алексей FreierWolf (ВОЛЧАРА) – Модельер (страница 1)
алексей FreierWolf (ВОЛЧАРА)
МОДЕЛЬЕР
Эпизод 1
Меня зовут Аки Маэда, я из бедной семьи. Мать была швеей, а отец строитель, но однажды он упал с высоты и сломал ноги, и повредил позвоночник, после чего его вывели на копеечную пенсию, поэтому мать тянула всю семью одна, но денег не хватало. Я одевался в то, что нам отдавали соседи, и очень часто пользовались талонами на бесплатную еду, по этой же причине в младшую школу я пошел в бюджетный класс, то же самое и со средней школой. Я помогал семье, как мог, уже в пять лет, я помогал в соседней закусочной, мыл посуду, убирал со столов, а когда все уходили, то мыл полы. А еще я подрабатывал на текстильной фабрике принадлежащей семье, живущей в роскошном особняке, недалеко от нашего поселка, но это трудно было назвать поселком, так как он почти был в городе, а вернее обычный пригород. Швейная фабрика, на которой работала, моя мать всегда была в поселке, и практически весь поселок работал на фабрике. Хозяин жил где-то в городе, но вскоре построил себе особняк рядом с поселком, но воспользовались еще несколько богатеев, и рядом с поселком вырос элитный поселок с шикарной инфраструктурой, которая конечно зацепила и наш поселок. Был построен детский городок, небольшой парк с фонтанами, а так же вдоль реки, что разделяла наш поселок с богатым. Была сделана очень красивая набережная со скамейками и тропинками, где я и повстречал девочку. Она сидела на скамейке с альбомом, и что-то рисовала. Я перебегал с одной работы на другую, и сев рядом с девочкой достал бутерброд, хотел перекусить. Я ей не мешал, и сидел на другом конце скамейки.
- Убирайся, - вдруг закричала она.
Я дожевал откушенный кусок.
- Почему я должен убираться, я же тебе не мешаю, - сказал я, и снова откусил небольшой кусочек.
Девочка соскочила со скамейки, и подойдя ко мне ударила по руке, выбив бутерброд.
- Пошел вон! – закричала она.
- У тебя что-то случилось, нельзя же кидаться на людей вообще-то. Этот бутерброд вся моя еда на сегодня, - сказал я.
Девочка смотрела на меня дикими глазами. Я слез со скамейки, и подобрал остатки бутерброда, и, сложив их обратно в сумку, поклонился, (так всегда делать велела мне мама), побежал дальше. Сегодня мне очень повезло, в кафе где я подрабатывал, мне отдали несколько куриных ножек, и я их с удовольствием съел.
Я очень часто бегал с работы на работу, и очень часто видел эту девочку. Я останавливался, и потихоньку обходил ее стороной, прижав сумочку с бутербродом к груди. Она тоже все провожала меня взглядом, но однажды она вдруг крикнула: «Стой!». И девочка спрыгнула со скамейки, и подошла ко мне.
- Чего тебе? – прижимая рюкзак к груди, сказал я.
- Держи, - сказала девочка, и сунула мне небольшой бутерброд.
- Спасибо, - сказал я, и поклонился.
- Меня зовут Хана Накимура, я часто здесь сижу, у меня нет друзей, так что если будет время, приходи, - сказала она.
- Я Аки Маэда, но у меня обычно мало времени, я подрабатываю в кафе, если хочешь, то можешь приходить туда, там очень хорошо и светло, - сказал я.
- Хорошо, я приду, - сказала Хана, и снова ушла на скамейку, а я побежал дальше.
У хозяйки кафе была дочка моих годов, ее звали Рин, она иногда мне помогала, но у нее и без меня было много дел. Однажды Хана пришла в кафе.
- Привет, - подойдя ко мне, сказала она.
При ней был альбом и карандаши.
- Проходи, вон там есть очень хорошее место, с него очень красивый вид на речку и озеро, а еще там прохладно, - сказал я, но к нам подбежала Рин.
- Кто это, твоя подружка? – спросила она.
- Да нет же, мы познакомились у речки, она всегда одна, вот я ее позвал сюда, - сказал я.
- Я Рин, если что нужно, говорите мне, - сказала Рин, и ушла, а Хана села в угол террасы и начала что-то зарисовывать.
Я продолжал работать, но Рин иногда подходила к Хане и о чем-то спрашивала, но та была всегда холодна, и отвечала в очень грубой форме, но Ран привыкла к такому обращению. А вернее вообще не обращает на это никакого внимания. У меня освободилось немного времени, и я подошел к
Хане.
- Что ты рисуешь? – спросил я.
- Природу, мама сказала, что если я буду хорошо рисовать, то может исполниться моя мечта, - сказала Хана.
- А о чем ты мечтаешь? – спросил я.
- Я хочу стать модельером, - заявила Хана.
- Круто, а я вот хочу стать поваром, и открыть свое кафе, - сказал я.
Хана засмеялась.
- Что еще ждать от нищеброда, - сказала она.
Я пожал плечами, и побежал работать дальше, тем более что хозяин кафе позвал ему помочь.
