Алексей Фомин – Возвращение великого воеводы (страница 38)

– Каким?

– Предательство!

– Да как ты смеешь… Я… Я…

И Сашка начинал длинно и путано объясняться, оправдываясь и приводя какие-то доказательства в свою защиту. Внутренний голос ненадолго умолкал, но через какое-то время все повторялось вновь.

Вельяминовскому отряду пришлось отправляться из Несебра в несколько очередей – найти сразу нужное количество кораблей, способных вместить всех людей и лошадей, было невозможно, поэтому процесс отправки растянулся больше чем на две недели. Во главе каждой, возвращавшейся домой партии Сашка ставил опытного, доверенного человека, а воинам выдавал в награду за службу поистине царское жалованье – по четыре золотых на брата. С одним из кораблей ушел старшим Гаврила Иванович Безуглый. Последней на большой торговый корабль загрузилась вельяминовская домашняя сотня. А вместе с ними отправлялись домой великий воевода, Адаш и Ольга со своим дворецким Епифанием.

Капитаном корабля был старый грек – худой, скрюченный годами и, видимо, болезнями, с лицом, кожа которого походила на дубовую кору, и голосом надтреснутым и сиплым из-за постоянных попыток перекричать стихию. Не один десяток лет бороздил он моря, водя корабли из порта в порт, и если уж кого и называть старым морским волком, то именно его. По крайней мере, так показалось Сашке после знакомства с этим человеком. Одного взгляда на старого капитана ему было достаточно, чтобы почувствовать – должно произойти нечто невозможное, чтобы помешать им благополучно добраться до Кафы.

Сашка в очередной раз спустился в каюту к Ольге, стараясь развлечь ее, но ей не хотелось, чтобы он видел ее такую – испуганную, измученную, изжелта-зеленую, и она вновь прогнала его, заверив, что чувствует себя неплохо и просто хочет пока побыть в одиночестве. Сашка поднялся на палубу, где почти сразу же столкнулся с Адашем.

– Государь, – сообщил тот, – капитан говорит, что уже виден крымский берег.

– Отлично, – обрадовался Сашка. Значит, скоро конец Ольгиным страданиям. – Пойдем на нос, поглядим сами.

Они прошли по палубе вперед, но, как ни вглядывались в горизонт из-под приставленных ко лбу ладоней, даже намека на берег не увидели.

– Не вижу я никакого берега, – недовольно пробурчал Адаш.

– Капитану видней, у него впередсмотрящий на мачте сидит, – философски заметил Сашка. – Я берега тоже не вижу, хотя две какие-то точки прямо по курсу разглядел.

– Какие еще точки? Где? – вновь буркнул Адаш.

– Ну вот же, гляди… Как две маленькие мошки прямо перед нами.

– Ничего не вижу…

– Пойдем к капитану. Ему сейчас впередсмотрящий доложит, что видит два корабля.

Капитан стоял на баке, рядом с рулевым, держащим румпель.

– Два корабля впереди, прямо перед нами, – сообщил капитану Сашка, когда они с Адашем поднялись на кормовую надстройку. Капитан, соглашаясь, покивал головой. – Что за корабли? Курс менять не придется? – засыпал он капитана вопросами.

– Пока непонятно. Подойдем чуть ближе.

И тут что-то проорал с мачты впередсмотрящий. Еще один матрос взбежал на бак и продублировал донесение впередсмотрящего. Капитан удивленно хмыкнул, округлив глаза и скривив губы.

– Что такое? – поинтересовался Сашка. По реакции капитана он понял, что информация, полученная от впередсмотрящего, показалась капитану как минимум странной.

– Пройдем на нос, посмотрим сами, – предложил он Сашке и Адашу.

Теперь это были уже не точки, а два маленьких белых перышка. А за ними теперь уже была видна и черная линия берега. Признаться, Сашка смотрел не столько на горизонт, сколько на капитана. Уж больно ему не понравилась его реакция на сообщение впередсмотрящего. Несколько минут капитан пристально глядел вперед, пока не вымолвил:

– Да. Это дромоны[21].

– Что? – не понял Сашка.

– Ромейские боевые корабли, – пояснил ему Адаш. – Мы их все в Золотом Роге ждали, а они вот где. У самых берегов Крыма.

– Так война же закончилась… – как-то не очень уверенно произнес великий воевода. – Если они не вышли в море во время осады Царьграда, то что они делают здесь и сейчас?

Старый грек вновь скривил губы и помотал головой:

– Флот базилевса уже несколько лет не выходил в море по военной надобности. Они выходят в море, лишь только когда им заранее заплатят либо укажут на верную богатую и легкую добычу. А тут целых два дромона… Кто-то им, видимо, очень хорошо заплатил. Надеюсь, это не нас они ждут. – Теперь настала Сашкина очередь мотать головой и кривить губы. – Хотя… Нас не нас… Если уж они вышли в море, то вряд ли пропустят мимо себя богатого купца, не попробовав ощипать с него перья. Катапульты в ход они пускать не будут, чтобы ненароком не отправить нас на дно с нашим товаром. Эти глупцы не знают, что товар, который я везу, это воины царя Тохтамыша. – Капитан хрипло рассмеялся. – Надеюсь, государи мои, что вы и ваши люди готовы к встрече с этими разбойниками?

