Алексей Глушановский – Тень Основателя (страница 8)

— Идти можешь?

В принципе, ответ я знал. Учитывая ее ранения, общую избитость и то, как она была связана, ей сейчас и шевелиться-то затруднительно. Однако спросить было необходимо. Просто для того, чтобы она могла сама оценить свое состояние и попросить помощи. Иначе придется затратить слишком много времени на уговоры и доказательства необходимости приема той гадости, что я для нее приготовил. Эликсир стосила — та еще мерзость. Но именно сейчас его использование может здорово помочь.

Хм… а силы воли ей не занимать, однако… Попытка слезть с нар была почти удачной. Вовремя подставленным плечом я удержал свою пациентку от падения, а воткнутым в рот кляпом — от крика.

— И не надо на меня так сердито смотреть. Я же предупреждал — воздерживаться от глупостей! — пояснил свои действия. — И орать не надо, а то еще подумают, что я тебя тут насилую, и набегут с советами и помощью!

Кажется, моя попытка разрядить обстановку с помощью небольшой шутки была не совсем удачна. По крайней мере, если судить по полному злости взгляду и невнятному, но явно недоброму бурчанию из-под кляпа.

— Выпей. — Освободив ей рот, я быстро влил в него содержимое зажатого в руке фиала и немедленно вернул кляп на его привычное место. Как я уже говорил, стосил отличается просто невероятно мерзким вкусом, а заткнуть жертв… то есть пациенту рот — куда проще, чем долго и нудно убеждать его в необходимости все же выпить эту гадость.

Жертв… в смысле пациентка вначале покраснела. Потом выпучила глаза и сделала рефлекторное хватательное движение рукой, словно собираясь меня придушить. Затем все тонкие оттенки вкуса давно сдохшей и успевшей уже наполовину разложиться жабы, видимо, дошли до сознания, вызвав целую гамму переливов ее лица: начиная с мертвенно-бледного, пройдя через желто-зеленое и заканчивая яростно-алым, когда она заметила, что, отойдя на безопасное расстояние, я с интересом изучаю вид ее молочных желез, хорошо заметных благодаря распахнувшейся от резких движений куртке. И чего она стесняется? Формы хорошие, размеры вполне достойные… Так я ей и сказал, доведя цвет ее лица до свекольно-красного оттенка.

Вырвав кляп и быстрым движением запахнув куртку, она тигрицей бросилась в мою сторону, совершенно позабыв о собственных ранениях.

— Отлично! Стосил на вкус хоть и мерзость невероятная, но в данной ситуации очень полезен. Ну а сильные чувства, испытываемые пациентом во время приема, еще больше усиливают его воздействие. Теперь главное — не терять времени. У нас есть около трех-четырех часов, пока эликсир действует, чтобы покинуть это место и город. Потом ты свалишься как минимум на сутки, — не без труда увернувшись от этого ее броска, выдал я необходимые пояснения своих действий.

— Так это ты меня лечил, что ли? — Только сейчас до нее дошла вся подоплека моих действий. — Я думала… — Она вновь покраснела.

— Ну… Одно другому не мешает. Тем более что грудь у тебя и правда красивая, — усмехнулся я, и, не давая ей времени для нового приступа скромности, продолжил: — Сейчас действуем так…

Лежа на куче сена, Лаура дель Оромо любовалась на видневшиеся в проломе кровли звезды, вдыхала приятный запах, идущий от ее подстилки, и вспоминала о всех перипетиях сегодняшнего дня. Утром — благородная дворянка, названная[2] графиня де Стор, личный порученец и секретный посол княгини Реиса, направленная с тайной миссией к сенату Лаоры. Днем — пленница главы местных бандитов, с весьма незавидной участью и перспективой.

Сейчас был вечер, и кто она теперь, Лаура просто не знала. Беглянка и преступница, разыскиваемая как стражей Верхнего города, так и бандитами Нижнего, награда за чью голову на данный момент составляет пятьсот золотых? Должница странного подростка, обязанная своему спасителю по гроб жизни, несмотря на всю его наглость и бесцеремонность?

Кстати, хорошая тема для обдумывания, раз уж сейчас она ничем иным, кроме как валянием на духовитой соломе, любованием звездами и размышлениями о случившемся, заниматься просто не может.

Чем бы ни был тот эликсир с мерзким вкусом, которым напоил ее представившийся Неженкой спаситель, действовал он в точности так, как и сказал малолетний целитель. Целых четыре часа она находилась на пике формы, словно и не было невероятно болезненных ран, множества ушибов и прочих повреждений. Но зато и откат… Сейчас Лаура ощущала себя просто растекшимся по соломе студнем, которому противна малейшая мысль о возможности пошевелиться.

