алексей FreierWolf (ВОЛЧАРА) – Чистильщик (страница 2)

– Вот и хорошо, – подумал я.

Не надо будет прятаться, и смело пошел по дороге к горе, вершина, которой уже маячила в далеке.

Я шел уже несколько дней, когда услышал, что меня кто-то нагоняет, были слышны топот нескольких десятков лошадей. Я естественно спрятался, и переждал нагонявших, мимо меня проехали несколько карет и пара десятков солдат. Я сидел как мышь, и как только все стихло, я вылез из своего убежища. С этого момента я шел осторожнее, стараясь держаться около леса.

Настала ночь, я как обычно забрался на подходящее дерево, и заснул, но под утро меня разбудил странный ветер. Я открыл глаза и увидел, что по небу летит огромная тень, она пролетела в один миг, и, глядя вдаль, я увидел, что где-то далеко в небо взвилась молния, а темноту озарили красные огненные языки. Бой длился до утра, и вскоре все стихло, а огромное чудовище улетело. Я собрался и пошел дальше по дороге, и ближе к вечеру я увидел чудовищную картину, кругом валялись кучи обгорелых трупов, разбитые палатки и кареты, кругом стоял запах горелый плоти. Я осторожно стал обходить все, что предстало моему взору, и тут я увидел девочку, которая молча гладила по голове труп какой-то женщины. Я подошел поближе и увидел, что у девочки сильно обгорели ноги и руки, на одной руке не было пальчиков, по всей видимости, ей было столько же лет, как и мне.

Увидев меня, она молча показала обгорелой рукой на мой меч, на ее лице не было ни страха, ни боли, даже не было слез. Она точно знала, что умирает, и, показав на мой меч, попросила сделать это побыстрее, не говоря ни слова.

– Я помогу тебе, – вдруг сказал я, а девушка удивилась, кивнув головой.

Но потом ее глаза закатились, и она упала в обморок, а я подошел и попытался влить ей, давно приготовленный эликсир, но разжав рот, я увидел, что она пыталась убить себя, и закусила язык. Ее рот был полностью залит кровью, и она уже там свернулась, я вычистил все, и, добавив в эликсир сонное зелье, влил ей прямо в горло, и помог ей проглотить. Ее тело стало немного расслабляться, и я достал мазь из цветов Орголуса, ее было немного, но мне было не жалко. Сначала я смазал язык, который сразу стал срастаться, а затем, достав хвост дикого кролика, стал смазываться обгорелые части тела, но мне пришлось обрезать подол ее платья, а так же обгорелые рукава. Она осталась только в топике и трусиках, которые тоже были обгорелые, были места, где ожоги были до кости, с этими местами были очень сложные, я собрал толстые листы зуровника, срезав с них колючую сторону, обмотал всю девочку, и, нарвав тряпок, прижал листья к телу. Они были сильным обезболивающим и антисептическим действием. Я отнес ее в лес подальше от места трагедии, сделал небольшой мостик, куда и уложил девочку, а затем сделал над ней палатку, и пошел искать все, что осталось целого, но была еще одна вещь. Я стаскал остатки трупов в кучу, и запалил огромный костер, труп женщины я закопал рядом с дорогой. Обыскав всех, я собрал довольно неплохую сумму денег, а так же нашел много дорогих украшений. Я не хотел их присваивать себе, а отдал бы девочке, мертвым деньги не нужны, думал я, а ей они могут пригодиться в полусоженной карете. Я нашел хорошо сохранившийся сундук с одеждой, там была как взрослая, так и детская одежда, и я сразу понял, что это сундук этой девочки. Среди одежды были платья и один брючный костюм из какого-то очень дорогого материала, он был черного цвета с красными вставками, а по размеру явно был на девочку, но и мне он бы подошел неплохо, я оставил его на всякий случай.

Эпизод 3

Я развел костер и начал готовить еду, а еще я делал сиденье рюкзак из оставшихся от разбитых карет досок, и разного материала. Получились очень даже неплохие носилки для переноски сидячих, из вожжей я сделал лямки, чтобы нести носилки за спиной, а так же несколько веревок для привязывания человека к этому устройству, больше похожему на стул. Из остатка сиденья кареты, я смастерил неплохую подушку под задницу, и, закончив работу начал варить суп, но меня сильно беспокоило то, что мертвые лошади начинают гнить, и запах может привлечь хищников. Несколько штук я сжег, но их было полно в лесу, их я сжигать не стал, мог поджечь лес, да, и раскиданы они были на довольно большом расстоянии, в разных сторонах.

Я примерно знал сколько продержится эликсир с сонным действием, и ждал, когда девочка очнется, и вскоре она немного застонала, но потом все прекратилось. Я заглянул в палатку, и увидел удивленные глаза девушки, рассматривавшие руки и ноги, замотанные в листья.

– оэуыа уэа, – вдруг сказала девочка.

– Прошу, не говори, язычок только-только сросся, и пока он онемевший, будь крайне осторожна, у меня осталось очень мало восстанавливающей мази, а мне еще пальчики надо отрастить, и несколько участков с горелыми мышцами, – сказал я.

