Алексей Герасимов – Академия Иммерсии 2: Право Истинных (страница 9)

– Слушай меня, Леонид, – твердый голос Элводира успокаивал, словно обволакивал каждый нерв. – Сосредоточься на дыхании. Вдох… выдох… Прочувствуй, как воздух проходит через твои легкие.

Я начал глубоко дышать, чувствуя, как магическое воздействие эльфа поддерживает меня, утихомиривая внутреннего волчонка. Постепенно дрожь стихала, раздвоенность сознания вернулась в единую идентичность, и я начал восстанавливать самоконтроль. С каждой секундой я ощущал, как возвращаюсь в свое тело, как мои мысли вновь становятся ясными, а волк постепенно сдается, уходит вглубь, оставляя мне возможность дышать и думать.

– Хорошо, Леонид. Теперь я покажу тебе упражнение, которое поможет тебе усмирять волка в будущем, – сказал Элводир, продолжая держать меня за плечи.

Он начал показывать простые движения рук и приёмы дыхательной техники, которые помогали сосредоточиться и успокоить внутренний раздрай. Подсознательно посылая на лохматую башку моего второго клыкастого лавину из матерных неологизмов, я на удивление стремительно брал сам себя в руки. Если так можно выразиться. Со стороны волчонка начали приходить волны искренней вины за случившееся и братского благоприятия. Каждый вдох и выдох по технике эльфа приносили успокоение. Постепенно я начал чувствовать, как волк окончательно стих, и контроль над разумом оказался целиком в моих человеческих руках.

– Ты справился, – сообщил Элводир, отпуская мои плечи. – Теперь ты знаешь, как удерживать своего зверя под контролем и без камня. Это упражнение должно стать твоим постоянным спутником, пока внутренний зверь окончательно не признает власть над собой.

– Может, будет проще никогда не снимать с шеи камень согласия? – сухость во рту исказила мой голос до неузнаваемости.

Я сидел на табурете, глубоко дыша и испытывая запоздалые волны паники, и осознавал, что только что произошло. Вернее, что могло произойти. Внутренний волк всё еще был во мне, но теперь я знал, как с ним справляться. Это одновременно пугало и обнадеживало.

– Максимально глупая мысль, – ответил эльф, элегантно заплетая распутавшиеся волосы в хвост.

Несмотря на бисеринки пота на лбу, свидетельствующие о былом напряжении, Элводир привычно улыбался, словно ничего и не произошло.

– Иметь способность регенерироваться в твоей ситуации гораздо важнее затраченных минут на дыхательную гимнастику. К тому же, чем дольше ты затягиваешь процесс единения с внутренним зверем, тем труднее это будет сделать впоследствии.

– Спасибо, док, – выдохнул я, чувствуя благодарность и облегчение. – Я сделаю всё, чтобы контролировать его.

– Не сомневаюсь! – улыбнулся эльф, возвращая мне камень согласия. – Одевай его только на ночь и не волнуйся. Помни, твой внутренний волк – всего лишь еще одна версия тебя самого. Нужно лишь найти с ним общий язык, стать сильнее не только физически, но и ментально. Прислушивайся и к его желаниям тоже. Почему-то я твердо уверен, что ты сможешь справиться с этой задачей.

Покидая кабинет, я в очередной раз почувствовал себя другим человеком. Или уже не человеком?

Удивленная физиономия Пчёлки, вставшей при моём появлении, послужила еще одним свидетельством моей трансформации. Она внимательно осмотрела меня с головы до ног, словно принюхиваясь, и, видимо, удовлетворенная выводом, дружески хлопнула меня здоровой рукой по плечу.

Прокомментировав увиденное фразой «Пойдет для начала», она отправилась к доку на процедуры. В который раз позавидовав силе клыкастой красотки, я плюхнулся на ее место, потирая наливающийся на плече синяк от дружеского одобрения.

***

Яркая вспышка света, возникшая в момент падения в бездну, ослепила Павла, не дав ему понять, куда исчезла Катя, чья ладонь выскользнула из его рук. Разноцветные круги, вспышки ярких искр, слёзы от рези в глазах лишили Павла зрения. Он лихорадочно размахивал руками, пытаясь нащупать жену в падении. Хотя факт того, что он падал, разум ученого отвергал, ибо кожа не ощущала движения воздуха, а все остальные чувства утверждали, что его тело попало в некое подобие воздушного киселя.

«Забавно! – раздался неподалеку хриплый глубокий баритон, звучавший властно и пугающе. – Я не так представлял себе потусторонний мир. Думал, за чертой бренного существования меня встретит кто-то из предков. Хотя странно, судя по боли, что заблокировала мое сознание, я еще на крыле…»

– Прошу прощения, – на всякий случай извинился в пространство ученый, не видя лица собеседника. В глазах все так же расплывались световые круги. – Я с женой провалился в расщелину в пещере и потерял ее, пока падал. Вы не видели тут молодой женщины?