Интересно, откуда у него этот эликсир? Тайны составления таких снадобий являются тщательно оберегаемыми секретами старых родов, включаясь в часть широко прославленного «классического образования». Хорошо бы как-нибудь выкупить у него рецепт… Даже княгиня, которой служила Лаура, не имела ничего подобного. Впрочем, и неудивительно. Род Реис, при всех его знатности и могуществе, возвысился и получил княжеское достоинство во времена поздней империи и не имел отношения к Древним родам. Что уж говорить о самой Лауре, чей прадед просто купил себе дворянское достоинство у деда нынешней княгини уже после распада империи.

Знания. Не деньги, не владения и знатность происхождения — хотя всего этого хватало в избытке, а именно знания — вот что составляло основу могущества Древних родов. Классическое образование. Откуда пошло это название — никому не известно, ведь у каждого рода была своя программа обучения, свои секреты. Наиболее важные из них — такие, как тайны лекарств и ядов, боевые приемы и, говорят, даже колдовские знания — передавались только и исключительно кровным родичам.

Элита элит, могущественные и спесивые Древние рода сохраняли свое положение именно благодаря передававшимся из поколения в поколение, тщательно лелеемым и развиваемым знаниям. Секретам, доступ к которым не имел никто, кроме них самих. Рецептам и навыкам, которые могли быть переданы только добровольно, тем, кто входил в род по праву рождения, усыновления или женитьбы, и которые нельзя было получить ни силой, ни пытками, ни шантажом, ни обманом.

Попытки выведать тайны Древних родов предпринимались, и неоднократно. Вот только заканчивались они в подавляющем большинстве случаев одинаково. Тот или та из Древних родов, кого склоняли к не одобренной патриархом рода передаче знаний, просто забывал все, что было ему известно из родовых рецептов, прежде чем раскрыть их постороннему человеку. Не помогали ни пытки, ни обман.

Фиктивная свадьба, ложное усыновление, пусть и проведенное по всем обрядам… Несколько раз ловкие шпионки ухитрялись даже влюбить в себя молодых наследников родов, втереться в доверие семье и выйти замуж. Но после свадьбы почти всегда были разоблачены, скорее всего, именно из-за нападавшей на них и их избранников забывчивости. Те же, кто избегал разоблачения, немедленно расторгали все предыдущие договоренности со своими хозяевами и нанимателями, становясь истинными женами Древних родов и искренне блюдя интересы своей новой семьи.

Лаура вздохнула. Древние роды — немногочисленные, наглые, высокомерные зазнайки, скрывающие рецепты и знания, которые позволили бы спасти множество жизней, были ее больной темой. Сколько сил, средств, времени и даже жизней преданных и надежных людей было потрачено в бесплодных попытках добыть для княжества хоть часть этих столь тщательно оберегаемых тайн! Вот и сейчас…

Неженка, конечно, предупреждал, что одним из последствий приема эликсира будут некоторые проблемы с мыслительной деятельностью. Но это так раздражает!

Стоило чуть зазеваться, и мысли норовят соскользнуть на привычную колею, решая застарелую проблему. Будто у нее собственных забот мало! Хотя, конечно, интересно, откуда у парня этот рецепт. Однако задача-то вовсе не в этом. Сейчас ей необходимо как можно скорее понять, что за человек ее спаситель, каковы его цели и намерения и что ей сейчас делать!

Она прикрыла глаза, сосредоточиваясь по одной весьма малоизвестной методике и досконально вспоминая все обстоятельства их бегства из особняка местного «ночного князя».

Главная и наиболее серьезная проблема любой банды — отсутствие строгой дисциплины. В каком бы железном кулаке ни держал главарь своих подчиненных, как бы жестоко ни наказывал за нарушение приказов — сбежать из охраняемого бандитами помещения всегда будет намного легче и проще, чем из самой захудалой тюрьмы, охраняемой даже самыми ленивыми и глупыми стражниками.

Хотя бы даже потому, что любой стражник, даже самого низшего разряда, просто обязан знать наизусть устав караульной службы. Любой же вор и бандит сочтет неимоверным оскорблением требование соблюдать подобные правила, грозящие полной утратой благосклонности воровского бога Рхаша. Те же из воров, от которых отвернулся бог лихой удачи, вскоре, как правило, сводят чересчур близкое знакомство с девой Виселицей, примеряя в качестве свадебного наряда конопляный галстук.

Кое-какими теоретическими знаниями о том, как покидать всякие неуютные помещения, недостойные принимать столь высоких гостей, как наследник рода Сержак, я обладал. Если же учесть имевшиеся у меня сведения по внутренней планировке этого неприметного особняка, о чем Рвач и не подозревал, а также то, что все местные обитатели считали меня своим, то дело становилось и вовсе элементарным.