– Я уже сорок семь лет и зим готов ко встрече со всякого рода разбойниками, будь это на земле, на воде, на небесах или в аду, – попробовал мрачно пошутить Адаш.

Теперь уже были различимы и корпуса кораблей, обрамленные порхающими веслами, как ресничками. Паруса же исчезли с мачт. На дромонах явно заметили добычу и из режима рейдирования переключились в режим атаки.

– Да, – хрипло констатировал капитан, – пытаться уйти от них бессмысленно. Их скорость гораздо больше нашей. Думаю, они будут брать нас на абордаж. Мне надо торопиться – необходимо отдать команде соответствующие распоряжения. – Он достал из нагрудного кармана свистульку и издал с ее помощью длинный, переливчатый, тревожный свист. Еще не закончив свистеть, он, увидев выбегающих на палубу матросов, старческой трусцой поспешил на корму.

– Поспешу и я, государь, – сказал Сашке Адаш. – На каждом из этих кораблей по сто пятьдесят воинов. Не так уж чтобы и много для нас, но скоро они уже будут здесь. Надо успеть облачиться в доспехи.

– Хорошо, – соглашаясь с ним, кивнул Сашка.

– Государь, ты бы тоже спустился вниз да облачился в броню.

– Хорошо, – вновь кивнул великий воевода, продолжая неотрывно следить за приближающимися дромонами.

– Я понимаю, что триста человек против нашей сотни – это немного. Да еще матросы на нашей стороне. И у каждого из них – добрая дубина и тесак за поясом. Великая сила, – вновь попробовал пошутить Адаш. – Но… Спустись, государь, надень броню.

– Ну и прилипчивый ты, как… – дальше продолжать Сашка не стал, сорвавшись с места и бегом направившись вниз, в свою каюту.

Адаш, довольный тем, что наконец-то уговорил своевольного мальчишку хотя бы чуть-чуть поберечься, тяжелой рысцой направился вслед за ним.

Когда Адаш орал громовым голосом: «Боевая тревога!» – Сашка уже облачался в доспехи. Он хотел было позвать на помощь кого-то из бойцов, но Ольга остановила его.

– Не надо, я сама тебе помогу. – Затягивая ремни на спине, осторожно спросила: – Тимоша, это очень опасно?

– Нет, милая, – постарался успокоить он ее. – Сущие пустяки. Оставайся в каюте, но… Если вдруг в каюте появится вода, беги вверх, на палубу.

Она грустно улыбнулась:

– А зачем? Я все равно плавать не умею.

– Вот и ладно. Значит, сиди здесь и жди меня.

Все нутро корабля наполнилось тяжелым топотом ног, громкими голосами и звяканьем оружия и доспехов. Даже кони в трюме заволновались, словно чуя приближающуюся опасность. Великий воевода в общем потоке бойцов, спешащих наверх, поднялся на палубу. Там Адаш уже расставлял людей и давал им указания, как действовать в предстоящем бою. Сашка прошел на нос. Дромоны были уже совсем близко, метров двести пятьдесят – триста.

У него не было никаких сомнений, что не кто иной, как слуги дьявола оплатили и отправили в рейд эти два боевых корабля, простоявших всю войну на Родосе и даже не подумавших защитить своего базилевса. Теперь же они караулят именно его, великого воеводу. «Рыбасоиды», не сумев захватить его живьем в Несебре, решили больше не рисковать и действовать наверняка. А что может быть вернее, чем отправить человека на дно вместе с кораблем, на котором он находится? Но если это так, то капитан ошибается. Не будет никакого абордажа. Они не будут грабить купца. Им и без того достаточно хорошо заплатили. Дромоны постараются пустить их на дно быстро и надежно. Что называется, с гарантией. Наверное, будут обстреливать из катапульт с безопасной дистанции. Или… Придумают, что-нибудь еще из этой же оперы. Но… В таком случае, доспехи из средства защиты превращаются в камень на шее, гарантированно утягивающий на дно. Именно поэтому, а не из-за мальчишеской бравады Сашка столь долго раздумывал, когда Адаш настаивал, чтобы он надел доспехи.

Внезапно дромоны уменьшили скорость сближения с их кораблем. Правый стал забирать вправо, а левый влево. Не понимая сути этого маневра, Сашка бросился на корму к капитану.

– Капитан, вы видите, что они делают?! – прокричал он еще на лестнице, ведущей на кормовую надстройку.

– Да, – коротко ответил тот. Судя по выражению его лица, этого маневра от дромонов он не ожидал, и положительных эмоций он у него не вызвал. Капитан громко прокричал своим хриплым каркающим голосом какую-то команду, и тут же матросы, до того стоявшие в ожидании на палубе, полезли на мачты. – Я приказал поставить больше парусов, – пояснил он Сашке. – Теперь наша единственная надежда – это скорость. Если Посейдон будет милостив к нам, мы достигнем какой-нибудь безопасной бухты раньше, чем дромоны нас достанут.