Алексей Фролов – Левиафан. Темный восход (страница 24)

Карн отвлекся от своих мыслей и внезапно осознал, что понятия не имеет, куда его ведут боги. Вел Эрра, и двигался он в направлении оврага под дамбой, или к УВД – направление одно и то же. Тем временем Рокеронтис, самый на данный момент колоритный персонаж их компании, поймал на себе пару недвусмысленных взглядов бравых полицмейстеров, дежуривших на перекрестке. Кажется, бог ночных кошмаров даже немного смутился. Полицмейстеры, судя по всему, тоже смутились, потому что подойти не рискнули. Ну само собой, подумал Карн, потому как два молодых курсантика. Помнил он случай, когда два таких вот козла (относительно той ситуации это самое нейтральное определение) курили в сторонке, наблюдая, как толпа из тридцати человек с переменным успехом мудохает одного пацаненка. Страшно было? Разумеется, да только если ты – реальное ссыкло, то имеешь ли право носить форму? И на кой она тебе вообще? Чтобы малолеток гонять по дворам, да подсасывать из общей кормушки?..

– А мы, собственно, куда направляемся? – решился он наконец. – Эта дорога ведет…

– К УВД, верно, – закончил за него Эрра. Древний бог был настороже, ожидая следующего нападения неведомых врагов. Он периодически тер ладонью о ладонь, шарил цепким взглядом по сторонам. – Митреум рядом.

– Митреум? – удивился Карн. – Ладно, давайте по порядку. Нас тогда прервали, и я не успел спросить – что вообще за сыр-бор? С кем вы воюете и почему им так важно порешить меня?

– Ты нам доверился, так? – Эрра остановился как вкопанный, и взглянул Карну прямо в глаза. Стало жутковато, но парень выдержал его взгляд, тем более, что в нем не было агрессии. Скорее даже наоборот. – Мы не подведем, поможем. Ты все узнаешь, но сейчас не время, потерпи.

Карн в ответ просто кивнул. А что еще ему оставалось? Топнуть ножкой и выкрикнуть что-то вроде «не пойду никуда, пока не объясните»? Учитывая, что ему «посчастливилось» пережить за последние сутки, такое поведение казалось еще более безумным и несуразным, чем все происходящее.

А потом он вдруг понял, куда они идут. Он помнил, что за зданием УВД напротив стелы (парень не раз проходил мимо нее, но так и не удосужился прочитать надпись на бетонной плите) есть неприметная тропинка, ведущая прямо в овраг. Спускаясь по склону, тропинка пробегала через одно любопытное место. Там было что-то вроде небольшого бетонного бункера, целиком скрытого склоном. На поверхности оставалась лишь низкая арка входа, исписанная ублюдочными любителями тупорылых граффити, которые в этом городе были чем угодно, но точно не уличным искусством.

Карн в детстве излазил тут все овраги, просто из интереса. Поэтому бункер открыл для себя давно. Хотя трудно было назвать это место бункером, там было всего одно помещение – ровный квадрат со стороной метра три, с обвалившимся полом и голыми бетонными стенами. Внутри валялись бычки, мусор и, конечно же, было насрано. Жутко насрано. Карн также помнил, что в двух углах бункера, в полу, располагались круглые лазы, которые по идее должны были уводить куда-то вглубь, но на деле оказались завалены породой и всяким хламом.

– Я знаю это место, – сказал Карн. Он почему-то не сомневался, что Эрра ведет его именно туда. – Там бетонный бункер, странный, даже таинственный, но, как мне помнится, ничего сверхъестественного. Тем более центр города. Короче совсем не похоже на Штаб Сопротивления.

Ему шутка показалась уместной. Вот только никто даже не улыбнулся. Быть может, потому что бывают такие шутки, в которых оказывается слишком много правды. Горькой правды.

– Память не подводит тебя, Карн, – отозвался Эрра. – Тебя подводит восприятие. Ты верно почувствовал, что с этим местом связана какая-то тайна. Ты осмотрел его и твои органы чувств показали тебе, что там не может быть ничего необычного – лишь небольшая комната с голыми стенами и обвалившимся полом. Но ты ведь помнишь отверстия?

– Помню, – кивнул Карн. Он мучительно пытался вспомнить другие детали. Ему хотелось самостоятельно разгадать эту задачку, а Эрра, похоже, собирался дать ему готовый ответ. – Но они были завалены, или обрушены. В любом случае прохода там не было.

– На то и расчет, – заметил древний бог. Они уже свернули на улицу, ведущую к стелле, напротив которой располагалась тропинка, сбегавшая в овраг. – На самом деле лазы не закрыты, это иллюзия. Настолько качественная, что ее не каждый бог отличит. Этому месту больше тысячи лет. Мы начали строить такие по всей планете, еще когда шла война, потому что кое-кто уже тогда понимал – нам предстоит затяжное противостояние. Эти укрытия мы называли митреумы, потому что «митра» с авестийского переводится как «согласие». Орден Митры – так мы именовали наш тайный союз. Орден Согласия.

