14 сентября поутру приехал в Теплиц Император Николай и король прусский Фридрих-Вильгельм с жёнами и свитою. Вокруг пьедестала памятника были воздвигнуты 4 мачты с флагами русским, австрийским и прусским. На последнем все флаги были вместе. Поставленные на часах старые гвардейцы от торжественного момента вытирали слёзы. Потом все общество посетило поле Кульмского сражения. Затем Император Николай выехал в столицу Богемии город Граджин, где продолжались смотры войск. Затем он посетил Вену и вдовствующую императрицу, и княгиню Меттерних. По окончании дипломатических переговоров было принято решение о присоединении бунтующего города Краков к Австрийской империи. Николаю Павловичу было донесено, что поляки во время поездки готовили покушение на Императора, и он ответил их правителям: «…при малейшем возмущении я прикажу разгромить ваш город, я разрушу Варшаву и уж, конечно, не отстрою её снова».
В октябре внезапно в Петербурге умирает почт-директор Константин Булгаков, близкий друг Воронцова. Тот получил известие, в дороге находясь в Крыму. Вот как он писал Киселёву: «…едва прибыв из Крыма, я вынужден вечером отплыть в Ак-мечеть, у меня тяжело на сердце <…>
Большой парад в Калише. Худ. Карл Густав Рехлин.
Я не могу свыкнуться с мыслью, что в Петербурге больше нет того прекрасного друга, который представлял для меня половину этой столицы». В конце года Воронцов сообщает Киселёву, что готов взять 19-летнего сына Александра Булгакова к себе адъютантом, после того как он получит звание лейтенанта. Этим и большими дождями в Одессе кончается год. Генерал-губернатор Михаил Воронцов, занимается различными делами в том числе выборами судей на разных своих территориях.
Наступил очередной 1836 год в городе Одесса. Генерал-губернатор Воронцов по итогам прошлого года награждает чиновников канцелярии за выслугу лет «Новороссийскаго и Бессарабскаго губернаторств». Другим служащим он выдаёт «знаки отличия безпорочной службы». С начала года по указанию Министерства финансов Воронцов вынужден был заниматься овцеводством, и выписал из Испании баранов мериносной породы. Занимались этим немцы Иоган Миллер и Вельгельм Рувье. В самом городе он приказывает изготовить «оградную железную решетку» от Городского Сада по Дерибасовской улице. На территории старого базара приказал построить для торговцев открытые лавки. Из Феодосии графу Воронцову пишет губернатор Казначеев, который встретился с керченским купцом Карлом Томазини, заключил контракт, и составил смету на постройку Ялтинской церкви. Он просил на это строительство финансирование «прошу Ваше Сиятельство по обещанию своему, ссудить нам для церкви денег».
В мае Воронцов получает от виноградаря из португальского города Опорто большое количество виноградных лоз и «приказал из их числа уделить Магарачскому заведению 800 лоз для посадки на плантации». В перечне были сорта: «Эль Бостардо», «Донзелино де Кастелло», «Тинто да Минха». «Пепиньере ду Люксембург» и другие.
