Алексей Фёдоров – Партизаны «Деда Якова» действуют (страница 8)

Следует заметить, что командир полка К. Н. Волович в своих отчётах не упоминает о количестве и распределении радиооборудования в подразделениях полка. Исходя из сведений о захвате раций (радиостанций) противником 8 сентября в д. Бородкино, 13 сентября в д. Замушки, перехвате и расшифровке 17 августа радиосообщения о запросе самолёта для вывоза раненых партизан из района оз. Песно43, можно сделать вывод, что радиостанции имелись не в единственном экземпляре. Скорее всего, радиостанции имелись в каждом батальоне. Действительно, исходя из расстояния, передавать и принимать сообщения из штаба фронта, возможности не было. Почему не была организована радиосвязь между штабом полка и батальонами, вопрос пока открытый. Исходя из изученных документов, связь между батальонами осуществлялась посредством посыльных.

Постепенно обосновываясь на новом месте, подразделения полка пополнились небольшими отрядами, действовавшими здесь с начала войны. Штаб 5-го полка установил связь и взаимодействие с партизанским группами института физической культуры им. П. Ф. Лесгафта под командованием Д. Ф. Косицына (27 человек), К. П. Власенко (18 человек), Ю. В. Васильева (28 человек), М. И. Немчинова (25 человек), также с отрядом, оказавшихся в немецком тылу красноармейцев под командованием военфельдшера Жукова (12 человек), двумя отрядами милиционеров под командованием В. Н. Шубникова (25 человек) и А. Г. Казанцева (25 человек), кроме этого, с небольшими местными группами партизан А. А. Таборского (3 человека) и В. В. Марина (7 человек). Партизаны-лесгафтовцы, действуя на территории врага более месяца, собирались выходить в советский тыл. Приказом командира полка выход был запрещён. Взаимоотношения между командованием полка и отдельными партизанскими отрядами были сложными. Небольшие отряды действовали самостоятельно, их личный состав не был включён в состав подразделения полка. Но полной подчинённости достичь не удалось. Безусловно, большинство партизан отдельных отрядов принимали участие в боевых действиях согласно общего замысла и руководства со стороны штаба полка, но имели всегда свой особый взгляд на подчинённость.

Ярким примером такой особенности стало, например, не предоставление возможности передачи радиосообщений от командования полка с помощью рации, находившейся в распоряжении группы Ю. В. Васильева. По мнению К. Н. Воловича, рация этой группы имела гораздо большую мощность по сравнению с имевшимися в распоряжении полкового взвода связи. Сообщения по рации от Ю. В. Васильева регулярно передавались и принимались в Ленинграде, но все попытки отправить по своей рации сообщения от имени 5-го полка пресекались командиром группы Ю. В. Васильевым. Повлиять на него со стороны командования полка так и не удалось. Тем более, что информация, которую просили передать, могла действенно повлиять на разгром многих подразделений врага.

Например, 12 августа в лагерь полка возвратился разведчик В. И. Бахиров, который под видом крестьянина д. Григорьевка, пострадавшего от сожжения деревни, посетил несколько окрестных деревень якобы в поисках пристанища для семьи. Ему удалось посетить даже местное гестапо, видеть лагерь военнопленных и арестованных местных жителей, заметить построение обороны вокруг д. Хредино, в которой располагалось крупное подразделение. Координаты расположения бронетехники врага передали Ю. В. Васильеву, в Ленинград эти сведения он не передал44.

Отношения с местным населением партизанам также выстроить было сложно. Под угрозой расстрела и сожжения деревень, немцы вернули всех жителей их лесных лагерей в деревни. Крестьяне были напуганы, появление партизан вызывало чаще тревогу, а иногда и враждебность, особенно среди финского, эстонского населения и староверов. В секторе действий 5-го полка находилось большое количество эстонских хуторов и деревень, встречались и староверы. Гитлеровцы очень быстро создали среди недовольных советской властью и запуганных крестьян широкую агентуру, которая сообщала немецким властям обо всём, что происходило в деревнях. Расправы после таких доносов проводились очень быстро. Это также сильно влияло на отношение к партизанам. Например, 12 августа жители д. Кочерицы заявили немецким властям, что прибывшие партизаны забрали весь скот в деревне45.

Немцы пытались снизить партизанскую активность путём активного патрулирования дорог, облав и обысков в деревнях. Также уничтожались хозяйственные постройки, расположенные вдали от населённых пунктов, и даже целые деревни, которые могли служить прибежищем для партизан. Например, 11 августа была сожжена заброшенная деревня Пивоварово, постройки которой могли использоваться партизанами46. В качестве акции устрашения по подозрению в укрытии партизан местными жителями и для обеспечения безопасности железной дороги 19 августа была сожжена д. Жулятовка и четыре хутора севернее Торошино47.