«Как необычно ты разговариваешь! Никогда не слышал подобного языка… Не пойму, к какому виду принадлежит твоя оболочка? Для гнома ты слишком высок, а для прочей живности слишком двуногий. При этом абсолютное отсутствие магии в твоих венах. Тебя досуха высосали? Впрочем. Я не в том положении, чтобы выбирать. Придется владеть тем, что имеется. Коротышки еще пожалеют, что решили связаться со мной!»

Павел уже окончательно растерялся, не понимая, что именно происходит. Судя по контексту, человек рядом с ним был явно не в себе.

«Крылья, магия, высосали, оболочка… Кто в здравом уме произносит подобную ересь? Главное – не спорить. С безумцами лучше всегда соглашаться…» – проносились панические мысли в голове Павла, которые внезапно были прерваны парой огромных глаз, проступивших сквозь слепящий свет.

В черноте узкого вертикального зрачка вокруг радужной оболочки изумрудно-серебристого цвета мелькали молнии!

«М-да… сильно же я стукнулся о дно гребанного провала. Иначе как объяснить эти глюки?»

«Безумцами? Глюки? Какой необычный говор! Неужели… Гость из другого мира? Вполне возможно. Че-ло-век. Забавно. Твое тело… – голос словно рассматривал его, исследуя каждую клетку, каждый нерв. – Подходит для подселения».

Эти слова пронзали Павла, как ледяные иглы. Он содрогнулся от ужаса и внезапно осознал – голос не просто исходил из ниоткуда, он находился в его голове. Существо не просто говорило с ним, оно проникло в сознание, вторглось в его мысли.

– Что ты такое?! – вскрикнул Павел, испуганно глядя по сторонам, пытаясь вырваться из липкой пустоты.

Чувство страха морозящими волнами начало вытеснять даже беспокойство за судьбу любимой.

«Ты в моих владениях, че-ло-век, – пророкотал голос, на этот раз еще более уверенно и холодно. – Я последний из рода электродраконов. Вонючие твари уничтожили мою оболочку, но до источника моей силы не дотянулись. Глупцы! Теперь твое тело станет моим сосудом».

Сущность начала наползать на сознание и обволакивать тело. Провалы зрачков казались бесконечно глубокими и пугающе мрачными. Они расширялись, поглощая остатки света. Темнота, окружившая всё видимое пространство, – это не просто отсутствие света, холодная и бесконечная, она подавляла, проникала в каждую частицу сущности, парализуя волю и высасывая остатки разума. Это та самая тьма первых воспоминаний из детства, которая не просто прячется в углах комнаты, а шевелится, словно живая, готовая поглотить и уничтожить. Павел чувствовал, как его тело дрожит, а сознание медленно угасает, захлебываясь в ужасной, ожившей и голодной тьме, словно в омуте бесконечности.

Ученый очнулся от звука разбора каменных завалов и приглушенных воинствующих вскриков. Боль, словно тысяча игл, пронзившая его тело, заставила мужчину скрутиться в узел, не обращая внимания на царапины от острых камней, устилавших ложе. В ту же секунду его сознание заполнило громкое и яркое присутствие нечто, которое накрыло его, как водопад. Страх, боль и удивление слились воедино.

– Поразительно! Ты… ты еще жив?! – прошептал он вслух, понимая, что эти слова выдает его речевой аппарат, но автором является не его разум.

Мужчина вдруг ощутил, как боль из тела начала стремительно исчезать, а мышцы наполняться некой неизведанной силой. Он осторожно привстал, пытаясь понять степень повреждений своего непослушного организма. Раздался грохот, и глаза, которые вдруг стали четко различать мельчайшие детали темноты завала, ослепил яркий свет.

Павел замер, ощущая, как неведомая сила скользит по венам, давая ему необыкновенное ощущение шальной ясности и нелогичной уверенности. Ученый был в замешательстве: его разум метался, не понимая, что произошло, но телом явно управляла неведомая воля. Однако это состояние длилось всего мгновение, прежде чем он ощутил, как нечто внутри него внезапно отступило, притаившись в глубинах сознания.

Шум вокруг вынудил отвлечься от самоанализа. Неясно как, но зрение мгновенно перестроилось, словно кто-то со стороны нацепил на ученого солнечные очки. Перед ним столпились низкорослые существа, направившие в его сторону сталь клинков.

Гномы?!

Те самые, о которых он читал в фэнтезийных книгах, существовавшие лишь в мифах. Их короткие мечи светились голубоватым светом, подсвечивая каменистые стены пещеры, покрытые глубокими трещинами после землетрясения.

– Не двигайся! – голос одного из гномов резанул слух. Глубокий, резкий, почти скрипучий.

Гномы окружили его, не отводя настороженных взглядов.

Окончательно ошеломленный мужчина медленно поднял руки, чувствуя, как его мышцы вновь подчиняются его собственной воле. Боль в теле исчезла, будто и не было, а зрение стало каким-то слишком четким, ясным. Он заметил даже мельчайшие детали – трещины в камнях, морщины на лицах гномов, блики света на их броне.