Алексей Гарбуз – Черным по черному (страница 11)
Приводят к повседневным разногласьям —
Селедка-водка или пива и сардин.
Такая работа
Лотки, провода, подвесной потолок,
Рукава на потертых футболках,
Запах пота и пыль окружают меня.
Что поделать – такая работа.
Тянем новый сегмент, коридоры в тени,
Кабинет вышел после ремонта,
От запаха клея и краски мутит.
Что поделать – такая работа.
Наступает обед, запускаю кино,
Через час одолела зевота,
Если что, то я сплю на втором этаже.
Что поделать – такая работа.
Все расчеты верны, ЛВС правит бал,
За неделю окончена квота.
Уставший, голодный бреду я домой.
Что поделать – такая работа.
К завершенью подходит пятничный день,
Через восемь часов уж суббота,
В электричке трясусь, еду я к лошадям.
Что поделать – такая работа.
Год прошел впопыхах, время гонит свой шаг —
Я мотаюсь весь год на два фронта —
Всех почистил, седлаю, сажаю: «Вперед!»
Жизнь такая – такая работа.
Печальная девушка
Разлетаются ноты – дуэт саксофонов,
Ударяются в стекла слезами дождя,
На дорогах перина из листьев осенних,
И кровавое зарево ушедшего дня.
Лесопарки покрылись цветным одеялом,
Остывшие реки бегут под мостом,
Короткие дни опоясались грустью…
И печальная девушка за закрытым окном.
К памяти воспоминаний
Намокшие руки мусолят бумагу
И рвут половинки застиранных слов,
К навязанной памяти воспоминаний
Искрят воспылавшие складницы дров.
Текст режет страницы на полосы света,
Икон обрамляющих в нимбах святых.
Никто не забыт из родных на погосте
У рек серебрённых в обрывах кривых.
А время нещадно стирает мгновенья —
На каждый год жизни по тысяче лет.
Авторский слог пронесен через вехи
Той трудной жизни, в тот сложный век.
Окно сквозь эпоху истории личной
Любовно хранится в семейном кругу,
И в сборнике этом представлено в мере,
Юлой закрутив жизни бег в чехарду.
Я – книга
Тридцать три буквы – вроде бы мало —
Разнообразие тысячи слов,
Сотни страниц, миллион предложений —
Вся моя жизнь на склоне веков.
Обложкой сокрыты пути тех героев,
Которые ждут первый шаг от чтеца.
Я подарю тебе мудрость народов,
Которая прячется в строках письма.
И лишь в этом мире невидящем света,
Я ненавижу всех тех, кто берет
Абзацы и строфы, чтоб урвать себе в лоно 