А ведь получить самое необходимое – продукты питания партизанам возможно было только от местного населения. Получить информацию о перемещениях и количестве немецких войск с помощью данных разведки тоже не всегда было возможно. Разговаривать и убеждать местное население, работать с ним было необходимо, хотя обстановка была очень сложная.

***

До 14 августа партизаны не вели активных боевых действий. Проводилась работа по устройству лесного лагеря, проверялись все подходы к нему, изучались возможные пути отступления. Взводами разведки велось широкое наблюдение для подготовки возможных мест боевых операций. Пленены и допрошены «языки» из Полицейской дивизии СС (SS-Polizei-Division). Оперативная группа НКВД организовала агентурную разведку, установила связь с местным населением.

В результате разведки было установлено, что противник в постоянном режиме перебрасывает войска и технику по основным шоссе Псков – Луга, Псков – Дубровно – Боровичи и Псков – Порхов, также используя рокадные и второстепенные дороги. Населённые пункты вдоль дорог заняты проезжающими частями и небольшими гарнизонами, несущими службу охраны коммуникаций и тыла.

После проведения анализа обстановки, командир полка поставил перед батальонами следующие общие задачи. В течение недели на выделенных каждому батальону участках вести повзводно и в составе батальона постоянную боевую работу, совершать непрерывные внезапные налёты и нападения из засад, уничтожать живую силу и транспорт противника, расстраивать его порядок передвижения, задерживать переброску войск, грузов и техники. Наносить удары по железнодорожным линиям Псков – Луга и Псков – Порхов. После боевой операции подразделению обязывалось немедленно отходить в лесные массивы и в дальнейшем совершать налёты в других местах.

Повсеместно разрушать линии связи. Полностью запретить движение по промежуточным дорогам путём разрушения мостов, устройства завалов. Выбить немецкие подразделения из населённых пунктов партизанского сектора или вынудить их покинуть деревни. Прекратить движение крестьянского транспорта, вывоз сельхозпродукции, в первую очередь предназначенной в качестве налогов, введённых немецкой администрацией. Очистить населённые пункты сектора от немецкой агентуры и предателей. Задерживать дезертиров из Красной армии.

После проведения постоянных боевых операций в течение недели, отвести передовые отряды на батальонные базы для отдыха, не дав противнику возможности блокировать подразделения и наносить контрудары.

Сосредоточение батальонов необходимо было закончить к 16 августа. Связь со штабом полка предписывалось держать парными связными, используя промежуточные «почтовые ящики». К каждому батальону были прикреплены оперативные работники.

Подразделениям полка определены следующие районы боевых действий.

10-й батальон (командир – лейтенант Ю. А. Бекман, комиссар – старший политрук Н. Ф. Оныщук) должен сосредоточиться в районе д. Кашино, в 6 км восточнее деревень Варницы и Мараморочка. Границы участка: Кашино – Большое Загорье – Хохлы – Подборовье – ст. Торошино – ст. Новоселье – Цапелька – Лежнёво. Основной удар должен быть нанесён по шоссе Псков – Луга на участке Подборовье – Цапелька. Комбат-10 должен был связаться с отрядом лесгафтовцев под командованием М. И. Немчинова, который располагался в районе д. Мараморка, и дать задание действовать на дорогах южнее Кашино.

7-й батальон (командир – лейтенант М. Д. Соболев, комиссар Н. И. Жогин) получил задание расположить базу (командный пункт батальона) в пяти километрах западнее Радиловского озера. Границы участка боевых действий: Подложье – Цапелька – ст. Новоселье (исключительно) – ст. Владимирский Лагерь – Леоново – Маяково – Кочерицы. Основной удар предполагалось наносить по шоссе и железной дороге. Командиру 7-го батальона предписывалось установить связь с батальонами 1-й колонны, которые должны были находиться северо-западнее шоссе Псков – Луга.

В стыке 7-го и 10-го батальонов действовал небольшой отряд Жукова, которому было поручено проведение диверсий в основном на дороге Жабенец – Алексеевка и в окрестностях д. Гористо.

2-й батальон (командир – старший лейтенант А. И. Федотов, комиссар – батальонный комиссар Н. М. Дмитриев) сосредотачивался в 26-ти километрах южнее Радиловского озера в болотном массиве возле д. Лезеница. Участок боевых действий партизан батальона ограничивался шоссейной (на участке Щучья Гора – Загоска) и железной (на участке ст. Локоть – ст. Подсевы) дорогами. Основной удар предписывалось наносить именно по железной дороге Псков – Порхов.