Вот так мы и подружились. Но как оказалось, что у Ханы кроме нас друзей больше и не было. Хана часто приходила в кафе, и всегда садилась на одно и то же место, и если оно было занято, она дожидалась, когда освободится столик, а потом занимала, и ждала меня или Рин. Иногда она приходила даже раньше меня, но всегда дожидалась, и только тогда заказывала сок и кусочек тортика, а затем демонстративно ела, но мы на это не обращали внимания. И так продолжалось до того момента, пока мы не пошли в младшую школу, но даже после этого, я продолжал бегать на работу, иногда я даже помогал повару, делая разные салаты, мне разрешали готовить и первые блюда, и они у меня неплохо получалось, даже нравилось хозяину. Так продолжалось все шесть лет, пока мы учились в младшей школе, и даже в средней все шло примерно одинаково, особо никаких происшествий не происходило, так небольшие разборки из-за Ханы. За шесть лет она так и не нашла себе друзей, а у меня с Рин наоборот, с нами дружили практически все, а Хану это бесило, и она делала небольшие подставы, из-за чего и случались небольшие эксцессы, но все стихало. Все понимали из-за чего и почему. Все произошло очень быстро, на втором году обучения в средней школе. Хана стала победителем на выставке моделей, ее тут же стали приглашать в разные агентства, и она задрала нос еще выше. Но как оказалось, я, помогал ей в рисовке моделей, мне было просто интересно, я подрисовывал то ремни, то галстуки, то обрезал юбки, иногда делал так, что юбки я резал и распускал на нитки, а затем подрезал в разных моделях. Я хоть и помогал Хане, но за это постоянно получал подзатыльники от Рин, сам не зная почему. Но хана после победы на фестивале совсем разрушила с нами любые отношения, а продолжали работать в кафе. Вскоре меня назначили помощником повара, а в середине средней школы, я уже был вечерним поваром, и готовил блюда для тех, кто ел дома, многие заказывали ужины на всю семью, мне очень нравилось. Хана заходила очень редко, в среднюю школу она поступила в спецшколу для девочек, и жила в школьном общежитии, после первого успеха, она пыталась создать еще один альбом. Но ее модели даже не прошли классификацию, хоть ее отец пытался подкупить судей, но ничего не вышло, только добавил укоров и недобрых обсуждений в адрес Ханы. Но для нее все было без разницы, она как будто специально все делала на зло своей семье, хотя ей очень нравилось создавать модели. И она после неудачи снова стала приходить в кафе, и спрашивать у нас нравятся нам или нет, я естественно предлагал доделки, и Хана все перерисовывала, таким образом, она снова победила, и как всегда больше не появлялась. Но случилось кое-что очень плохое. Отцу становилось все хуже и хуже, и к концу обучения в средней школе, он умер, на похороны практически никто не пришел, были только я, мама, дедушка со стороны отца, и Рина.
- А ты чего пришла? – спросил я.
- Чем больше людей помолится за его душу, тем душе легче покинуть землю, - сказала она.
Перед тем, как дедушка уехал, он сказал, что если что, мы приезжали к нему. И вскоре нам пришлось воспользоваться его предложением. Все произошло на каникулах. Хана была звездой, и за ней стали ухаживать разные парни, один из них был главарем местной банды. Я его прекрасно знал, да и все, кто был в его банде тоже, мы же росли все вместе. Я тоже был ей околдован, она была очень красивая, и однажды я признался ей, и предложил стать моей девушкой. Мне казалось, что я был ей не безразличен, но сильно ошибся, она смеялась мне в лицо, оскорбляя всякими плохими словами, и это видела почти вся школа. Мне было очень обидно, могла бы просто отказать и все.
Однажды я возвращался с работы, и как обычно шел вдоль реки, под мостом как обычно сидели парни. Я их всех знал, и всегда здоровался, они тоже всегда махали в знак приветствия, но тут меня позвали, и я спустился к ним. Меня сильно удивило, на коленях у главаря сидела Хана.
- Представляешь, этот недоделанный, хотел со мной встречаться, - смеясь и слазя с колен, сказала Хана.
Она медленно подходила ко мне.
- Нет, так нет, зачем на всю школу то орать, - спокойно сказал я.
И в это время, кто-то крикнул: «Только не по лицу». Я оглянулся на крик, и в это время мне по голове прилетела бита с гвоздями, и я потерял сознание.
- Ты что дура, тут же камеры кругом.
- Ненавижу его, всю жизнь об этом мечтала, - сказала Хана, но все уже разбежались.
А я валялся прямо на тропинке, у меня сняло половину лица, а так же гвоздем вырвало глаз. Удар был очень сильным. Я лежал весь в крови, двое парней вернулись и вытащили меня на тропинку, и вызвали скорую. Это меня и спасло, но денег у нас было мало, и как только я пришел в себя, меня выписали. Все дни и ночи со мной сидела Рин, и даже когда меня выписали домой, то и дома за мной ухаживала. Я лежал несколько дней, но надо было работать, хоть половина головы была перемотана.