Далее генерал-губернатор М. С. Воронцов летом этого года на пароходе «Пётр Великий» и военном корвете «Ифигения» по указанию Государя совершил плавание вдоль восточных берегов Азовского и Чёрного морей для обзора новых территорий, которые должны в дальнейшем войти в состав Российской Империи. Для начала Император Николай Павлович через Правительствующий Сенат повелел учредить «правила о торговле с Черкесами и Абазинцами». Всю эту торговлю планировалось поручить Керчь-Еникольскому губернатору полковнику князю Захару Семёновичу Херхеулидзеву бывшему адъютанту Воронцова. Он так же вместе с Воронцовым подавлял чумной бунт в Севастополе несколько лет ранее. Скорее всего, весной Генерал-губернатор отправляется из Одессы в Феодосию и оттуда в Керчь. Он встречается с промышленниками, торговцами и купцами которые ранее занимались этой деятельностью и всячески уверяет их продолжить эти занятия в следующие года. Эти торговые люди готовы были «торговать на свой риск в одном или двух пунктах», а на данное время не было такой возможности, так как отсутствовали наши войска на части побережья. Михаил Семёнович отправляет письмо Императору, в котором предлагает в первую очередь восстановить и наладить сношения с черкесским князем Мехмет Индар-Оглу (исповедавшего христианскую религию), земли которого находились в долине реки Пшад. Наши войска генерал-майора Алексея Александровича Вельяминова ранее заняли Геленджик, впервые перевалив Кавказский хребет из Абинской крепости. Вельяминов неоднократно предлагал Николаю Павловичу строить укрепления на занятых землях и заселять их казаками. Сделать полную блокаду подвоза на кораблях из Османской империи различных товаров, оружия и обустройстве Черноморской береговой линии. Приведу здесь цитату из его донесения в Петербург: «…опыт показал, что военные суда наши, крейсирующие около восточных берегов Чёрного моря, не в состояния уследить и изловить турецкие суда, подвозящие горцам жизненные и военные припасы, а от них получающие пленных и рабов, которых продают в Константинополе и на других рынках Турции. Турецкие лодки очень малы, легко прячутся в устьях рек, впадающих в море, где их не может настичь большое судно. Лучшее средство не допустить турецких купцов до торговли с черкесами постройка небольших крепостей во всех местах, где пристают турецкие суда. Отрезать же горцев от сношений с турками важно потому, что если от Кубани мы будем делать набеги на земли черкесов и истреблять ежегодно все их хлебные запасы, вытаптывать их поля и оттеснять их все дальше в горы, где у них мало пастбищ, то, не имея подвоза хлеба с моря, они изнемогут в несколько лет и подчинятся нам. Отнятые плоские места следует заселить русскими станицами и деревнями, а в горах занять важные в стратегическом отношении пункты. Построить много крепостей на черноморском берегу невозможно в один год, а потому пусть вдоль берега энергично крейсируют наши суда, а по самому берегу между Анапой и Гаграми двигается отряд для наблюдения за высадками турок». Здесь можно упомянуть, что род Вельяминовых был родственен роду Воронцовых. Михаил Семёнович в своём рапорте Императору писал, что мятежные и революционные партии в Англии и Франции засылают в эти края своих агентов и пытаются из черкесов «сделать новыя орудия для вреда великой державы». Мудрый князь Мехмет Индар-Оглу собрал в горах всех представителей своих «главных фамилий» и предложил не выдавать людей, которые торгуют с Российской Империей. Черкесские спекулянты заверили князя, что ведут торговлю «на свой риск и не в коем случае не будут требовать от правительства за могущия быть потери и насильственныя действия против них от горцев». В начале апреля Воронцов прибыл в Алупку, где осмотрел строительство своего дворца. Далее он и граф Иван Осипович Витт направились в Ялту, где возводилась пристань. Сам граф строил дачу в «Верхней Ореанде», фактически являясь соседом Воронцова. Пароход «Петр Великий» построен был в Англии по заказу генерал-губернатора. Имел на борту 2 чугунные и две медные пушки и 4 карронады. Пароход был рассчитан на 40 пассажиров, и предназначен для рейсов из Одессы в порты Крыма и из Керчи в Таганрог. На нём были установлены 2 железных паровых котла и 2 одноцилиндровые паровые машины. Силовая установка выдавала 100 лошадиных сил. Адмирал Михаил Петрович Лазарев утвердил капитаном над пароходом английского моряка Генри Роджерса. 9 июля этот пароход, взяв на борт пассажиров и товар отбыл в полдень из Одесского порта в сторону Ялты, куда прибыл в на следующий день в 3 часа пополудни. Ялта строилась, и уже по берегу было до 40 каменных зданий. Корвет «Ифигения
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
