на земле, а я буду жить под землей», – сказал Кул-Кум. С тех пор между Террой и Кул-Кумом была вражда. Люди, эльфы и гномы поселились на Земле, и со временем эту легенду забыли.

– Все, Бенет, я так больше не могу! – сказал Дрейк.

– Что, опять были видения?! – толстый Бенет встревоженно посмотрел на друга.

– Да нет, какие там видения, ты не понимаешь… – Дрейк задумался и замолчал.

Деревня утопала в утреннем сонном оцепенении и поэтому была еще тиха. Только по центральной улице двигались две фигуры. Два парня, которым пришлось встать очень рано, чтобы успеть к работе. Тот, что был повыше и постройней – Дрейк – служил подмастерьем у кузнеца. Пока все еще спали, он должен был подготовить кузницу к приходу хозяина: разжечь горн, разложить и почистить инструменты. Мастер любил, когда к его приходу все было готово к работе. Бенет, неловкий толстый увалень, работал на ферме на окраине села, а там работу начинали очень рано. Вот и приходилось приятелям вставать затемно.

Но зато и рассвет они не пропускали. Каждый день они видели, как встает жаркое солнце над горизонтом, как распрямляются после ночной дремы травинки, как начинает шелестеть листва под первым утренним ветерком. Ощущение свежести и свободы витает в эти часы над миром. Это потом улицы деревни наполнятся возгласами людей и скрипом телег, из труб повалит дым, улицы пропитаются запахами готовящейся на кухнях снеди, а под ногами будут шнырять домашние животные, которые тоже весь день будут заниматься только одним делом – добыванием пропитания. Да, раннее утро имеет свои достоинства.

Но Бенета, как всякого простодушного недотепу, вместо красот природы, больше беспокоили мрачные мысли приятеля. Он считал: все, рассказанное Дрейком, приходит Дрейку вместе с «видениями», то есть симптомами некой душевной болезни. В то, что ему рассказывал Дрейк о себе, он, вообще-то, не очень верил.

А Дрейк шел молча по улице и сжимал в руке маленький камешек. Месяц назад его действительно посетило «видение».

– Как ты думаешь, Бенет, бывают на свете сверхъестественные существа?

Бенет искоса посмотрел на друга.

– Я не знаю, – нехотя произнес он. – Всякое может быть…

Разговор явно не клеился, но тут друзья подошли к перекрестку. Они распрощались, и каждый пошел по своим делам.

Дрейк зашел в кузницу, бросил растопку в горн, зажег огонь и занялся уборкой. Работая, он вспоминал, что произошло несколько дней назад.

…Он вышел тогда за деревню и гулял на пустоши, неподалеку от места, которое называлось Провалом Стоункипа. Эта пропасть пользовалась дурной славой, но бродить там было интересно. Земля была нетронута, повсюду рос кустарник, стояли молодые деревца. По высокой траве было даже трудно идти. Но здесь было намного уютнее, чем на однообразных и вытоптанных полях и пастбищах.

Дул слабый ветерок. Солнце зашло, и кроны деревьев приобрели в полумраке причудливые формы. Ветки покачивались, а листья тихо шелестели. Но вот Дрейк остановился. Впереди он увидел женскую фигуру. Она как бы возникла из ниоткуда и трудно было сказать определенно, реальна эта женщина или это только мираж. Но распущенные белокурые волосы и светлый лучистый взгляд Дрейк узнал сразу. В его памяти всплыло имя: Терра.

– Я искала тебя, Дрейк, – произнесла женщина и, сделав шаг навстречу, улыбнулась. – Я знала, что найду тебя здесь.

Дрейк молчал. Не от неожиданности, а потому, что не знал, что сказать. Он не мог сказать просто: «Здравствуй, Терра». Он молчал и ждал.

– Я хотела поговорить с тобой, – продолжала Терра. – Ты помнишь Стоункип?

– Да.

Дрейк произнес это простое слово с трудом.

– Прошло много времени, и я думаю, ты мог бы вернуться. – Терра едва заметно улыбнулась кончиками губ. – Ты ведь хочешь вернуться?

– Я не знаю. Наверное, хочу.