– На самом деле весьма символично, – продолжил Эрра после некоторого молчания. – Потому что впервые за тысячи лет могучие и непреклонные Древние боги объединились. Впервые мы протянули друг другу не клинки, а раскрытые ладони, ибо нам противостоял враг небывалой силы. Тогда мы еще верили, что можем одолеть этого врага. Но минули тысячелетия и надежда покинула нас. Ушла из наших душ и сердец, и больше не появлялась. До сего дня.

Парень поймал на себе внимательный взгляд Рокеронтиса. Впервые за их короткое знакомство бог ночных кошмаров выглядел серьезно. Вряд ли он сам это понимал, но на его задумчивом лице Карн видел именно это – надежду, а может даже веру. Но во что? Во что могут верить боги?

– Мы пришли, – сказал Эрра, остановившись перед распахнутым зевом бункера, из которого воняло еще хуже, чем это помнилось Карну. – Вы знаете, что делать. Парень, не отставай.

Карн огляделся. Ночь плотно смыкала свои тиски вокруг узкой тропинки, по обеим сторонам от которой густо росла бледно-зеленая трава. В траве тут и там виднелось то, что, вероятно, сопровождает человека уже не одну тысячу лет, меняя обличия, но не суть. Это были пустые пластиковые бутылки, сигаретные окурки, обертки от конфет, использованные презервативы, засохшее дерьмо. Карн скривился.

Эрра жестом попросил у Вика зажигалку, скорее для Карна, чем для себя, и шагнул в темноту. Карн, не раздумывая, последовал за ним, хотя это место не вызывало у него никаких положительных эмоций. С одной стороны оно казалось ему холодным, отталкивающим, в нем чувствовалось что-то не свойственное человеческому миру. И в тоже время неодолимое любопытство вздымалось в мятежной душе Карна, его будто тянуло туда.

– Вик, ты первый, – скомандовал Эрра, когда все четверо вошли в помещение. Для четырех человек комнатка оказалась тесноватой. Еще большее неудобство создавал обвалившийся пол, который фактически представлял собой сетку из бетонных перекрытий, под которой зияли черные ямы, переполненные отбросами и нечистотами.

Каково же было удивление Карна, когда Вик непринужденно подошел к круглому лазу, располагавшемуся в дальнем правом углу помещения, обернулся, кивнул ему в неверном свете бензиновой зажигалки, подобрал полы плаща и просто прыгнул вниз.

Карн тихонько ахнул. Он осторожно подошел к отверстию в полу, Эрра следовал за ним, держа зажигалку высоко над головой. Парень заглянул в круглый провал диаметром не больше метра и увидел только глину, песок и немного мусора. Ход, если он там вообще был, казался заваленным. Он обернулся.

– Давай уже, – нетерпеливо поторопил Рокеронтис. – Тебе же сказали, это иллюзия. Мера предосторожности. Самая, как оказалось, эффективная. Церберы, понимаешь ли, привлекают слишком много внимания своим лаем!

Карн улыбнулся и одернул себя. Действительно, чего тупить то? Он уже и так поставил на этих ребят, не довериться им сейчас, после всего случившегося, было бы действительно глупо. Поэтому Карн выдохнул и прыгнул в лаз. Он еще успел удивиться, как же Эрра со своими габаритами вообще пролезает в это отверстие? А потом его захлестнуло чувство свободного падения, и темнота сомкнулась вокруг.

Глава 8. Митреум

Он падал не дольше одного-двух ударов сердца. Когда ноги коснулись пола, Карн чуть пошатнулся, удерживая равновесие, открыл глаза и обнаружил, что темнота сменилась фосфоресцирующим зеленоватым свечением. Он будто прошел сквозь пелену овеществленного тумана, на секунду поглотившего все ощущения. Теперь мир снова обрел краски, звуки, запахи.

Он стоял посреди небольшой квадратной комнаты, все поверхности которой были сложены из грубо обработанного камня, выщербленного и потемневшего от времени и влаги.

– Это известняк, – Вик, стоявший в двух шагах от Карна, проследил за его взглядом. – Хороший проводник. Весь митреум изнутри обложен известняком, а с внешней стороны – гранит. Между плитами известняка и гранитной кладкой – полметра кварцевого песка с высоким содержанием свинца.

– Чтобы экранировать, – кивнул Карн. – Я понимаю, о чем ты. По тому же принципу построена Великая пирамида в Гизе.

– Верно, – согласился Вик. Он в отличие от Эрры и Рокеронтиса совсем не удивлялся познаниям Карна. Или делал вид, что не удивляется. – Только сейчас тебе лучше сделать шаг в сторону.

– Чего? – Карн шагнул вперед быстрее, чем понял, что от него требуется. За его спиной из круглого отверстия в потолке вывалился Эрра. Бог мягко приземлился, чуть согнув ноги в коленях, и отошел, уступая место Рокеронтису.