Девочка кивнула, и склонила голову. Вдруг она встрепенулась, и снова начала акать.

– А, а, – показывая на обрезанное платье, и на трусики, краснея, акала она.

– Я нашел твои вещи, – и я достал из мешочка все, что собрал с карет.

Девочка обняла одежду, и исподлобья посмотрела на меня.

– Ма ма, – вдруг сказала она, глядя в сторону места трагедии.

– Женщину я похоронил, а остальных сжег, но сохранил их медальоны, а еще нам надо убираться отсюда, скоро могут сюда придти дикие животные.

И я показал мое изобретение девочке, она заплакала и кивнула.

– Не плачь, все будет хорошо, я постараюсь вернуть тебя домой, но сначала мне нужно набрать кристаллов и получить благословение от камня. Если хочешь, я возьму тебя с собой, но только с одним условием, ты никогда и никому не расскажешь о пещере с кристаллами, – сказал я.

Девочка на минуту задумалась, а потом подняла голову и уверенно кивнула головой.

Я усадил ее на стул и привязал ее веревками, ей было больно, но она терпела, хоть я и заменил все листья здравника.

Мы еще раз молча поклонились погибшим и выдвинулись к горе, до нее было всего пару дней пути, но я шел с грузом и поэтому шел медленно. Первый день было все спокойно и мы, добравшись до поворота к пещере, очень плотно поужинали, и я затащил девочку на одно из деревьев, где нашел заброшенное гнездо, там мы очень даже неплохо выспались.

Утром я сменил на девочке листья, убрав половину, ведь там где были слабые ожоги, все уже заросло, и была хоть пока и тонкая, но кожа. Я уже хотел ее снова привязать, но она как-то крутилась и держалась за живот, я почему-то сразу понял, что она хочет в туалет, и зайдя за куст, я приготовил ямку, с краев которой я положил две дощечки, приготовленные заранее. Они мне просто понравились, вот я их и взял, они отлично пригодились, я принес туда девочку и показал на ямку, она все поняла.

– А, а, а, а, а, а, – показывая, чтобы я немедленно ушел, сказала девочка.

И я немедленно скрылся за кустами, на всякий случай я нарвал ей широких листьев, и оставил бурдюк с водой, ведь она девочка, а я не знал, что ей нужно для туалета.

Она была там довольно долго, но вскоре я услышал «А, а, а», кричала девочка, и я вернулся на то место, где ее оставил. Она уже сидела на стуле переноске, и держала в руках бурдюк с водой и две дощечки, которые тут же сунула мне в руки, а на месте ямки, была огромная куча листьев и веток.

– Если снова захочешь в туалет, не стесняйся и говори мне, терпеть нельзя, и можешь просто взять себя обеими руками за животик, и я сразу все пойму, – сказал я.

Девочка тут же кивнула головой. Мы выдвинулись в лес, но, как и говорили старики, чем ближе мы подходили к горе, тем чаще стали появляться более сильные чудовища. Я бы без труда с ними справлялся, если бы был один, но девочка стесняла меня в движениях. Иногда мне приходилось запрыгнуть на деревья и закрепить там ее, а уж только потом вступать в бой, но иногда я бился с ней за спиной, нам везло только в одном, чудовища встречались по одному, только один раз, перед самой пещерой, попалась стая волков, но ее недавно кто-то потрепал, но она все равно была довольно большая и нас окружили. Я не успевал добежать до деревьев, и поэтому достал меч, и встал в стойку. Вдруг за спиной что-то сверкнуло, и пять волков пытающихся напасть сзади, поджарились, остальные стали отходить и вскоре бросились на утек.

– Ты можешь пользоваться магией? – спросил я.

Но мне никто не ответил, я испугался и быстро скинул сиденье. Девочка была без сознания.

– Что? Что с тобой?– кричал я.

Но тут она открыла глаза, они были как будто потухшие.

– Ты что, истратила всю свою манну? – заорал я, и стал быстро искать восстанавливающее зелье.

Я торопился и волновался, из рук почему-то все падало, а девочка молча смотрела на это все, и улыбалась.

– Вот же дура, вот же дура, – говорил я.

И вот я нашел то, что искал, и в одно мгновение влил все содержимое в рот девочки. Этого зелья было мало, потому что у меня не было магической предрасположенности, и я держал просто так, но тут оно пригодилось как никогда. Кстати девочка стала приходить в себя.

– Зачем ты это сделала? У тебя еще ни силы, ни кровь не восстановилась, и зачем сразу всю манну выпускать? Ты что не умеешь ей пользоваться? – орал я.

– А я, тя, тя, – вдруг сердито сказала девочка.

– Что еще за тя, тя? Я знал, что они сзади и готовятся напасть, я просто ждал удобного момента, чтобы отскочить и ударить мечом. Ты же видела, у них нет главаря, и большая их часть сильно поранены, они бы ни стали нападать, – крикнул я, поняв, что она хочет сказать, что защитила и меня, и себя.